Читаем без скачивания Конкуренция и конкурентоспособность - Юрий Тарануха

§ 5. Концепции «новой конкуренции»

Один вариант «новой конкуренции» выдвинул Майкл Х. Бест [1]. Он полностью отвечает эволюционному подходу к конкуренции и опирается на ту же теоретическую базу – «шумпетерианское ядро», рассматривая микроуровень в качестве генератора изменений. Его отличительные особенности связаны с 1) перенесением акцента анализа из сферы обращения в сферу производства и 2) с переключением внимания на организационные особенности фирмы.

Переход к «новой конкуренции» объясняется переменами в технологической базе производства (переход к гибким системам производства). Предприятия стали действовать на иных принципах организации. Это свидетельствовало в пользу идеи о том, что характер конкурентных отношений определяется материальными условиями производства, которые выступают самостоятельным фактором (независимой переменной) конкурентного процесса. Специфика «новой конкуренции» выражается в четырех организационных изменениях: 1) в фирме, 2) в производственной цепочке, 3) в работе отрасли, 4) в промышленной политике.

Суть перемены в организационном устройстве фирмы Бест видит в переходе от иерархической структуры с ее административным контролем к системам, которые опираются на работу командой, т. е. на кооперацию функций на всех этажах управления. В этом он опирается на теорию предпринимательской фирмы, выдвинутую Эдит Пенроуз в конце 50-х годов ХХ столетия. Такая фирма в своей деятельности опирается на добытое опытным путем внутрифирменное знание. Это знание нельзя купить на рынке. Но именно его наличие дает монопольные преимущества перед конкурентами. Источник этого знания – работа в команде, которая генерирует новые знания и способствует их распространению и накоплению. Определяется эта способность организационной культурой фирмы, качество которой проявляется в способности внедрять эффективные нововведения быстрее соперников. Таким образом, в отличие от шумпетерианской трактовки, где инновация – результат революционной и строго персонифицированной деятельности, Э. Пенроуз трактует ее как результат повседневной и непрерывной, рутинной деятельности, осуществляемой коллективно. Фирма – коллективный предприниматель. Это превращает ее в самообучающуюся организацию. Именно такая фирма является олицетворением «новой конкуренции». Ее преимущества – гибкость и быстрота адаптации к новым условиям. Изменяется и объект, вокруг которого разворачивается конкуренция. Им выступает не цена, не продукт, и даже не предпринимательская идея, а фирма, причем выступающая в качестве не производителя, а субъекта организационной культуры. Конкуренция превращается в процесс селекции организационных культур, в котором побеждает та из них, которая позволяет быстрее и гибче реагировать на изменения окружающей среды.

Организационные изменения фирмы повлекли за собой изменения в организации производственных цепочек, т. е. в формах взаимодействия фирм. На смену дихотомии «рынок или иерархия» приходит новый способ взаимодействия – совещательная координация, опирающаяся на кооперацию, обратные связи и взаимную ответственность контрагентов. Переход к новой форме взаимодействия вызван усложнением технологии и высокой динамикой изменений на рынке и внутри фирм. Усиливающаяся потребность в узкоспециализированных инвестициях повышает неопределенность в отношении возмещения таких инвестиций. Высокая скорость изменений в технологиях требует быстрого обмена информацией (новым знанием), а наибольший кумулятивный эффект достигается при объединении специализированных внутрифирменных знаний и навыков. Рыночный и административный способы координации не способны решить указанные задачи. Это возможно только посредством совещательной координации, которая способна обеспечить поток идей, благодаря долгосрочным связям, кооперативному сотрудничеству и взаимной ответственности.

Ориентированная на краткосрочную эффективность ценовая конкуренция мало отвечает задачам долгосрочного партнерства. Поэтому отраслям с «новой конкуренцией» присуща новая форма взаимодействия: соперничество сосуществует наряду с сотрудничеством. «…Фирмы не только конкурируют, но они могут также кооперироваться для осуществления совместных услуг для формирования «правил игры на рынке» и для создания взаимодополняющих инвестиционных стратегий» [1, с.29]. В отрасли возникают институты, обеспечивающие межфирменную кооперацию. Эти институты ориентируют соперников на поддержание активной обратной связи между собой и с конкурентным окружением, что связано с потребностью в обеспечении распространения (через обмен) нового знания и навыков. Регулируя внутриотраслевые потоки информации и инноваций, они превращаются в институты промышленного развития. Формы отраслевых институтов могут быть разными: региональная конгломератная кооперация, кластер, финансово-промышленная корпорация. Но суть у них одна – смягчить адаптацию отрасли к переменам и поддержать ее конкурентоспособность, обеспечивая благоприятные условия для долгосрочных инвестиций. Их возникновение – реакция на реальный парадокс конкуренции: интенсивная ценовая конкуренция подрывает долгосрочную конкурентоспособность.

