три трупа в разных местах, выпотрошил их и сделал из тел подарки. Одного принес к военным. После этого лейтенант Березин вызвал меня к себе.
— Уже иду! — ответил я сержанту, а сам продолжил свой путь в назначенное место. Если я задержусь на час, ничего не случится.
Подошел к лавке, ее тоже уже успели отстроить и восстановить. Открыл дверь. Те пятеро находились внутри, как увидели меня, так вжались в стены. Я улыбнулся и подошел поближе.
— Девчонки, ну вы чего? — сказал я ребятам. — Сейчас у меня нет намерения вас убивать. Потом… — сделал задумчивый вид, — скорее всего, да.
Один из них упал в обморок. Как бить моих, так крутые перцы, а сейчас штанишки намочили?
— Не трогай нас, потрошитель! — заикаясь, произнес Леонид.
Опять? Не нравится мне это прозвище. Видимо, на них подействовали мои подарки. Ладно.
— Отец твой где? — обратился я к темненькому. — Мне с ним поговорить нужно.
— В-в-в р-р-р-е-е-с-с-т… — стуча зубами и заикаясь, говорил Леонид.
— В ресторане? — решил я ему помочь.
Паренек кивнул. Пришлось пройтись еще немного, отправился в «Моринстон», где ко мне сразу подскочил официант.
— Николай, доброе утро! Я к Льву Моисеевичу. Будь добр, проводи, — сказал я, сунув рубль в руку паренька.
Тот взял купюру, скомкал и убрал в карман. Потом провел через столики. Сегодня народу было немного больше, чем вчера.
Мы подошли к Троцкому, аристократ ел и пил. Жареная рыба с соусом, овощи на гриле и кусок торта. Только официант решил меня представить, как я его прервал. Просто упал на диван напротив.
Лев уставился на меня, взял салфетку и аккуратно стал вытирать уголки губ. Его люди уже переместились к нам. Судя по звукам, приготовили оружие для огня по мне в случае чего.
— Борис? — произнес мужчина, когда положил салфетку на стол. — Чем обязан такой радости? Вы не довольны работой, которую проделали?
— Лев Моисеевич, что вы такое говорите? — улыбнулся ему. — Все по высшему разряду, ваши люди не зря едят свой хлеб. Гостиница отличная, как и еда. А девушка-официантка выше всяких похвал. Не подскажете, как ее можно найти?
— Ну что вы, молодой человек, это не я. Вы переоцениваете мои возможности, — стал играть аристократ.
— Как скажете. Но больше всего мне понравились ваши друзья. Они были настолько вежливы и обходительны, сто я не смог удержаться и не преподнести вам три подарка за вашу работу. Не люблю просто быть обязанным. Скажите, они пришлись вам по душе? — Говорил голосом отца, не сводя взгляда с аристократа.
— Немного вызывающе, но вы, молодой, сдержанности вам бы еще подучиться. А так весьма оригинально, давно мне никто не дарил подарков, сделанных своими руками.
— Рад, что хоть так угодил, — закончил я обмен любезностями. — Заходил к вашему сыну, он почему-то заволновался. Понимаю, у нас сложное знакомство вышло, но я думал, что мы отпустили ситуацию. Ведь так? Или мне еще раз к нему зайти поговорить?
Бокал, из которого пил Троцкий, треснул. Аристократ повредил руку осколком. Он не сводил с меня взгляда и молчал.
— Ну, я тогда пойду? Не буду вам мешать кушать, да и поранились вы, — сказал я, вставая с места.
Прошел мимо людей Льва Моисеевича и подмигнул им.
* * *
Троцкий, когда Борис ушел
Аристократ взял чистую салфетку и перевязал руку. Лев сдержался, чтобы не отдать приказ прикончить наглого мальчишку. Стакан треснул, потому что Троцкий представил, как выдавливает глаза Солнцеву.
Но нельзя… Шумиха поднимется, и тогда все планы придется сворачивать. А еще нужно нанять хорошего убийцу и не одного, чтобы этого гаденыша прикончили. Долго и мучительно. Узнать бы, кто ему дорог, и сделать с ними то же, что он сделал с людьми Троцкого.
— Господин, — обратился один из охранников к аристократу.
— Найди Спицу и Креста, скажи, что для них есть крайне высокооплачиваемая работа.
— Хорошо! — поклонился слуга и отошел.
Лев Моисеевич погладил свой перстень, чтобы напомнить себе, для чего он здесь и каковы его настоящие цели. Через пару дней приедут крайне неплохие убийцы ранга «Адепт». Ничего Солнцев не сможет сделать, силенок не хватит.
