ГЛАВА 15
Дана Дмитреску
Утро прошло без приключений: журналисты нас не доставали, а в звербуке постили старые снимки убегающей из «Далей» Крокодайл. Мы с Тимом решили не отсиживаться в бунгало, а заняться делами. Набравшись за ночь сил, мы были готовы к новому бою. Аделаида была занята организацией лекции доктора Куропаткина, Тодд помогал маме и тявканьем контролировал рабочих — те устанавливали возле пруда малую сцену. Тим закрылся в офисе, и посадил у дверей секретаршу-бульдога, а я решила навестить семью терьеров-молодоженов. Вдруг кто-то из них окажется нашим Потрошителем.
Вместе с Бобриковой мы долго стучалась в номер, наконец-то дверь открыл взлохмаченный парень с обнаженным исцарапанным торсом и со сползшими на бедра джинсами.
— Че надо? Не видите табличку «Не беспокоить»?
— Добрый день! — Я отодвинула клиента в сторону и прошла в номер. — Служба безопасности «Драконьих далей». К нам поступают жалобы на шум и крики, раздающиеся из вашего номера.
Оглядевшись, я так и застыла: комната походила на мусорную свалку. У стола и дивана были поломаны ножки, шторы сорваны с карниза, на некогда белоснежном ковре валялись пакетики от сухого собачьего корма.
— Горничная — заходи! — скомандовала я Бобриковой, а та тут же зашумела пылесосом.
— Это че такое? — из спальни раздался гнусавый голос девицы, а затем появилась и она сама, обернутая простыней. — Оборзели? У нас медовый месяц! Вон!
— Я начальник охраны «Драконьих далей». И если вы не прекратите орать, я вызову подкрепление и вас выселят, — сообщила я девице. — Горничные не могут к вам достучаться третий день. В номере — бардак. Соседи жалуются на шум.
— Да соседи завидуют нашей бурной личной жизни. А вы не имеет право врываться. Джек, дорогой, выгони эту нахалку вон! — И девица указала своему «бобику» на меня.
Я отметила, что новоиспеченного супруга дочери миллионера зовут Джек. Как и нашего Потрошителя. Глаза парня налились кровью, он затявкал и ринулся на меня. Эти терьеры явно принимают запрещенные препараты. Бобрикова не сплоховала, направив пылесос на моего обидчика. Того отнесло в сторону, он рухнул на пол, запутавшись в державшихся на честном слове джинсах: так и знала, что современная мода до добра не доведет.
— Я немедленно звоню папе, а вы через пять минут лишитесь работы! — завизжала девица, а я заметила в ее руках зверофон.
— Вряд ли я лишусь работы, ведь «Драконьи дали» принадлежат моему мужу. Скорее, это вы останетесь без номера согласно правилам договора. Вы нарушаете режим, а еще испортили чужое имущество, — возразила я, присматриваясь к супругу девицы.
Тот, кажется, уже уснул на ковре, подложив под голову тапочек.
— Ой, я вас узнала! — взвизгнула девица. — Вы же жена Драконова, которая ходит в жуткой пижаме с дракончиками.
— В отличие от вас, пижама у меня есть! — парировала я.
Девушка отступала к спальне.
— Так что, убираться? — гаркнула Бобрикова, а сама подошла к молодожену, осматривая его. Агент ФСО прошептала мне: — Как думаете, наш?
— Что значит «ваш»? — возмутилась молодая супруга. — Он мой! И теперь уже муж! Знаете, сколько я за ним бегала?!
— Да успокойтесь вы. В звербуке этого добра хватает без вас! — махнула я рукой.
— Делаю вам последнее предупреждение: еще раз соседи пожалуются, мы вас выселим из «Далей». И оплатите счет за испорченную мебель.
Девица защелкала зверофоном, снимая нашу перебранку, а затем закрылась в спальне. Мы расслышали, что она кому-то звонит:
— Это телевидение, да? Отдел «Зверожизнь за стеклом»? Вы знаете, ко мне в номер влетела жена миллионера Драконова. Приезжайте срочно! Я хочу о ней поведать миру.
Больше не удалось ничего расслышать, потому что голос супруги перекрыл громкий храп молодожена Джека, который явно не тянул на Потрошителя.
Мы с Бобриковой покинули апартаменты и вздохнули.
— Наверное, эту парочку можно вычеркивать из списка, — предположила она.