Новая парадигма развития отраслевого рынка требует новой экономической политики. Смысл такой политики – не достижение оптимального распределения ресурсов, а обеспечение условий для устойчивого развития отрасли в долгосрочной перспективе. Такая политика должна отвечать трем требованиям. Во-первых, не противопоставлять рыночные и плановые способы координации. «Рынок – это хороший слуга, но плохой хозяин»: [1, с. 33]. Во-вторых, способствовать непрерывному совершенствованию производства. В-третьих, содействовать достижению организационного превосходства, что обеспечит более быстрый экономический рост и проникновение в новые отрасли.

«Новая конкуренция» – это модель конкурентной системы, где фирмы: [1, с. 213],

• конкурируют стратегически, самостоятельно определяя сферу конкурентного соперничества (шумпетерианская составляющая);

• конкурируют как самообучающиеся организации, создающие новые производственные услуги благодаря командной работе (пенроузианская составляющая);

• конкурируют, сотрудничая между собой (ричардсонианская составляющая).

Другая концепция «новой конкуренции» сформировалась у социологов, которые в отношениях соперников помимо экономической состязательности выделили социальную составляющую: поддержание социальных контактов среди рыночных агентов, наблюдение за действиями друг друга, согласование действий, выработка общих правил игры в отношениях с контрагентами и во взаимоотношениях между собой. Конкуренцию стали трактовать как социально укорененный процесс. Социальная укорененность состоит в том, что соперники сознательно дистанцируются относительно друг друга посредством: а) выстраивания сетевых связей (с кем следует или не следует иметь дело); б) выбора правил поведения (как следует или не следует себя вести); в) символической дифференциации (как следует представлять себя в глазах других) [5, с. 60]. Из этого последовал вывод о том, что:

1. определяющим фактором конкурентного взаимодействия являются социальные связи, формирующие приспособительный характер поведения участников;

2. распространение и укрепление социальных связей трансформирует соперничество в соревнование, в котором соперники не стремятся подавлять друг друга;

3. конкуренция имеет тенденцию к установлению порядка, при котором действие конкурентного отбора становится условным.

«Конкуренция уподобляется групповому забегу на длинную дистанцию, когда каждый участник избегает столкновения с другими, но постоянно с двух сторон чувствует локти соперников. А постоянное наблюдение за их скоростью помогает каждому из участников соревнования выработать свои собственные ритм и стратегию» [5, с. 56]. Она трактуется как процесс поведенческого подражания, где взаимодействие принимает соревновательный характер. На основании этого утверждается, что конкуренция – это символическая борьба. Значит, конкуренция более не является игрой с нулевой суммой: выигрыш одного – потеря для другого. Следуя этой логике можно ожидать, что со временем конкуренция превратится в отношение, базирующееся на олимпийском принципе: главное не победа, а участие. Следовательно, конкуренция как социально укорененный процесс – это процесс, в котором конкурентное соперничество принимает сугубо «мирный» характер.

Такая трактовка конкурентного процесса требует введения особой типологии конкуренции [5, с. 49–51]. Во-первых, в ней разграничиваются понятия «экономическая» и «хозяйственная» конкуренция. Экономическая конкуренция – это соперничество, которое ставит перед собой достижение сугубо экономических целей (увеличение прибыли и доли рынка) и осуществляется исключительно экономическими методами (повышение эффективности деятельности). Хозяйственная конкуренция помимо экономической включает еще и соперничество, которое преследует неэкономические цели (повышение рейтинга фирмы или личности предпринимателя) и осуществляется неэкономическими способами (использование административного ресурса и криминальных методов борьбы). Именно неэкономическая часть хозяйственной конкуренции формирует социальную составляющую конкурентного процесса, которая доминирует в современной конкуренции, отодвигая экономическую составляющую конкуренции (ценовые сигналы) на второй план. Во-вторых, вводятся понятия «соревновательной» и «хищнической» конкуренции. Соревновательная конкуренция нацелена на улучшение собственной рыночной позиции, а хищническая конкуренция – на подавление конкурентов. Это наводит на мысль о том, что социальная укорененность конкурентного процесса проявляется в переходе от хищнической конкуренции к соревновательной.