Я кашлянул, стараясь сделать это как можно выразительнее.
— Нет, нет, — прореагировал Тигр. — Мы вовсе не собираемся воевать с какими-либо разведками и прочими солидными конторами. Совершенно исключено. Однако мы считаем дело серьезным. Мы с вами только что совещались, не так ли? И пришли к выводу: необходима розыскная операция. В конце концов, это наш Груздь… Сделайте из этого вывод, дрим-драйвер, и в соответствии со всем сказанным готовьтесь к операции. Продумайте схему…
— Пока что мне еще не все ясно, — сказал я в ответ. — Кто будет ассистировать мне в ПС? Кто — охранять мой канал возвращения, поскольку возникает опасность, что его попытаются перехватить? Какова форма связи? По какой методике меня отправят? И наконец: не уговорим ли мы все-таки подпустить нас к телу? Думаю, мне стоило бы внимательно понаблюдать за тем, как Груздь спит: по собственному опыту знаю… А уж если бы поставить на него датчики — и вовсе никаких проблем не осталось бы…
Тигр поднял руку, давая понять, что продолжать мне не стоит.
— Было бы, конечно, куда удобнее, если бы тело находилось в нашей палате. Однако, оно лежит там, где ему полагается, и попасть туда, я мыслю, невозможно — во всяком случае, для нас, не имеющих в государстве никакого официального статуса. К тому же генерал, помнится, высказался по этому поводу с исчерпывающей ясностью, не так ли?
Тигр, как я понял, не хотел заводить нового разговора с СБ.
Но мне было наплевать на эту дипломатию: работать-то придется именно мне, это было совершенно ясно, и я должен был обеспечить себе наилучшие условия.
— Знаете, — сказал я, — если бы я услышал это от человека несведущего… Но от вас — я удивлен. А с проникновением к нему — имеются варианты. Найдите способ уложить меня в ту же клинику. Вы ведь понимаете, что разыскать его будет куда легче, обнаружив его канал, чем действуя практически наугад; а установить канал на два порядка проще, если я вхожу в ПС, оставив свое тело где-то по соседству с разыскиваемым. Формула Гастона, если применить ее к данному случаю…
Тигр снова поднял руку.
— Того, что ты предлагаешь, мы сделать не можем. Все, тема закрыта, — заключил он. — Что же касается остальных твоих вопросов, то ассистировать в ПС тебе будет Сизый. Устраивает?
Я кивнул. Сизый был уже слишком стар, чтобы идти первым номером, но для прикрытия лучшей кандидатуры было не найти.
— Дальше: на твоем канале — Борич. Есть возражения?
— Пусть только попробует возразить, — проворчал Борич.
— Не собираюсь, — заверил я.
— Теперь о методике. Опыт подсказывает, что самое лучшее — точно так же услать тебя в сон без ограничения срока, чтобы ты обладал полной свободой действий. Но за тобой пойдет охота: если Груздя похитили, то не для того, чтобы ты его нашел — во всяком случае, в срок, каким мы располагаем. Поэтому у тебя должна сохраняться возможность аварийного выхода в ПМ — и может быть, неоднократного. И мы тут остановились на таком варианте: сон без ограничения — но под контролем. То есть, если от тебя не поступает сигнала об отзыве, продолжаем держать тебя там. Устраивает? Не спеши, можешь думать целую минуту.
Я кивнул и честно использовал данное мне время до последней наносекунды.
— Пожалуй, я согласен, — сказал я, когда секундная стрелка замкнула окружность.
— Уверен, что плоть не подведет?
Я знал, конечно, что нагрузка на мое спящее тело будет намного большей, чем когда бы то ни было. Но решил, что выдержу.
— Если бы операция рассчитывалась на месяц, — сказал я, — то я бы еще подумал. Но за пару дней плоть, надеюсь, не успеет измыслить какую-нибудь пакость.
— Будь по-твоему, — решил Тигр.
— Значит, все ясно, — подытожил я. — Для меня, во всяком случае. Тогда дайте прямо сейчас распоряжение на Главный компьютер, чтобы начали работу над моей программой, пусть соберут все, что можно. Я тут же сажусь за материалы. Постараюсь не затягивать. Попутно вы выясняете — пусть и через генерала, — с кем Груздь соприкасался в последнее время, кто может рассказать хоть что-то о его желаниях, настроениях, обо всем — вплоть до случайных словечек. Что читал, что смотрел в минуты отдыха — если они у него были, конечно. Одновременно надо выяснить и круг забот и интересов самих этих людей: возможно, мне понадобится пообщаться с ними и там, в Пространстве Сна, — следовательно, я должен знать, где искать их, в каких временах и макроконах. Конечно, самое важное тут — его настроения и информационный репертуар: мне ведь, может статься, понадобится там собрать команду — и желательно уже заранее знать, кого мне привлекать к этой работе из постоянных обитателей ПС. А тут, в Производном Мире, у людей, о которых я говорил, обязательно надо выяснить еще и то — не встречался ли кто-либо из них с Груздем в ПС во время последних нормальных погружений. Я же займусь его записями — анализом и выводами; может быть, таким путем удастся хотя бы в первом приближении набросать его маршрут в ПС и конечную цель, которая и будет скорее всего местом нынешнего пребывания. Хорошо бы, конечно, покопаться в его компьютере — я имею в виду его личный, а не служебный. Можем мы туда вломиться, как думаете?
Мастера переглянулись.
— Именно это я имел в виду, говоря о последних записях, — проговорил Тигр Подземелья. — Что же касается взлома его компьютера…
Он не закончил, но интонация свидетельствовала о том, что он сильно сомневается в такой возможности.
Я перевел вопросительный взгляд на Висячего Замка. Тот покачал головой:
— Мы, собственно, с этого начали. И выяснили, что для того, чтобы вскрыть его компьютер, нужно сперва взломать его жилье. Потому что эта его машина не связана, по данным Глобалнета, ни с одной сетью, общается он при помощи служебных, но там — мы посмотрели — нет совершенно ничего такого, что могло бы нас заинтересовать.
— Понятно, — сказал я. — Значит, мои первоначальные действия таковы: после знакомства с материалами я, получив от вас сведения об интересующих нас людях, делаю более или менее подробную разработку — с кем из них мне надо будет встретиться в Пространстве Сна, сколько мне понадобится опорных групп и кого привлекать в их состав; далее — наметить места встреч с ними в ПС; затем — выбрать узел, в который надо будет пробиться, чтобы получить свободу выбора времен и направлений в ПС. Но прежде всего — подыскать наилучшую методику для выхода из семейного круга, где меня могут пытаться задержать или вообще нейтрализовать. Такого выхода, какой предполагаемым оппонентам было бы трудно предусмотреть. Потом ложусь. Но только для пристрелочного погружения — по производному времени часа на два-три. Выхожу, иду домой, готовлю там выход запасного канала. Дальше — как всегда.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
