скрыть лицо. Их путь был специально проложен по второстепенным дорогам, чтобы избежать лишних взглядов.
В Веца-торе необходимо было пополнить запасы провианта и воды до следующего населенного пункта. Путники быстро справились с этой задачей в ближайшем магазине и, пройдя по сети мелких улиц, подобрались к окраине поселка.
Дороги уходили западнее, к основной проезжей части, которая вела к более крупным городам и столице, а маршрут Люси и Л пролегал вверх через переулки к заросшей горной тропе.
Здесь Л остановился, чтобы, пока есть сеть, сделать звонок Колину. Вытащив из поясной сумки телефон — именно им оказался плоский аппарат — он набрал номер и уселся на лавку у одного из участков.
— …Нет, нам нужно пару человек для общения с полицией, — говорил он. — Нужно уточнить у них, если они согласны…
Люси слушала разговор вполуха. Сквозь его голос, отдаленные сигналы электромобилей, крики детей и пение птиц она вновь почувствовала едва уловимый знакомый шепот.
Медленно отойдя от Л, она подошла к краю участка и заглянула за угол.
В самом конце соседнего переулка, как она и предполагала, стоял, окруженный сигнальной лентой, старый бревенчатый дом.
Тихо ступая по земле, она направилась к нему.
Дом будто притягивал ее. Она жаждала узнать, что скрывается за этими голосами, выяснить, в чем секрет этих бутафорий.
Она подошла вплотную к ленте и, сняв очки, вгляделась в дом. Шепот становился более различимым, и казалось, что вот-вот — и она узнает, о чем говорят эти люди…
— Люси!
Она вздрогнула и обернулась. К ней приближался Л.
— Я лишь хотела… — начала она, направляясь к нему.
— Я согласился довести тебя до Аврога, а не проводить экскурсию! — Он с раздражением убрал назад спутанные волосы. — Если ты хочешь продолжить дальше одна, скажи это сейчас и не трать время!
Он замолк в ожидании ответа.
Люси смотрела на него, пытаясь сохранить хладнокровие.
— Давай продолжим путь, — произнесла она, стараясь, чтобы ее голос не дрогнул. — Я не буду никуда лезть.
Л отвернулся и пошел вперед по переулку.
Люси последовала за ним, но внутри нее снова кипела злость.
* * *
После выхода из Веца-тора уже полтора дня Люси и Л держали свой путь по полупустынной горной местности.
Поначалу, сразу после поселка, они поднимались по тенистой тропе среди деревьев, однако теперь вся растительность пропала, и по пути им попадались лишь небольшие кустарники.
И если сперва они встречали людей, идущих в обратном направлении, то теперь вокруг не осталось абсолютно никого.
Путников стала преследовать невыносимая жара.
Солнце жгло с самого утра и прекращало на закате, и под конец дня, когда становилось прохладнее, в ушах звенело от жары и усталости.
Любая случайно открытая часть тела моментально обгорала под палящими лучами, и это доставляло боль и мешало уснуть.
Пыль, поднимающаяся под порывами ветра, оседала везде: на лицах, одежде, рюкзаках; пыль скрипела на зубах.
Лишь вода, в обилии доступная в подземных источниках по пути, немного спасала от пекла. Тем не менее, она заканчивалась слишком быстро, задолго до того, как путники добирались до следующего источника.
Несмотря на тяжелые условия, Л шел будто еще быстрее, хотя, возможно, это у Люси становилось все меньше сил. Он по-прежнему очень мало разговаривал — возможно, он злился, что Люси заставила его идти с ней, а быть может, он просто хотел, чтобы она сдалась и отпустила его в столицу одного…
Она могла понять Л, но все равно ярость вскипала в ней, когда она часами пыталась нагнать его, вечно идущего впереди.
Люси пыталась успокоить себя, повторяя, что если он не поможет ей, то никто это не сделает. И она все еще верила, что ее сон в Соде что-то значил…
— Воды нет.
— Что? — задыхаясь, спросила Люси, когда, наконец, нагнала Л у очередного источника.
— Воды нет, — повторил Л. — Источник пересох. Следующая вода будет только в конце дня, когда придем к реке.
Люси посмотрела на пыльный циферблат. На часах был полдень.
— Там… совсем ничего нет? — пересохшими губами выговорила она и опустилась на колени к отверстию в земле. На дне была видна только чуть влажная земля.
— Сколько у тебя осталось? — спросил Л.
Люси вытащила бутылку. Она была заполнена наполовину.
Запасов у Л оказалось еще меньше.
— Надо как-то дотянуть это до конца дня, — выдохнул Л, вытирая пот с лица.
Он одел рюкзак и двинулся дальше.
Люси медленно последовала за ним. По какой-то причине она никак не могла вдохнуть полной грудью, будто ее сдавило железными оковами.
Люси вновь пыталась нагнать Л, но чем больше сил она прикладывала для этого, тем дальше он становился.
«Отец… Ты вернешься домой…»
Она очень устала.
Ей захотелось хотя бы на секунду опуститься на землю…
«Нет, нужно идти…»
Всего лишь на секунду…
Люси легла на землю. Тошнота подкатывала к горлу, в висках пульсировало.
Перед ее глазами был виден лишь раскаленный песок и уходящий вдаль Л.
Он бросит ее здесь…
Зачем она ввязалась в это?
Люси мысленно улетала от себя все дальше. Она стала видеть саму себя — тощее, закутанное с ног до головы, грязное живое существо, пытающееся выжить в этом беспощадном, чужом мире…
«Вернись!»
Она должна доказать ему. Доказать, что это было правдой…
Люси стала видеть еще больше, и в один момент песок и камни, покоившиеся вокруг нее, поднялись высоко в воздух.
* * *
Голова болела, но уже не так сильно, как прежде.
Люси приоткрыла глаза. Она лежала на одеяле, рядом с ней шелестел тент, закрывающий солнце. Она протянула руку ко лбу и нащупала влажную ткань.
— Не вставай, — послышался голос Л рядом.
Люси вздохнула. Тошнота медленно уходила, но тело было слабым.
— Ты вернулся? — тихо вопросила она.
— Не говори глупостей, — бросил Л.
— В Веца-торе ты говорил…
— Я испугался, что ты залезешь туда. После того, что случилось с тобой в бутафории, тебе вздумалось это повторить?
— Я хотела понять, что там происходит. Разве у тебя нет желания это выяснить?
— Я был там один раз в своей жизни и чуть не лишился рассудка. Я не хочу даже углубляться в то, что связано с безумием.
Люси приложила руку ко лбу.
— Прости, что втянула тебя в это, — сказала она после паузы. — Мне надо было возвращаться в руки полиции. Я была слишком самонадеянной.
— Прекрати. Мы разберемся с тем, что произошло с тобой и твоим отцом, и в колонию вы не вернетесь.
— Что же, неужели ты мне поверил? — усмехнулась Люси.
Л вздохнул.
— Да, я действительно сомневался насчет правдивости
