ней — ослепительно-белая мантия из тончайшего льна, перехваченная серебряным поясом. Поверх — полупрозрачная накидка с инеевым узором, прикрывающая плечи и грудь. Распущенные серебристо-платиновые волосы волной струятся по спине. Настоящая Снежная королева, истинное воплощение ледяного совершенства и величия.
Ледяного копья и доспехов не видно, но в нужный момент они появятся.
Эмми примостилась на пушистом ковре у камина. Увлеченно начищает щегольские сапожки из тонкой лаковой кожи. Ее боевое облачение — укороченный алый камзол на серебряных пуговицах, отороченный парчой. Разумеется, с элементами брони. Плотно облегающие штаны из мягчайшей замши и щегольская треуголка, лихо сдвинутая набекрень. В общем, даже тут Эмми постаралась одеться не только практично, но и красиво.
Сахаринка обошлась своими родными черно-желтыми хитиновыми доспехами. Они стали заметно прочнее, чем были изначально. Моя дочь держала в руке длинный меч, снятый со стены, и задумчиво изучала его, крутя в руках и проверяя баланс.
Не успел я обежать нашу гостиную придирчивым взглядом, как в дверь вежливо, но настойчиво постучали.
— Войдите! — бросил я, разворачиваясь всем корпусом.
Дверь плавно отворилась, и в проеме показался незнакомец. Высокий, тощий как жердь, одет с иголочки — в безукоризненный черный костюм-тройку с серебристым галстуком. Холеное бледное лицо, бегающие глазки и какая-то непередаваемая скользкость во всем облике. Этакий типичный царедворец, сальный и приторный до зубовного скрежета.
— Приветствую вас, друзья мои! — пропел он тонким голоском, широко улыбаясь, — Позвольте представиться, Клемент — один из адъютантов Его Императорского Величества, и один из организаторов сего действа.
Он отвесил преувеличенно галантный поклон, взмахнув тонкими, словно паучьи лапки, руками.
Я лишь вскинул бровь. Настя, не меняя расслабленной позы, окинула гостя откровенно скептическим взглядом. Айсштиль еле заметно поморщилась. И только Эмми искренне заулыбалась:
— О, так вы, получается, шишка тут важная!
Я на миг усмехнулся. Вот же язва! От Насти научилась…
Клемент, впрочем, ничуть не смутился. Напротив, улыбнулся еще шире и закивал:
— Совершенно верно, юная сударыня! Считайте меня кем-то вроде связующего звена между вами, доблестными участниками Верхней сетки, и высшим руководством турнира. Моя задача — чтобы пребывание здесь было для вас максимально комфортным и продуктивным!
— Очень мило с вашей стороны, — процедила Айсштиль, не сводя с царедворца ледяного взгляда, — Так зачем пожаловали? Или просто поболтать заглянули, на досуге?
В голосе Снежной королевы отчетливо слышался сарказм пополам с угрозой. Конечно, королева льда в жизни не поверит, что такой скользкий тип явился лишь из вежливости. Определенно, не просто так.
Я тоже хмуро взирал на Клемента. От этого человека за версту разило какой-то подковерной игрой. Очередные интриги и закулисные маневры двора?
Уж лучше сразу расставить все точки над «ё».
— Да, господин адъютант, просветите же нас, — вкрадчиво произнес я, делая шаг вперед, — А то времени не так много осталось до начала.
Клемент сразу как-то сник, сдулся. В глазах промелькнула настороженность. Он быстро облизал пересохшие губы и вымученно улыбнулся:
— Ну что вы, господа, какие страсти! Ничего из ряда вон, уверяю. Просто есть пара вопросов… Точнее, новостей, которые вам стоит знать перед началом. Можно сказать, служебный долг обязывает вас предупредить.
Я прищурился. Это уже интересно.
— Ну так не тяните, выкладывайте.
Царедворец помялся еще немного и неохотно выдавил:
— Дело в том, что… начало финальных боев турнира вновь перенесли. На этот раз на более позднее время — ближе к вечеру.
По комнате пронесся дружный вздох. Настя рывком села на диване, в ее голубых глазах вспыхнули искорки раздражения. Айсштиль сдвинула тонкие брови на переносице. Эмми лишь недоуменно хлопала ресницами.
Я деланно приподнял бровь:
— Вот как? И чем же вызвана такая необходимость?
Клемент замялся. Бегающий взгляд его заметался по лицам.
— Понимаете ли… Официально объявили, что требуется дополнительное время на последние приготовления. Не успели закончить кое-какие тонкие настройки защитного купола, еще пару технических моментов…
Брехня. По глазам вижу — врет и не краснеет. Тянет время, пытается заболтать. Не на тех напал, голубчик.
— А если неофициально? — вкрадчиво протянула Айсштиль, прожигая царедворца колючим взглядом.
Клемент вздрогнул, сжался. Хлипко сглотнул и выдавил:
— Что ж… вижу — от вас ничего не утаишь. Извольте. Неофициальная причина переноса в том… Что главный артефакт турнира, Черное Солнце, до сих пор не прибыл в Синегорье. Задерживается в пути.
Повисла оглушительная тишина. Мы с Айс переглянулись, в глазах плескалась растерянность пополам с удивлением. Вот так новость! Черное Солнце, главный приз, вокруг которой весь сыр-бор с самого начала закрутился — и вдруг опаздывает?
— Что значит не прибыло? — произнесла Снежная королева. Воздух вокруг нее стремительно леденел, — Как такое возможно?
Клемент развел руками, глядя куда угодно, только не нам в глаза:
— Сам теряюсь в догадках. По моим сведениям, при транспортировке возникли некие… сложности. Связанные с обеспечением безопасности. Сами понимаете — артефакт исключительной важности, за такими глаз да глаз нужен!
Я почесал подбородок, лихорадочно обдумывая ситуацию. Ох… не нравится мне все это! Уж больно попахивает каким-то скользким заговором или грязной игрой. С другой стороны — тут же сам Император давал слово, что все ок будет… Думаю, все намеки на интриги он должен придушить в зародыше, ведь на кону репутация.
Но в одном Клемент прав — Черное Солнце нам жизненно необходимо. Ради него и затевалась вся эта кутерьма с турниром. Древний артефакт, способный наделить своего владельца немыслимым могуществом, а заодно и покровительством самого Императора… За такой куш грех не побороться.
К тому же сам я ой как неровно к нему дышу. Ведь как ни крути, а именно Черное Солнце сыграло ключевую роль в превращении Фомы Лисовского в то, что он есть. Есть у меня подозрение, что Черное Солнце может быть как-то связано с Бездной.
Нет, отступать поздно. Нам позарез нужен этот долбаный артефакт, чего бы это ни стоило. Разобраться бы только, кто за всей этой мутью стоит, да наподдать
