Деклан оттащил ее назад и обнял рукой за плечи, вероятно чувствуя ее потребность напасть на незваного гостя.
— Разве нам не пора заняться планированием? — спросил он. — Я могу поработать над том, чтобы отключить камеры на большее время, но теперь это будет сделать труднее, так как нас засекли.
— Мы поговорим о планах завтра. Сейчас уже поздно, а у леди Фионы выход в свет утром. Ей не следует щеголять с распухшими от бессонной ночи глазами, — заявил Хопкинс, беря все на себя, как раньше, когда они были детьми. — Вы же не забыли, что завтра должны присутствовать на чтении и раздаче автографов в магазине «Детские книги на Черринг Кросс»?
Она забыла. Этот раздражающий преступник лишил ее способности мыслить здраво. Без вашего позволения, я не прикоснусь к вашему телу. Каков наглец!
— Разумеется, я помню, — солгала она — Хозяйка магазина была так добра ко мне; она уже закупила примерно двести экземпляров «Лесных фэйри», чтобы я их подписала.
— Чего? — Кристоф прислонился к стене, сложив сильные руки на мускулистой груди. Даже в такой расслабленной позе он излучал опасность. — Вы сказали «лесных фэйри»? — Он улыбнулся, а в глазах промелькнуло что-то недоброе.
— Фиона — лучший автор и художник-оформитель детских книг во всей Европе, а может, и в мире, — похвастался Деклан.
Та почувствовала, как ее щеки снова пылают, хотя просто удивительно, что у нее остались силы смущаться.
— Только не увлекайтесь. «Лесные фэйри» — моя последняя книга. Это пересказ довольно страшной шотландской сказки.
— А разве не все шотландские сказки страшные? Если бы вы встретились хоть с одним из фэйри, то поняли бы почему. Они все коварные ублюдки, — проворчал Кристоф. — Особенно Неблагие.
Деклан рассмеялся:
— Неблагие? Разве они не мифологические создания?
— Разумеется, они бы хотели всех в этом убедить, — пробормотал Кристоф. — А затем убьют вас и украдут ваше дитя.
— Вы встречались с фэйри? — недоверчиво спросила Фиона. С тех пор, как вампиры и оборотни заявили о своем существовании, ходили всякие слухи о других разновидностях сверхъестественных созданий, которые предпочитали скрываться от глаз общественности, но девушка еще не встречала никого, кто бы мог похвастаться встречей с ними.
Деклан вскрикнул:
— В оксфордском каталоге на следующий года есть курс, посвященный фэйри.
Когда Фиона повернулась к нему, изумившись тому, что впервые слышит, что брат интересуется Оксфордом, Деклан густо покраснел и добавил:
— Не то чтобы я собирался прямо сейчас поступать в университет. Я тебе еще нужен здесь.
— Ты, олух, вовсе мне тут не нужен. Тебе и твоему мощному мозгу следует отправиться в колледж: познакомишься с девчонками, погуляешь по барам. Ты должен пожить как нормальный студент, — решительно заметила Фиона.
А затем с угрозой уставилась на улыбающегося Кристофа. Его их семейные дела не касаются. Тот поднял руки вверх, сделав вид, что сдается, и промолчал.
Хопкинс же был частью семьи и его удержать было нельзя:
— О, да. Тот же самый разговор о пинтах и пташках, который выслушивают молодые ученики Оксфорда из поколения в поколение. Он будет настоящим воплощением благопристойности.
Если возможно, Деклан покраснел еще сильнее.
— Я не…
— Я согласна, что сейчас не время для этого разговора, — перебила его Фиона. — Только не в присутствии нашего нового партнера.
— Не обращайте на меня внимания, — ответил Кристоф. — У меня нет ни братьев, ни сестер, поэтому мне чрезвычайно интересно наблюдать за этой беседой.
Она положила руки на талию, готовясь выпалить все, что о нем думает, но заметила, что его улыбка была несколько натянутой, а он сам побледнел, не смотря на густой золотисто-коричневый загар. Фиона снова почувствовал себя виноватой. Святой Георгий, она же всего несколько часов назад пальнула в этого мужчину из пистолета с транквилизатором.
Кстати об этом.
— Как вы еще на ногах держитесь? В тех дротиках было сильное снотворное.
— У меня естественная устойчивость. Но только не подумайте, что я хочу, чтобы вы снова в меня выстрелили. Не надо, прошу вас.
— Сейчас пора в постель, — заявил Хопкинс, осторожно пряча пистолет в своем пиджаке.
— О, я совершенно с вами согласен, — ответил Кристоф, пылко глядя на Фиону. — Где будем спать, партнер?
— О «нас» и речи быть не может. Хопкинс, пожалуйста, устрой его в голубой комнате, а мы… мы во всем разберемся утром.
— Если он, конечно, не прикончит всех нас во сне, — проворчал Хопкинс, открывая дверь и жестом приглашая Кристофа следовать за собой.
Когда они вышли из комнаты, Фиона услышала, как Кристоф со смехом спросил:
— Так что Хопкинс, где, вы говорили, лежит хорошее столовое серебро?
Глава 10
Фиона сбросила покрывала и посмотрела на свое предательское тело, освещенное лунным светом, льющимся из открытого окна. Она очень устала, а заснуть не могла. Каждая клеточка ее тела пылала огнем, сотрясая ее серией электрических разрядов. Кожу покалывало. Мысленно она слышала шепот, что получить наслаждение и облегчение она сможет с человеком, находящимся в другом конце коридора.
Он был совсем не далеко.
Красивый, мужественный, сильный Кристоф с крупным, твердым телом ждал, когда она разденет его и коснется губами и языком каждой клеточки его тела. И он, разумеется, в долгу не останется. Она прямо жаждала ощутить его прикосновения на своей коже, особенно в некоторых местах. Например, на сосках, затвердевших и молящих о ласках. Что же до других частей тела? В общем, ей придется подарить себе облегчение. Может быть потом она, наконец, уснет.
Она закрыла глаза и скользнула рукой под пояс своих шелковых трусиков. Фиона тихонько застонала, как только ее палец коснулся набухшего клитора. Да. Вот так. Она представляла себе, что это он касается ее. Его длинные, сильные пальцы потирают, сначала осторожно, потом сильнее. О, да.
Она задышала чаще и почувствовала, как из лона полилась теплая влага. Она еще никогда так не возбуждалась при мысли о мужчине. И если она окажется с ним в постели по-настоящему, то, вполне возможно, просто сгорит от страсти. Она погрузила палец глубже во влажное, горячее лоно и потерла именно там, где надо. Фиона даже вскрикнула от остроты ощущений. Да, вот так он бы ласкал ее языком. О, боже, о, ей было бы так же хорошо, а, может, и лучше. Но он не остановился бы на этом. Нет, он был бы ненасытным любовником. Другой рукой Кристоф бы обхватил ее грудь. Фиона сжала рукой мягкую грудь и ущипнула за сосок, представляя, как бы он энергично посасывал, и приподняла бедра, лаская себя между ног. О, ей много не надо: лишь мысль, что он до нее дотрагивается и шепчет всякие сексуальные словечки, приведет ее к вершине наслаждения совсем скоро. Она прошептала его имя, пробуя его на вкус. Ей понравилось, поэтому девушка снова произнесла его.
