Читаем без скачивания Национальная галерея в Лондоне - Ирина Кузнецова

Зал итальянской живописи XVI века

Зал венецианской живописи

Одновременно с произведениями художников Х1Л века галерея пополнялась и живописью мастеров предшествующего столетия. Здесь перед дирекцией галереи возникла другая трудность. Дело в том, что в 1900 году в Лондоне открылась так называемая галерея Уоллес, родившаяся из богатейшего частного собрания, которое в течение многих десятилетий пополнялось преимущественно работами английских и французских, мастеров XVIII века. В галерее Уоллес можно было видеть лучшие произведения Ватто, Буше и Фрагонара, и, конечно, Национальная галерея не могла сравняться с ней в этом отношении. К тому же вряд ли вообще и могла быть надобность в подобном дублировании материала. Администрация Национальной галереи приняла поэтому решение ограничиться в этой области сравнительно небольшим, но выразительным подбором произведений, дающих общее представление о наиболее интересных мастерах и стилистических направлениях эпохи. Так, например, «Любовная гамма» Ватто, вошедшая в собрание галереи в 1912 году и до сих пор остающаяся там единственным произведением этого замечательного живописца, является характернейшим образцом его «галантной» тематики и утонченного колорита. В 1925 году галерея приобрела парадный портрет работы Токке и две прелестные жанровые картины Шардена – «Карточный домик» и «Маленькая учительница» – и около того же времени блестящий портрет, написанный Друэ, и две пастели Перонно – виртуозного соперника знаменитого Латура. Несколько позднее, уже в 1945 году, галерея обогатилась сразу многими полотнами кисти Наттье, Ларжильера, Виже-Лебрен, составившими вместе с предыдущими приобретениями уже некое стройное целое. Так постепенно начал выкристаллизовываться новый, самый молодой раздел галереи, который уже в послевоенные годы стал предметом особого попечения ее руководства.

Ватто. Гамма любви

Годы войны явились для Национальной галереи, так же как и для многих других музеев Европы, временем тяжелых испытаний. Во время жестоких бомбежек, которым подвергался Лондон, девять бомб попало и в здание галереи, полностью разрушив ряд экспозиционных залов. Картины к этому времени уже были давно вывезены в безопасное место. Эвакуация началась 23 августа 1939 года и закончилась 3 сентября за несколько часов до объявления войны. Картины были размещены во многих замках и научных учреждениях Северного Уэлса.

Падение Франции создало тяжелую ситуацию, поставив Англию под угрозу прямого нападения с воздуха. Было решено еще более рассредоточить спрятанные художественные ценности, но, так как подобная мера очень затрудняла хранение, не давая в то же время полной гарантии от гибели во время воздушных налетов хотя бы части памятников, было постановлено сконцентрировать все картины галереи в одном подземном хранилище. Выбор пал на гору Мэнод-Куерри в Уэлсе высотой около 500 метров над уровнем моря, изрытую у подножья многочисленными старыми каменоломнями. К пещерам была подведена узкоколейка, подземные помещения оборудованы так, чтобы создать максимально подходящие условия для хранения картин, провели электричество, отопление и вентиляцию.

В сентябре 1941 года все картины благополучно переправились на новое место, где и оставались уже до конца войны. Тем временем в здании на Трафальгар-сквер давались концерты, устраивались выставки, которые, несмотря на тяжелую военную обстановку, привлекали много народа. Особой популярностью пользовалась серия выставок под названием «Картина этого месяца». С января по февраль 1942 года в вестибюле галереи был выставлен только что приобретенный портрет Маргариты Трип Рембрандта. Его сменила специально привезенная из Уэлса картина Тициана «Явление Христа Марии Магдалине», и так продолжалось до конца войны, за исключением двух месяцев в начале 1944 года, когда воздушные налеты были особенно ожесточенными. Появление каждого такого «месячного шедевра» сопровождалось распространением его фотографий, специальными лекциями и объяснениями. Успех был так велик, что привлекал в галерею до тысячи человек ежедневно.

