class="p1">Потом у писателя Михаила Львовского была устроена читка Витиных рассказов специально для главного редактора издательства «Детский мир» (потом оно стало «Малышом») Юрия Тимофеева. Он просто пришел в восторг.
— Это настоящая литература! — сказал он и попросил немедленно принести в издательство рукописи всех рассказов.
Старый друг Виктора художник Виталий Горяев взялся оформить первую книжку. Он попросил Виктора дать ему несколько фотографий Дениски, чтобы передать сходство книжного героя с настоящим Дениской. Это получилось замечательно.
В 1961 году вышла первая книжка «Он живой и светится», включившая в себя 16 рассказов. Какой это был праздник для Вити и всех нас! И этот праздник мы смогли отметить в нашей новой квартире на Каретном ряду, куда переехали в ноябре 1960 года.
Это случилось, когда Виктору было уже почти 47 лет! Витя был потрясен размером нашей квартиры. Всю жизнь, до получения этой квартиры, он жил в ужасных условиях, особенно неподходящих для творческого человека, человека, любящего детей, общение, застолье.
И теперь началась совершенно другая жизнь. Сколько друзей, знакомых навещали нас, засиживались заполночь! С какой радостью Витя принимал друзей, как гордился просторной квартирой, где наконец есть своя собственная довольно большая комната, так называемый кабинет, где он мог спокойно работать, никто ему не мешал— у Дениски была своя комната.
Работал Витя обычно утром и днем, пишущей машинки у него не было, он писал шариковой ручкой, а потом отдавал перепечатывать машинистке.
В эти годы, несмотря на начинавшуюся гипертонию, он был полон сил, энергии, казалось, он хотел наверстать то, что было им упущено в его многообразной творческой работе. Писал он много, взахлеб, и еще у меня было такое ощущение, что он спешит, что у него может не хватить времени на то, что он задумал. А планы у него были большие.
Уже были написаны две повести: «Он упал на траву» и «Сегодня и ежедневно». В обеих повестях он описал то, что действительно было им пережито, так что обе повести носят в большой степени автобиографический характер.
А вечерами Виктор предпочитал принимать друзей. Особенно много народу у нас перебывало в первые годы жизни на Каретном ряду. Чаще всех у нас в гостях бывала Милочка Давидович. Иногда она приходила с Алексеем Михайловичем Файко, а если заходил и Эмиль Кроткий, то это был настоящий праздник. Все они отличались необыкновенным остроумием, как интересно было их слушать! Нередко бывал у нас Леонид Зорин, старый друг Яша Костюковский, Александр Раскин, талантливый поэт, пародист, мне кажется, сейчас совсем забытый. А человек он был весьма оригинальный, у него была какая-то особая манера разговаривать, непохожая на других интонация. Он очень редко улыбался, хотя писал невероятно смешные пародии. Однажды в день рождения Вити он подарил ему дореволюционный сборник стихов Саши Черного и написал: «Дорогому Витеньке Драгунскому от Саши, тоже черного!» А его очаровательная жена Фрида Вигдорова была полной противоположностью своему мужу — живая, разговорчивая, она иногда навещала Витю, которого любила, обожала его рассказы. Она сама была пишущим человеком, и ее книга «Мой класс» стоит на полке в Витиной библиотеке. Фрида такая женственная, обаятельная и такая мужественная женщина!
Мы все помним, как во время суда над И. Бродским она записывала весь ход этого позорного процесса. Фактически это был подвиг. Ведь категорически запрещалось вести запись судебного процесса.
К Виктору всегда тянулись люди: художники, писатели, артисты. Его доброжелательность, обаяние, остроумие притягивали. Витины друзья приводили к нам своих друзей, завязывались новые знакомства, переходившие в дружбу.
Так, через Изольда Зверева мы познакомились с поэтом Яковом Акимом, пишущим в основном для детей. И тут завязалась настоящая крепкая дружба. Мы узнали, что Яша женат на Тоне Максимовой, киноактрисе, очень красивой женщине. Она была Витиной приятельницей еще в предвоенные годы. Они стали часто бывать у нас. Яша и Тоня остались нашими преданными друзьями до последних дней Витиной жизни.
Поэт Яков Аким, очень любивший Витю, рассказывает:
«Драгунский был человеком искусства. Он любил не только театр. Он любил литературу, поэзию и поэтов очень любил. Я помню, как он восхищался тогда еще юной Беллочкой Ахмадулиной. Он говорил, что это чистый ручеек. Он обожал художников, которые собирались у него довольно часто. Их работы висели в квартире Виктора Юзефовича и висят до сих пор.
Виктор увлек своего сына Дениса в художество. Денис еще мальчиком очень здорово рисовал. Я помню его выставку, которая прошла с большим успехом. А потом была еще одна выставка. И была рецензия на эту выставку. Потом он перестал рисовать.
Надо сказать, что таланта Виктора Драгунского хватало даже на его детей.
Денис теперь отец семейства, у него есть дочь, которая тоже увлекается рисованием. А Денис успешно работает в литературе, пишет прозу, пьесы, киносценарии.
У меня есть такая фотография: Виктор дома читает свой новый рассказ своим детям и мне. Рядом сидит симпатичный мальчуган Денис и стоит Алла, держа на руках дочку Ксюшу.
Сейчас Ксюша подросла, окончила сценарный факультет ВГИКа, участвовала в совещании молодых писателей Москвы. И что для меня было откровением и радостью: она пишет хорошую прозу. Я читал ее повесть и был счастлив.
Много прекраснейших детских книг создано на земле. Но не так много книг, которые подарили бы детям характер, образ, который был бы с ними всегда. Это Том Сойер, это Гекльберри Финн, это Незнайка Н. Носова, и это, конечно Дениска Драгунского.
Это величайшее счастье писателя так угадать то, что нужно его юным друзьям, чтобы все приняли этот образ как образ своего друга.
Юному человеку нужны все витамины, в том числе нравственные. Витамины доброты, благородства, честности, порядочности, мужества. Вот все эти витамины дарил нашим детям щедро, талантливо Виктор Драгунский.
Я хочу сказать, что служение детству — это служение будущему, и поэтому книги Драгунского, созданные им в определенное время, всегда были устремлены не только в тот день, когда были созданы, они были устремлены в грядущее. И путь его книг к сердцам миллионов детей продолжается, и этот путь будет вечным, пока существует детство.
Драгунский был подарок, с ним всегда было интересно, весело. Он был начинен историями и юмором. По натуре своей он был рассказчиком, но он умел слушать и любил слушать. Он всегда мог рассказать что-то интересное и делал это с артистизмом. Ведь он был прекрасным актером. А как он читал собственные рассказы!
Я вспоминаю, как я сидел на детском утреннике со своим маленьким сыном. И вот вышел на эстраду Виктор Драгунский, сияя улыбкой, и дети
