– Меня интересует ваше мнение, Джеред, – прервал молчание Паркер.
– Я считаю, что мы должны перестать нести чушь и перейти к сути дела, мистер Вандайвер, – жестко и спокойно ответил Джеред.
– А что вы имеете в виду, говоря о сути дела? – отпарировал Паркер.
Джеред медленно встал, подошел к буфету, налил полный бокал виски и только тогда повернулся к Паркеру. Лорен отметила про себя, что безупречно сшитый черный шерстяной костюм прекрасно сидит на его ладной фигуре. Белый воротник рубашки подчеркивал смуглую кожу лица, которое сейчас было хмурым и даже суровым.
– Суть дела состоит в том, что вы хотите построить электростанцию, которая уничтожит другого человека и его дело. Для того чтобы генерировать электроэнергию, вашей электростанции потребуется вода. Самые доступные источники воды находятся на землях Локеттов. Кажется, пока я прав?
– Ваша оценка фактов несколько искажает действительность, но суть передает верно. – Паркер говорил спокойно, хотя его лицо стало красным, а жирные пальцы яростно теребили цепочку золотых часов, которые он носил в нагрудном кармане.
– Что же станется с людьми, которые зависят от этой воды, для которых доступ к ней – вопрос жизни или смерти, когда явитесь вы и поставите дамбу? Локетты всегда гордились тем, что щедро делились своей водой с другими. Да, это источник дохода, но иногда мой отец ограничивался тем, что брал от фермера в уплату за воду ягненка или двух, а бывало и маленькую корзинку кукурузы после сбора урожая. Даже до принятия закона о землевладении Бен разрешал владельцам ранчо поить своих коров и овец на своей земле, если их стада были не слишком велики. Как же будут жить эти люди, если вода станет для них недоступной?
Лорен жадно слушала. Джеред говорил очень убедительно. Его густые брови, так похожие на брови Бена, были решительно сдвинуты. Сейчас в его поведении не было ни вызова, ни наглости.
– Мистер Локетт… Джеред, – заговорил Паркер терпеливым и снисходительным тоном. – Поймите, что я разбираюсь в бизнесе лучше вас. В любом деле есть те, кто выигрывает, и те, кто теряет. Это краеугольный камень экономики.
– Я не идиот, Вандайвер, поэтому вам нет нужды говорить со мной как со слабоумным, – перебил его Джеред. – Я получил степень в Гарварде именно в сфере экономики, чем очень гордится моя мать. Пожалуйста, продолжайте, думаю, что смогу уследить за ходом ваших рассуждений, – говоря это, Джеред слегка приподнял бокал, как бы приветствуя собеседника.
– Ладно, я буду предельно откровенен, – сказал Паркер. – У вас свой интерес, у нас тоже. Заключим сделку. Вы получите железную дорогу, а мы электростанцию. И обе стороны будут в выигрыше.
– Паркер, я не думаю, что необход…
– Карсон, не перебивайте его, – резко скомандовал Джеред.
Лорен была удивлена, что Карсон без возражений подчинился.
– Мы как раз подходим к самой интересной части нашей беседы, к той, что называется «Вандайвер и сын», – язвительно произнес Джеред. – Эта компания проделала долгий путь из Остина и привезла с собой детальный проект трансравнинной железной дороги, которая будет соединять Остин с Коронадо. – Джеред прервался, чтобы сделать большой глоток из бокала. – Горестно думать, что они зря потратили время.
Лорен смотрела и слушала как зачарованная. С каждым разом этот человек становился для нее все большей загадкой. Ковбой, выпускник Гарвардского университета, бизнесмен?
– Вандайвер, – продолжал Джеред, – в Кервилле дорога существует уже несколько лет. Камфорт и Фредериксбург как раз ведут по этому поводу переговоры. Учитывая, что Локетты разводят скот, добывают гранит и занимаются поставкой кедрового леса, странно было бы думать, что мы нуждаемся в вашей помощи в строительстве железной дороги!
– Заткнись, Джеред. Ты пьян и оскорбляешь наших гостей, – пролаяла Оливия. Ее лицо было искажено гневом.
– Все в порядке, Оливия. Он задал простой вопрос, на который я дам столь же простой ответ. – Паркер слегка поклонился Оливии и повернулся к Джереду: – Бен Локетт был в этом штате уважаемым человеком. Очень могущественным человеком. Я мог бы и не говорить вам этого. И все же в течение многих лет он не мог провести железную дорогу в Коронадо.
– Именно потому, что не хотел лишать куска хлеба людей, которые его уважали! – воскликнул Джеред.
– Каковы бы ни были причины, у вас все еще нет железной дороги. А так уж случилось, что у меня много друзей в комитете по железнодорожному строительству. Если я скажу им, что строительство железной дороги в Коронадо сопряжено с большим риском… – Паркер выразительно пожал плечами. – С другой стороны, стоит мне сказать, что это дело сулит большие доходы, они ухватятся за идею ее строительства. Если уж такой влиятельный человек, как ваш отец, не смог добиться цели без моей помощи, то как собираетесь это сделать вы?
Последние слова Паркера несколько остудили Джереда. Он поставил бокал на маленький столик и в течение нескольких секунд смотрел прямо в глаза Паркеру. Паркер не отводил глаз, оценивая, как видно, возможности врага. Оба они молчали.
Понизив голос, Джеред спокойно произнес:
– Сукин сын.
Потом обратил горящий взор на Курта, который не проронил ни слова за все время этого обмена любезностями.
– Интересно узнать, кто же в таком случае вы. – В голосе его звучало презрение. Джеред перевел взгляд на Лорен, потом на мать и Карсона. На его лице появилась гримаса отвращения, сменившаяся выражением покорности, он резко повернулся и вышел. В каждом его шаге по паркетному полу был виден с трудом сдерживаемый гнев. Несколькими секундами позже хлопнула парадная дверь.
Карсон мгновенно вспомнил о своей роли дипломата:
– Паркер, Курт, вы должны быть терпеливы с мальчиком. Он только что потерял отца. Смерть Бена очень отразилась на нем.
– Будь он мальчиком, я бы проявил терпение и простил его поведение, – сказал Паркер. – Но в данном случае мужчина тридцати с лишним лет ведет себя как мальчишка. Оливия, вам лучше самой уладить с ним все эти вопросы. Если в этом деле на него нельзя будет рассчитывать как на союзника, наша сделка не состоится. Ваш сын – наследник Бена, и за его поведением наблюдают. Если пойдут слухи, что он не умеет держать себя в руках и не может совладать со своими привычками, – Паркер бросил выразительный взгляд на буфет, – то я вряд ли решусь иметь с вами дело из опасения испортить свою репутацию.
– Понимаю, Паркер.
Зеленые глаза Оливии превратились в холодные изумрудные льдинки.
– Джеред примет нашу точку зрения. Так было всегда.
Лорен возмутила непоколебимая уверенность Оливии. Джеред был взрослым человеком и мог иметь свое собственное мнение. Она почувствовала потребность защитить его, но какое она имела на это право.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