Ренуар. Зонтики

В мае 1945 года выставка «Сорока трех шедевров» возвестила о возрождении мирных дней и о восстановлении галереи. Возвращение обратно всех картин было завершено в декабре, а в конце января 1946 года Национальная галерея вновь открылась для публики поначалу в девятнадцати залах, которые удалось привести в порядок к этому времени. Постепенно входили в строй и другие помещения, за исключением западного крыла, где девять залов были разрушены полностью и требовали капитальных строительных работ. Восстановление этих залов, растянувшееся почти на десятилетие согласно общему плану реконструкции всей галереи, привело к установлению в них специальных устройств кондиционированного воздуха, которым были снабжены последовательно и все другие помещения. Так решилась наконец многолетняя проблема лондонской атмосферы с ее сыростью и загрязненностью, столь пагубно действующей на сохранность картин. Теперь галерея получила возможность создать для экспонатов совершенно новые условия, контролируя влажность и чистоту воздуха. Это же позволило показывать картины без предохраняющих стекол и избавиться таким образом от бликов и отражений, которые искажают изображение. Первый такой зал был открыт в 1950 году, в 1956 году их было уже шесть, и в настоящее время эта важная работа близка к завершению, включая сюда и новые залы нижнего этажа, где были оборудованы доступные для посетителей помещения «открытых запасников». Это последнее важное нововведение было вызвано новыми принципами музейной экспозиции, широко утверждающимися сейчас в художественных музеях. Современные требования свободной однорядной развески, обеспечивающей наилучшее зрительное восприятие памятников, и нежелание загромождать показ произведениями второстепенного значения привели к численному сокращению картин экспозиции, состоящей теперь зато из работ самого высокого качества. Подобное устройство давало возможность массовому зрителю без больших затруднений и поисков сразу ознакомиться со всеми лучшими памятниками собрания. В то же время специалисты или просто люди, желающие детально ознакомиться с тем или другим разделом, получали эту возможность путем осмотра по-новому оборудованных запасников, где сосредоточивались все остальные картины собрания. Повешенные хотя и более тесно, но по тому же историко-систематическому принципу, эти картины оказались в свою очередь легко доступными для обозрения и изучения. Запасники же, в прежние времена более похожие на склад или кладовую, превращались в своего рода подсобную галерею. В настоящее время в Национальной галерее хранится немногим более 2000 картин. Некоторое число их отдано на время в другие музеи и различные учреждения, но приблизительно 1900 произведений являются доступными для всеобщего осмотра. Половина их находится в основной экспозиции второго этажа, другая в залах открытого запаса.

После войны в галерее был создан и специальный отдел хранения, позволяющий осуществлять постоянное наблюдение за состоянием картин и вести планомерную работу по реставрации и расчистке живописи силами собственного квалифицированного штата художников-реставраторов.

Особую заботу для администрации Национальной галереи представляет вопрос ее дальнейшего расширения, частично уже начатого в связи с ее послевоеннной реконструкцией. По плану, рассчитанному на ближайшие полтора десятилетия, предполагается перевести в другое место примыкающую к зданию с севера Национальную портретную галерею, чтобы полностью использовать таким образом освобождающийся участок. Подобный прирост площади смог бы на долгое время решить эту проблему для Национальной галереи.

Каковы же были приобретения музея за последние двадцать лет и что сейчас прежде всего характеризует это замечательное собрание? Среди всех национальных школ живописи, представленных в галерее, итальянская школа по-прежнему занимает главное и наиболее блистательное место. Целых семнадцать залов, то есть половина всей экспозиционной площади, отданы картинам итальянских художников, и из них в пятнадцати показана живопись эпохи Возрождения. Надо сказать, что большинство ее наиболее выдающихся памятников принадлежит еще к замечательным приобретениям Истлейка, когда буквально каждый год приносил свой «урожай шедевров». Те времена быстро прошли. Цены стремительно взлетали вверх, обгоняя музейные финансовые возможности, да и самый вывоз картин из Италии становился все более и более затруднительным благодаря ограничительным мерам, принятым итальянским правительством.

Последние крупные приобретения XIX – начала XX века, такие, как «Мадонна Ансидеи» Рафаэля (1889), «Происхождение Млечного Пути» Тинторетто (1890), портреты Морони (1890) или так называемый «Ариосто» Тициана (1904) исходили уже не из итальянских, а из отечественных собраний, и число их сокращалось год от года. В 1916 году, в период первой мировой войны, завещание Лэйарда принесло собранию много хороших венецианских картин XV века, и тогда же при помощи Национального фонда был куплен монументальный алтарный образ Мазаччо «Мадонна с младенцем» – первое произведение этого великого зачинателя живописи Возрождения, вошедшее в галерею. Вторым значительным вкладом этого периода явилось завещание Монда в 1924 году. В его коллекцию входили такие значительные произведения, как две доски из серии «Жизнь св. Зиновия» Боттичелли, «Мадонна с младенцем» Тициана и некоторые другие. Важным пополнением и без того уже блестящего собрания живописи Тициана стал великолепный в своей импозантной торжественности групповой портрет семейства Вендрамини, купленный в 1929 году. В противоположность большинству других тициановских полотен, находящихся в Национальной галерее и принадлежащих к более ранним этапам его творчества, семейство Вендрамини, написанное около 1550 года, показывает нам позднего Тициана. Величественные силуэты трех венецианских патрициев, преклонивших колени перед алтарем, своеобразный трижды повторяющийся ритм тройных группировок фигур придают целому характер торжественной репрезентативности. В то же время темпераментная энергия красочной лепки и богатство насыщенной гаммы наполняют особой мощью портретные образы, столь отличные в своей жизненности от тех застывших фигур, которые мы видим в парадных портретах модных придворных художников той же эпохи. Еще один интересный портрет Тициа на был принесен в дар галерее в тяжелом 1942 году. Дальнейшие приобретения итальянского отдела, относящиеся уже к концу 1950-х годов, касались в основном произведений мастеров XVII-XVIII веков, до того почти не представленных в собрании.