отравить ректору жизнь.
— Выйдите, пожалуйста! — запоздало приказал ректор.
Дождавшись, пока преподаватель скроется за дверью, он устало поинтересовался:
— Ну, и что же нам делать? Не наказывать ее?
Лику покоробило, что о ней говорили в третьем лице, будто ее здесь нет, но у нее хватило ума промолчать. Впереди забрезжил шанс остаться в академии. Надо выждать и не вмешиваться. Кто бы мог подумать, что Раян Энсис станет ее добрым вестником!
— Отчего же? — пожал плечами магистр. — Проступок налицо, тяжкий проступок. Я всего лишь против исключения и иных крайних форм воздействия. Так как, два года, Скотт?
Он неожиданно повернулся к Лике и одарил ее лукавой улыбкой.
Девушка опешила. Она даже не знала, от чего больше: от того, что Раян вдруг к ней обратился или от непривычной игривости.
— Какие два года? Что за два года? Объясните толком! — Ректору надоели непонятные намеки.
— Охотно. Извините, Скотт, — развел он руками, — придется выдать вашу тайну. Впрочем, вы сами мечтали поделиться ей с ректором.
— Так вот, — теперь магистр обращался исключительно к Бранцелю, — прошлым вечером, когда мы с вами жарко обсуждали назревшие изменения в программе третьего курса, Лика Скотт собралась к вам с повинной. Она приняла участие в глупом споре и залезла в мой дом. Ничего не украла, но факт остался фактом. В наказание я попросил ее помочь с классификацией книг и ингредиентов для зелий. В свете последних событий ей придется стать моей ассистенткой на два года. Сами понимаете, программа обучения обширна, я не могу за всем уследить. Вдобавок четыре руки в лаборатории лучше двух. При необходимости я предоставлю список порученных ей заданий.
— Не нужно. Я согласен с выбором наказания, — быстро, словно боялся, что Раян передумает, произнес ректор. — Предпочитаю, чтобы темные находились под вашим присмотром круглосуточно.
— Круглосуточно?
От брошенного Раяном взгляда Лику кинуло в жар. Она даже ощупала себя, на месте ли одежда, не сумел ли магистр силой мысли ее раздеть.
Ректор закашлялся, уловив витавший в воздухе напряжение, и строго заметил:
— Не в этом смысле, Раян! Вы прекрасно меня поняли.
— Понял, понял, конечно. Так я могу забрать ее прямо сейчас?
«Как — забрать? Не хочу сейчас!» — заметались в голове Лики переполошные мысли. Она с надеждой, вдруг передумает, посмотрела на ректора, но тот не заметил обращенную к нему мольбу. Тогда, позабыв о роли кающейся грешницы, Лика с жаром выпалила:
— Вы не можете, милорд, так нельзя!
Пальцы ее так сильно вцепились в юбку, что ткань затрещала. Лика этого не замечала. Она не сводила взгляда с лица Бранцеля. Он ведь пошутил? Существует Устав…
— На вашем месте, я бы радовался, юная леди, — безжалостно обрубил крылья надежде ректор. — Вас могли исключить, но стараниями господина Энсиса вы продолжите обучение.
— Но я не хочу!
Лика балансировала на грани истерики. Ей одновременно хотелось разрыдаться и вцепиться в Бранцеля, трясти до тех пор, пока он не передумает. Очевидно, нечто подобное отразилось на ее лице, раз Раян обеспокоенно положил руку ей на плечо.
— Хватит с вас за сегодня одного обратного заклинания, Скотт, — склонившись к самому уху, прошептал он. — И не так уж я страшен, студентками на ужин не питаюсь, к крови тоже равнодушен.
Лика смущенно молчала.
Дыхание Раяна шевелило ее волосы, мурашками разбегалось по телу.
Так близко! Снова недопустимо близко.
Лике казалось, ее опустили в ледяную ванну. Овеваемая теплыми волнами дыхания магистра, она боялась пошевелиться, только сердце ухало в груди. Ректор, кабинет, мир за пределами административного корпуса перестали существовать, остались лишь обострившиеся до предела чувства. Они сплетались в огненный клубок в животе, стекали лавой по ногам, иголками входили под кожу.
— Вам понравится, Скотт!
Шепот Раяна понизился до интимного. Теперь его губы и вовсе касались мочки ее уха. Это-то отрезвило. Словно ошпаренная, под задорный смех магистра Лика отскочила, запнулась о стул и едва не растянулась на полу.
Молчаливо наблюдавший за мизансценой ректор неодобрительно хмурился, однако отчитывать Раяна не стал. Магистр был… странным. Нелепо требовать от него того же, что от нормальных людей. Между тем он отличный специалист, при необходимости заменит половину преподавательского состава, именно поэтому в свое время Георг Бранцель согласился принять его на службу. Ректору хотелось восстановить былую славу академии, вдобавок, пообщавшись с Тайной канцелярией, он пришел к выводу, что опасности для студентов Раян не представлял.
— Итак, — Бранцель прокашлялся, напомнил, кто здесь главный, — давайте закончим разбирательство. Мы увлеклись последствиями, почти определились с наказанием, — он покосился на Раяна: мол, решаю тут я, а не ты, — но так и не выслушали провинившуюся. Студентка Скотт, — Лика встрепенулась, подобралась, — поведайте нам о причинах своего поступка. Почему вы хотели убить Мирабель Селти?
— Я вовсе не хотела ее убивать, милорд! — с жаром заверила Лика. — Как я и говорила, все вышло случайно. Я смутно понимала, что творю. Мирабель… Она надела мне на голову котелок, говорила разные обидные слова. Я жутко разозлилась, и тут всплыло в памяти заклинание.
Девушка умолкла в ожидании окончательного вердикта. Прокручивая сказанные слова, она засомневалась, не покажется ли после сделанного признания двухлетнее рабство недостаточным наказанием.
Ректор напряженно безмолвствовал, затем повернулся к Раяну:
— Так последствия не слишком серьезные?
— Их вовсе нет, — ошарашил тот.
— То есть? — Брови ректора сошлись на переносице. — Но «Аквир»…
Зато Лика все прекрасно поняла. Раян проделал с Мирабель то же, что некогда с ней. Удивительно, как в одном человеке уживались два противоположных дара: жизни и смерти!
— Право, Георг, девочка применяла его второй раз в жизни, неумело, по памяти, неужели вы думали, будто все выйдет правильно?
Раян смотрел на ректора словно на неразумного ученика.
— Стоп! — Выставил перед собой ладонь Бранцель. — Пару минут назад вы утверждали, что заклинание удалось.
— Заклинание — да, а вот должный эффект — нет. Она студентка, Георг, сту-дент-ка! Вдобавок не знакома со своим настоящим даром. Даже если правильно все сформирует, силу вложить не сумеет. И хватит уже!
Магистр ударил кулаком по столу, поставив жирную эмоциональную точку в препирательствах. Ректор шумно засопел, но сдержал бурлившие внутри эмоции.
— Три недели исправительных работ и… Насколько там она вам нужна, Раян, настолько и забирайте. Но отныне вы отвечаете за все, что она выкинет! — пригрозил Бранцель.
Раян равнодушно пожал плечами. Отвечаю, так отвечаю.
— И заодно, чтобы десять раз не заходить, как там с обратной магией? Утверждена?
— Да, два раза в неделю.