* * *
Троцкий бросил мне вызов, попытавшись убить. Я ему продемонстрировал наглядно, что будет с ним в случае чего. Ну, еще про сына напомнил, чтобы меньше о деньгах и больше о семье беспокоился. Особенно если твой отпрыск идиот, который нападает на военных.
Теперь противостояние усилится. Это хорошо… Будет меньше внимания на собственный бизнес, как мне и нужно. Я подомну всех вольных, кто приходит в этот город. Сначала думал, что всего половину, но после того, как меня тут встретили, решил себя не ограничивать.
Я подошел к части, показал военным на входе документы и направился к Березину. Интересно, что ему вдруг потребовалось от меня? Постучался.
— Разрешите войти! — сказал я за дверью.
— Давай уже! — ответил знакомый голос.
Да ладно? Что-то случилось?
— Сержант… Кх-кх! — откашлялся я. — Лейтенант Твердохлебов, рад вас видеть!
Глава 9
— Сержант Солнцев! — выплюнул мое имя Самсон. — Высочайше благодарим вас за то, что вы осветили своим присутствием этот кабинет. И всего лишь заставили двух лейтенантов вас ждать три часа! — последние слова уже совсем недобро произнес мой старый сержант.
— Прошу прощения! — ответил я, выпрямив спину. — Были дела, и выполнял приказ. Поэтому задержался.
— Правда, молодой человек? — вставил свои пять копеек Березин — И какие у вас такие важные дела?
— Обустройство пункта приема. Он был просто в ужасном состоянии, весь инвентарь украден или продан. Внутри бутылки от спиртного и хабарики повсюду. На кроватях следы сексуальных утех, — выдал чистую правду.
— Что? — крикнул Самсон и посмотрел на Березина.
Мужик вжал голову в плечи и сам стал будто шар. Твердохлебов заскрипел зубами и запыхтел.
— Лейтенант Березин, я жду отчет. Через час! И не дай бог мне что-то в нем не понравится. Ты меня услышал? Степан Федорович?
— Так точно! — столь же мягким голосом произнес Береза.
Твердохлебов сжал кулаки и направился ко мне. Проходя мимо, толкнул плечом, чем позвал с собой. Мы вышли из кабинета, проследовали по коридору и оказались на улице.
— Докладывай! — выдохнул лейтенант.
Пока мы шли к пункту приема, я в общих чертах обрисовал картину происходящего в городке. Ну, насколько я ее понял за день с лишним.
Поведал о том, что Береза на подкормке у аристократов, военные подчиняются им же. Пункт приема специально душили и забросили в таком состоянии, чтобы ни у кого не возникла мысль его возрождать.
Ну, и самое приятное я оставил на потом. Мы зашли в дом, и лейтенант лично прошелся по всем помещениям, осмотрел.
— Как? — удивился он. — Тут лучше, чем у Цветковой.
— Ловкость рук и никакого мошенничества. И еще парочка разбитых морд, — улыбнулся я, смотря на своих обормотов.
Твердохлебов поднялся на второй этаж и завалился на кровать в комнате ребят. Скинул сапоги, улегся поудобнее. Я сел на стул рядом, рассказал ему о покушении на Диму с Володей, моих ответных действиях, о том, как я за все это получил, и попытку убийства.
— За что ни возьмусь — все сыпется и гниет, — зло выплюнул лейтенант. — Вершинин оставил наследство, которое я еще долго буду разгребать.
— А почему вы приехали? Тем более так рано, — решил спросить Твердохлебова. У меня есть кое-какие предположения, но все же.
— Верку убили. Никто не знает, как, — с облегчением сказал Самсон. — На платформе. Его уже сажали в поезд, раз, и он истек кровью. Майор Груданцев написал рапорт на меня, что это под моим командованием случилось чудовищное происшествие. Баламутит воду наверху. Но это полбеды. Сегодня по телеграфу приходит сообщение, что три трупа в Охотничьем. Зверские убийства с рачлененкой.
Самсон повернул голову и уставился на меня, я улыбнулся и сделал невинное лицо. Он цокнул и покрутил головой. Отлично гадина сдохла, туда ему и дорога. Одной проблемой меньше. Мы замолчали. Решил перевести немного тему.
— Как там мои? — спросил я.
— Нормально все с ними. Да и день всего прошел, — махнул рукой Твердохлебов. — Боря, Трудный мне четко дал понять, что этот городок крайне важен. И пункт приема — только первая часть плана. Поэтому не вздумай тут облажаться.
— Стараюсь изо всех сил! — я встал.
— Ладно,
