не бываем. Так, они пропагандируют на фабриках, на заводах, на железной дороге, на пароходах, во флоте, в шахтах, в рудниках, даже в кабаках, в публичных местах и так далее, и так далее» [Ночное собрание 1910: 118; РГИА, ф. 821, оп. 113, д. 249; Введенский 1914: 50]. Миссионеры активно использовали новые возможности передвижения, предоставленные сетью железных дорог и пароходных путей. Поезда стали для них не просто транспортным средством, но и площадками для агитации; примеры проповеди в поездах [Бороздин 1907: 164–172; Г. М. 1912: 5–8].
И если миссия была движущей силой евангелического движения, то миссионерская сеть была его объединяющей силой. Миссионеры основывали новые церкви, поддерживали юные общины, проводили обряды, разрешали споры и давали юридические консультации. Во многом они выступали в качестве эмиссаров движения в целом для местных общин.
Лишь немногие из миссионеров посвящали проповеди все свое время, получая жалование от баптистских или евангельских союзов или от местных общин и организаций. К проповедникам этого типа принадлежал Михаил Федорович Ященко, «живописец» из Анапы. В 1907–1908 годах он совершил пять миссионерских поездок, проделав путь в 5 704 версты по железной дороге, 292 версты на гужевом транспорте и 2 145 верст по морю. За это время он произнес более двухсот проповедей. В основном Ященко проповедовал в Южной России и Причерноморье, но также в Закавказье, в Баку, Тифлисе и Батуме [Отчет Баптистского 1909: 11].
Отдельные общины также стремились распространить свою веру там, где они собирались. Обычные верующие использовали для этого личные контакты, общины назначали особых миссионеров, а многие церковные старшины посвящали один или несколько месяцев в году посещению других общин. Одним из наиболее активных пресвитеров такого рода был Федор Прохорович Балихин из большого села Астраханка под Мелитополем. Балихин родился в бедной молоканской семье в 1854 г. Его образование ограничивалось двумя классами земской школы. В возрасте двадцати пяти лет в Харькове он столкнулся с книготорговцем Библейского общества, который своими евангелическими убеждениями поколебал его молоканские взгляды. Потом, посетив проповеди Никиты Воронина и Василия Попова, которые приезжали в Астраханку, Балихин принял водное крещение в 1882 г. С тех пор он каждый год совершал длительные поездки по России как проповедник от Союза баптистов. К 1908 г., по его словам, он посетил тридцать пять губерний [Балихин 1908а: 3–6].
В течение двух лет после указа 1905 г. Балихин, сопровождаемый хором, провел двадцать девять особых собраний в маленьких и больших городах на юге империи. Поскольку законодательство о религии оставалось двусмысленным, а губернатор Таврической губернии смотрел на его деятельность сквозь пальцы, Балихину удавалось получать разрешения на проведение больших собраний в городских театрах, клубах и залах общества трезвости. В огромном количестве расклеивались плакаты и раздавались листовки этих мероприятий, которые пользовались большим спросом у любопытствующей публики. Во время нескольких собраний в Бердянске в 1907 г. Балихин раздал 250 бесплатных экземпляров Нового Завета, а брошюр и летучих листков, купленных на деньги своей общины, – весом в 72 фунта (около 29,5 килограммов) [Балихин 1907: 14–16].
Балихин также основывал новые церкви и способствовал развитию уже действующих. Он рукоположил многих новых пресвитеров за несколько лет после 1905 г. Весной 1907 г. в городе Большой Токмак Таврической губернии он провел пять встреч в доме верующего Петра Петровича Перка. Многие из посетивших эти встречи никогда не участвовали ни в чем подобном и, по словам Балихина, «оказались не приученными ни слушать, ни сидеть». В начале первого собрания Балихин кратко объяснил цель баптистских встреч и как они проводятся. Затем он прочел проповедь о любви Божьей и о жертве Христа, раскрывая перед слушателями баптистское понимание покаяния и спасения. Это были первые встречи такого рода в городе, писал Балихин, и он чувствовал, что оказался в «диком лесу» [Балихин 19086: 17–18; Балихин 1907:13–14].
Другой функцией евангелиста было разрешение конфликтов среди верующих. Во многих случаях это означало укрепление евангелической ортодоксии общины, на которую оказывали влияние другие группы. Например, в Алупке миссионеру Союза баптистов Ященко пришлось бороться с влиянием конкурирующей с баптистами секты, адвентистов седьмого дня, а также революционеров, «которые причиняют сильный вред местной церкви». Евангелисты были призваны утверждать ортодоксию при разрешении внутриобщинных споров. Ященко писал о своей поездке в Киев, где, хоть и безуспешно, пытался примирить две возникшие в Церкви фракции, спорившие о том, следует ли им регистрировать общину в соответствии с законом 17 октября 1906 г. [Отчет Баптистского 1909: 7-11].
Миссионерская сеть также помогала верующим юридическими консультациями по процедурам формального выхода из Православной церкви, регистрации молитвенных собраний или общин, получения разрешения на устройство молитвенного дома. В Министерство внутренних дел поступали рапорты со всей страны – от Курщины и Терщины до Южной Сибири – о том, что в местные органы власти подаются прошения о выходе из православия на унифицированных напечатанных бланках. Как показало расследование, проведенное смоленским губернатором, такие бланки подготовил и напечатал баптистский активист Кушнеров, чтобы помочь новым членам Церкви на местах официально оформить свое обращение [РГИА, ф. 821, оп. 133, д. 289, л. 47; д. 288, л. 9; д. 82, л. 1, 53].
Контакт с миссионером обычно провоцировал атмосферу религиозного возрождения в местных общинах. К примеру, В. Новиком писал в «Братский листок» о пятидневном визите Алексея Васильевича Борисова в январе 1907 г. Во время одного из собраний, когда община готовилась к пению гимнов,
вдруг встал один малограмотный и малосведущий молодой бр[ат] и с большим воодушевлением начал говорить к собранию, чтобы грешники покаялись потому, что голос Господа не всегда будет звать и т. д., и в этот момент Господь пробудил многие души и благодать Божия коснулась самых холодных и огрубелых сердец и разбила их подобно молоту; все собрание молилось с сильным воплем, не соблюдая очереди, слезы раскаяния и радости лились потоком и до настоящего времени происходят живые и благословенные собрания [Братский листок (май 1907): 7].
Участвуя в жизни общины в решающие моменты ее жизни, принося благую весть и таинства изолированным группам, борясь с конкурирующими течениями и поддерживая единство в местных сообществах, такие миссионеры, как Ященко, Балихин и Борисов, стремились создать и усилить чувство общего дела среди верующих, разбросанных по просторам России.
В то же самое время в своей работе по унификации общинной жизни евангелисты должны были уважать принцип автономии общин и зачастую учитывать неопытность местных лидеров. Подобные соображения отражены в инструкциях, составленных в 1907 г. для баптистских миссионеров:
…исключительно делом благовестия, крестить же, совершать вечерю Господню и сочетать браки они могут не иначе, как с согласия местных пресвитера
