Анжелика была рассержена и разочарована. Ее смятение усилилось, когда она услышала, как придворные сказали, что его величество отложил прием на следующий день.
Когда Анжелика была почти у выхода, к ней обратился один из служащих Кольбера:
— Сударыня, не будете ли вы так любезны пройти со мной. Они вас ждут.
Помещение, куда он ее проводил, было достаточно изящным, но не особенно просторным, как большинство других. На двух окнах висели темно-голубые портьеры, отделанные золотыми и серебряными лилиями, которые гармонировали с обивкой высоких кресел.
Анжелика окинула взглядом комнату. Несомненно, комната принадлежала мужчине. В дальнем конце помещения, перед столом, состоящим из мраморной плиты, поддерживаемой позолоченными ножками, спиной к ней стоял Кольбер. За противоположным концом стола сидел король.
Анжелика приоткрыла от удивления рот.
— А вот и моя собеседница, — сказал министр, оборачиваясь. — Подойдите сюда, сударыня, и расскажите его величеству о ваших познаниях в качестве представителя Ост-Индской компании. Они достаточно хорошо могут светить некоторые аспекты сложившейся ситуации.
С обычной любезностью, которую он проявлял по отношению к женщинам, Людовик поднялся и поклонился ей.
Анжелика, смутившись, поняла, что она даже не оказала ему должного почтения. Она тут же сделала глубокий реверанс, мысленно проклиная Кольбера.
— Я не замечал за вами склонности к шуткам, месье Кольбер, — сказал король, — и не ожидал, что ваш знаток морского и торгового дела явится в образе прелестнейшей дамы моего двора.
— Тем не менее, мадам дю Плесси де Бельер является одним из основных держателей акций этой компании. Она оснастила корабль орудиями и собралась торговать с Индией, но, изучив состояние дел, обратилась все-таки к Америке. И она может изложить вам причины своих планов.
— Говоря откровенно, сир, — сказала Анжелика, — мне очень жаль, что вы придаете такое большое значение моему рассказу. Да, действительно, у меня есть некоторые вложения в морскую торговлю. Мой управляющий часто жалуется на трудности работы, но я понимаю во всем этом не больше, чем в сельском хозяйстве, хотя мои арендаторы плетут мне длинные жалостливые рассказы о скудных урожаях.
— Вы закончили свою маленькую комедию? — спросил Кольбер, покрывшись пятнами. — Только что вы разговаривали со мной с полным знанием дела и вдруг стали рядиться в шутовские одежды. Или вы боитесь короля?
Король снова сел. Он доверял министру и решил, что сможет получить кое-какую полезную информацию от этого необычайного интервью. Он смотрел на Анжелику ясным проницательным взглядом. Она читала в его глазах понимание, и это качество казалось ей необычным для двадцатисемилетнего монарха.
— Я знаю, что ваше величество не жалует различного рода чудачества. И если какая-нибудь женщина при вашем дворе будет вовлечена в коммерцию или кораблевладение… то я боюсь.
— Вам нечего опасаться моего неудовольствия. И не старайтесь доставить мне удовольствие, отклоняясь от истины, — сказал король довольно строгим голосом. — Если месье Кольбер полагает, что ваша информация может помочь нам, то не вам решать, как я к этому отнесусь, хорошо или плохо. Прошу вас учесть, сударыня, что ваш долг — служить нашим интересам.
Он не пригласил ее сесть, давая этим понять, что она ничем не лучше остальных придворных, которые не имели права сидеть в его присутствии, если только не получали на это особого разрешения.
— Итак, ваш капитан отказался от торговли с Индией, несмотря на ваше желание послать его туда и на те выгоды, которые вы надеялись извлечь из этого путешествия. Большинство капитанов, надо признать, сделали то же самое. Но каковы причины этого — до сих пор остается для меня загадкой.
Анжелика рассказала, какому риску подвергаются корабли, плавающие близ Португалии и берегов Африки. Уже не одно столетие пираты промышляли грабежом судов, путешествующих без конвоя.
— А не преувеличиваете ли вы опасность, сударыня? Мне приходилось слышать много рассказов о путешествиях к берегам Индии одиночных французских кораблей, да еще и вооруженных куда более слабо, чем ваш. И они со славой возвращались из этих одиссей, жалуясь лишь на штормы. У меня есть точные данные о времени их отплытия и возвращения. Так почему же, если это доступно другим, ваш корабль не может достичь Индии?
— Потому, что это купеческий корабль, сир. Сравните тоннаж кораблей, о которых вам докладывали, это военные суда, хотя они могут считаться и торговыми. Они превосходят по скорости пиратские суда. Они выходят из портов практически пустыми, да и возвращаются налегке. Все это не подходит для коммерческих целей. Корабль большого тоннажа, да еще и нагруженный товарами, станет хорошей добычей для быстроходных галер. Лишь благодаря мужеству матросов мой корабль дважды избегал гибели. И в обоих случаях была кровавая схватка. Чуть ли не половина матросов была убита и ранена. И я отказалась от этой опасной затеи…
На лице Кольбера светились удовлетворение и восхищение. Редко когда суть дела была выражена так ясно.
Король задумался.
— Так значит, все дело в конвое?
— Совершенно верно. Так поступают датчане и англичане.
— Мне не нравятся эти нации, но было бы глупо не позаимствовать все хорошее из стратегии наших врагов. Слушайте, Кольбер. Отныне, когда наши большие купеческие корабли будут уходить в плавание, их должны сопровождать военные корабли.
Недоверчивый взгляд Анжелики прервал его.
— Вы в чем-то сомневаетесь, сударыня?
В его голосе сквозила ирония.
Людовик XIV не мог без усмешки выслушивать советы хорошенькой женщины.
Но Анжелика не собиралась сдаваться.
— Я думаю, что месье Кольбер не рассказал вам о всех трудностях этого предприятия. Французы привыкли плавать в одиночку, каждый идет своим путем. Одни уже готовы выйти в море, а другие еще ищут деньги на покупку оружия. Только крупные владельцы имеют достаточно средств, и если бы они могли договориться друг с другом, то плавание караванов стало бы безопасным.
Луи оперся на стол рукой.
— Теперь они будут делать это по приказу короля.
Кольбер после минутного колебания сказал:
— Мадам, может быть, это и вполне достоверная информация, но два года тому назад, когда экспедиция Монтегю была послана на остров Мадагаскар, ваш корабль мог бы отправиться под ее защитой в Индию.
— Ваша информация верна, но мы не смогли достичь соглашения, да я и не сожалею об этом.
— Почему?
— Я не хотела оказаться втянутой в предприятие, которое было обречено на провал.
Король слегка покраснел, несмотря на самообладание.