— Рано. Следи за ними, — приказала я агенту ФСО.
Мы с ней поднялись на два этажа выше в комнату, где проживало еще одно семейство терьеров: дедушка с внуком. Но как мы не стучались, никто не открыл. Тогда Бобрикова на правах уборщицы воспользовалась своим ключом, и вошла в гостиную. Жильцов не было. Вероятно, ушли на пляж или в парк. Мы обошли номер, обнаружив одежду и кресло-каталку. Странно, но игрушек не было, а в номере ведь проживает дедушка с ребенком. И семья не бедная, иначе не смогли бы позволить себе отдыхать в «Далях».
— Ты тут приберись пока, порыскай, может, что интересное обнаружишь, — попросила я Бобрикову, а она встала по стойке смирно. С пылесосом.
Я же решила посмотреть, как идет подготовка к лекции Куропаткина. На всякий случай залезла в звербук, проверить, нет ли новых фото Тима. Появилось новое видео, разумеется, уже умело смонтированное, но не с мужем, а со мной в главной роли. Я якобы выселяю молодоженов из номера. Собачкина, разумеется, уже подсуетилась, и под видео был комментарий: «Дана Драконова покусилась на чужого мужа!»
Что же за бред? Даже не собиралась ни покуситься, не покусаться! Как объяснить этим бестолковым зверюгам-журналюгам, что я делаю свою работу. Как же тяжело быть женой в зверошоу: куда не зайдешь, везде поджидает опасность. Отдыхающие грубят, насмехаются, снимают каждый шаг, а иногда, и вещи, и выкладывают в звербук. И все перевирают. Не думала я, когда выходила замуж, что жизнь миллионеров такая сложная.
В расстроенных чувствах я шла по парку в сторону пруда. Но пришлось задержаться возле бунгало, где остановились мои родственники. Скрытая кустами, я слушала, как моя сестра с мужем-жеребцом, сидя на веранде и поедая деликатесы, обсуждают, разумеется, меня.
— Дорогая, а у тебя нет каких-нибудь детских фотографий твоей сестры? — спросил мой бывший. — Ну, где она толстая или в уродливых очках?
— Неа, — ответила что-то жующая сестра. — Данка всегда была спортивной и подтянутой, это я на диетах сидела. И очков у нее не было. Разве та страшная шапочка, а еще тощие косички… А тебе зачем?
— Да мне журналисты предложили огромную сумму за компромат на твою сестрицу, — понизил голос жеребец, а я притаилась, прислушиваясь. — Мы с ней встречались недолго, ничего такого вспомнить не могу. Но подумал, может, ты расскажешь какую-нибудь душещипательную историю про то, как она издевалась надо тобой в детстве. Да еще для достоверности приложим уродливую фотку Данки-миллионерши.
Почему-то я была уверена, что сестра откажется. Особой любви у нас не было, но мы и не ссорились. Да и сейчас мы предоставили моей семье один из лучших бунгало в «Далях».
— А денег много? — спросила родственница, а я разочарованно вздохнула.
— Ага, сможем отдохнуть на южном курорте.
— Это хорошо, а то мне уже надоело здесь маяться, отселили нас в этот убогий домишко на пруд с лягушками и комарами, а сами в коттеджах жируют! А за все это время сестрица не подарила мне ни одного платья, ни колечка. У самой, небось, шкаф не закрывается! — шипела сестра, словно была не метаморфом, а змеей.
Я же проглотила от обиды слезы и подавила первый порыв — выйти из кустов и высказать все, что о ней думаю. Но развернулась и пошла дальше. Что ж, не нравится им жить в бунгало, сегодня же вечером покинут и его, и «Драконьи дали». Не буду разрушать имидж коварной родственницы. Хотят подписчики звербука злую Дану — они ее получат! Война так война.
ГЛАВА 16
Тим Драконов
Я работал. Впервые за долгое время — в тишине и спокойствии. Новая секретарша, нанятая мамой и Тоддом, имела воистину бульдожью хватку и никого не пропускала. А дел накопилось много. Такими темпами «Дали» пойдут ко дну. Конечно же, я не мог этого допустить, поэтому с головой ушел в документы. Что тут у нас? Поставки, расходы, зарплата сотрудникам. Надо рассортировать — конечно, для этого есть секретарь, но я предпочитал собственный порядок и разложил документы так, как удобно мне. По полочкам.
