сто долларов на ярмарку.
Наслаждайся жизнью, сын… пока еще можешь.
Норны сказали, что он не должен умереть в борьбе с Мидгардским Змеем, но дедушка считал, что пророчество обязательно сбудется. Значит, Мэтт не может обратиться к нему или своей семье за помощью. Он должен справиться сам. Собрать других детей и найти Одина. Подготовиться. Сражаться. Победить. Если они потерпят неудачу, мир, как известно, перестанет существовать. Это будет грандиозное событие.
Нужно начать с Фина. А дальше? Мэтт понятия не имел. Он лишь надеялся, что он что-нибудь придумает.
Он ждал, когда Коди и их друзья сойдут с аттракциона Лавина — его желудок, конечно, не справился бы с этим сегодня — когда он увидел, как Фин тащится мимо без Лори, его взгляд был устремлен в землю, ботинки царапали опилки, когда он направлялся к выходу, выглядя так, будто у него был действительно плохой день.
Мэтт полагал, что у Фина было много плохих дней, когда его родители ушли, а его перебрасывали от родственника к родственнику. Даже если папа сказал, что это потому, что Фин был слишком диким, чтобы кто-то мог справиться с ним, возможно, все перемещения вокруг сделали его немного диким. И эти порезы и синяки на лице… Мэтт слышал, что Фин остановился у своего кузена Криса, и все знали, что Крис был скор на расправу.
Размышления об этом привели Мэтта в нужное состояние, чтобы поговорить с Фином. Конечно, не для того, чтобы рассказать ему о Рагнареке и Мидгардском Змее. Это было бы безумием. Если у Мэтта был хоть какой-то шанс завоевать Фина, он должен был действовать медленно. Он как раз в это время покидал ярмарку, случайно натыкался на Фина и предлагал ему немного…
Мэтт оглянулся. Сосиски в тесте. Определенно, это могло бы сработать.
Сказав Коди, что не хорошо себя чувствует, Мэтт отправился домой. По пути он захватил несколько сосисок в тесте. К тому времени Фин практически скрылся из виду. Мэтт бросился догонять его, но путь ему переградила тетя с двумя кузенами.
Когда он добрался до выхода, Фин свернул направо, миновал парковку и направился в поле. Солнце почти село, но небо было странно ярким со слабым желтым оттенком. Ветер, казалось, усиливался, обещая еще одну холодную ночь.
Фимбулвинтер[3] грядет.
Мэтт вздрогнул и пошел так быстро, как только мог к Фину, который исчез за деревьями. Мэтт перешел на бег, замедляясь только тогда, когда миновал деревья, и увидел впереди Фина, тащившегося вперед.
— Эй, — крикнул Мэтт, — Фин, подожди!
Фин обернулся, но тут же продолжил идти.
— Фин!
— Отвали, Торсен.
Мэтт подбежал к Фину и протянул сосиски в тесте.
— Я тоже как раз собирался уходить и подумал, что тебе это может понадобиться. Я купил их, но я набит.
— Я похож на того, кто будет доедать за тобой объедки?
— Но это не объедки, — воскликнул Мэтт, — я не распаковывал их. Даже кетчуп запечатан, видишь?
— Ты не хочешь их? — уточнил Фин.
— Нет, я наелся на празднике…
— Ладно. — Фин взял сосиски и швырнув поле. — Вороны могут забрать их. Они — падальщики. Не я.
Фин обошел Мэтта и пошел дальше. Мэтт посмотрел на сосиски в тесте, желтые пятна на темном поле, и почувствовал, как согрелся его амулет. Может быть, предлагать Фину еду было не очень хорошей идеей, и ему не нужно было этого делать. Он…
…Локи, или его потомок, победит монстров?
Может да, а может и нет. Зависит от тебя.
Приведет ли Фин монстров в финальную битву, зависело от Мэтта. Он глубоко вздохнул, перешел на бег и позвал Фина, но внезапный порыв ветра сорвал его слова с языка и едва не сбил с ног. Он пришел в себя и снова догнал Фина, на этот раз идя рядом с ним.
— Я заметил, что у тебя какое-то растерянное выражение лица… — начал Мэтт. — Я имею в виду, у тебя синяки.
— Да что ты, а я и не заметил.
— Так вот…, - Мэтт откашлялся, — если у тебя проблемы с Крисом или еще кем-то, ты всегда можешь обратиться к школьному адвокату. Никто не может делать такое с тобой. У тебя есть права.
Фин затормозил и обернулся. Порыв ветра бросил волосы ему на глаза.
— Прости, что?
— Если кто-то бьет тебя, нужно поговорить с миссис Ирли в школе. Она может помочь. Взрослые не имеют права бить детей. Ты не обязан держать это в себе.
— Никто не бьёт меня, Торсен, если только я не начинаю первым. Я связался с кое-кем, понятно? С тем, кто смог дать сдачи. И у него, в отличие от тебя, кишка не тонка, — Фин не толкнул Мэтта, но выглядел так, будто собирался.
— Кишка тонка? Эм, ты же помнишь, что я сказал на прошлой неделе про твою память? Она действительно хреновая, потому что я-то отчётливо помню, как дал тебе сдачи. Ты прыгнул на меня и даже не успел ударить прежде чем я повалил тебе на землю. Там ты и остался.
Фин сделал выпад. Мэтт пригнулся, развернулся и налетел на Фина правым хуком, который заставил того споткнуться. Наблюдая, как Фин приходит в себя, Мэтт подумал, что это далеко не самый лучший способ сдружиться.
Мэтт сжал кулаки и выпрямился.
— Я не хочу делать это, Фин.
— Правда что ли? А выглядит так, будто хочешь.
Фин атаковал. Мэтт сказал себе, что не будет драться. Только защитные движения. Только вот, как всегда говорил тренер Форд, он был не слишком-то хорош в защите. Поэтому, как только Фин напал, они оба повалились на землю.
Фин попытался схватить Мэтта за волосы, но Мэтт поймал его руку и попытался удержать — просто удержать — но Фин начал брыкаться, рычать, оскалив зубы, и единственным способом остановить всё это был очередной хук правой, который отправил его скользить по траве.
После хлынул порыв ветра, такой силы, что заставил Мэтта опуститься на колени. Он поднялся с трудом, ничего не видя, глаза слезились. Когда они очистились, он смог разглядеть фигуры. Как минимум четыре. Они окружали их. Тот, кто стоял посередине, пошел к ним навстречу.
Взрослые. Кто-то с ярмарки увидел драку и пришел, чтобы застать Мэтта за избиением Фина. За это отец определенно прикончит его даже раньше, чем это попытается сделать Мидгардский Змей.
Он проморгался, и фигуры прояснились. Не взрослые. Дети. Шестеро. Уличные дети. На некоторых из них висели поношенные военные камуфляжи, другие были одеты в рваные джинсы и футболки. Райдеры-скауты. Странная группа мальчишек-скаутов. Отец Мэтта
