– Мы сочинили достаточно правдоподобную историю о том, что она сестра твоего однокашника. Для пущей убедительности мы скажем, что ты влюбился в нее, когда гостил в их доме. Твой отец хотел сделать тебе сюрприз и пригласил ее сюда, и теперь ты не сможешь вынести ее отъезда. И вы оглянуться не успеете, как окажетесь женаты.
Она подняла руку, готовясь отмести предполагаемые возражения.
– Мы рассчитываем, что ты будешь вести себя скромнее… Но это не означает, что ты должен изменить образ жизни. Лорен образованная и воспитанная девушка, и женитьба на ней будет последним штрихом, необходимым для твоего нового имиджа.
Джеред прислонился к стене, скрестив ноги и сложив руки на груди. В голосе его звучала насмешка, когда он процедил сквозь зубы:
– Вчера вечером мы не произвели впечатления любящей пары. И неужели ты, черт возьми, рассчитываешь, что Вандайверы попадутся на эту удочку? Такие хитрецы, как они, вряд ли поверят этому фарсу.
– Мы скажем, что Лорен посчитала неприличным устраивать свадьбу сразу после смерти Бена и что вы из-за этого поссорились. – И, как бы отметая все дальнейшие возражения, констатировала: – Вы поженитесь немедленно. Достаточно ли ясно я выразилась?
Несколько минут Джеред спокойно смотрел на мать. Когда он заговорил, в его тоне не осталось и намека на веселье, голос был тихим и угрожающим:
– Почему, черт побери, ты все решаешь за меня?! Я уже готов согласиться с твоим планом строительства железной дороги, но тебе этого мало, ты еще хочешь навязать мне жену. Отрезаешь мне все пути. Черта с два!
Оливия улыбнулась довольной улыбкой:
– Думаю, в этом есть смысл, Джеред. Случилось так, что я слышала вашу ссору с Беном в ночь перед его смертью. Не хочешь ли сказать мисс Холбрук, почему Бен заманил ее сюда?
Джеред побледнел, в глазах его появилась боль. Он стоял прямо, опустив сжатые в кулаки руки.
– Нет?
Оливия повернулась к Лорен:
– Ну, Лорен, похоже, Бен предназначал вас для Джереда. Он притащил вас сюда в надежде, что ему посчастливится увидеть сына женатым, устроить его жизнь.
Она снова посмотрела на Джереда.
– Не кажется ли тебе, что есть в этом некая ирония судьбы? Наконец-то наши с отцом интересы совпали. А, Джеред? Ведь именно твой категорический отказ подчиниться его воле, твое обещание сделать пребывание здесь Лорен максимально невыносимым и вызвали у Бена сердечный приступ. Думаю, ты обязан выполнить последнюю волю отца, не так ли? – Она откинулась на спинку кресла и улыбнулась.
Джеред так сжал челюсти, что они казались каменными. Отвернувшись к окну, он пытался справиться с душившей его бессильной яростью.
Лорен никак не могла выйти из шока. Что здесь происходит? Почему эти люди говорят о ней как о неодушевленном предмете, который не может ни слышать, ни видеть, ни говорить? Бен пригласил ее сюда, чтобы женить этого бездельника?! Как он мог быть таким бессердечным?
И Оливия, и Джеред знали о его планах, возможно, и Карсон тоже знал. Все они были в сговоре и пытались обмануть ее. А как они унизили ее, высказывая притворное сомнение в ее добродетели.
Оливия обратила к ней жесткий взгляд своих холодных зеленых глаз:
– Лорен, мы еще не слышали, что вы думаете обо всем этом.
Было ясно, что этот вопрос она считала пустой формальностью. Оливия не терпела, когда ей возражали.
Видя, что Лорен не в состоянии говорить, Карсон неуверенно предостерег:
– Оливия, возможно, мы далеки от того, чтобы правильно увидеть и оценить ситуацию. Дайте им время…
– Нет, – возразила Оливия, – чем скорее, тем лучше, Карсон. Я не сомневаюсь, что, когда Лорен услышит, в чем состоит суть нашего предложения, она тотчас же согласится.
Лорен встретилась глазами с Оливией и почувствовала, как в ней поднимается страстное желание противостоять этой женщине. Она никогда не сможет заставить ее вступить в этот брак. Никогда.
Прежде чем Лорен успела открыть рот, чтобы высказать все, что она думает об этой семейке, Оливия снова заговорила:
– Лорен, не подумайте, что мы не предложим вам никакой компенсации. Вот наши условия. Вы не станете расторгать брак до тех пор, пока будет идти строительство железной дороги. Как только строительство закончится и мы отпразднуем это событие, вы вольны ехать куда пожелаете. За потраченное вами время и за все связанные с этим трудности мы заплатим вам двадцать тысяч долларов наличными.
– Я не возьму от вас ни цента, Оливия! – воскликнула Лорен, даже не поняв, что впервые назвала миссис Локетт по имени. Это последнее оскорбление переполнило чашу ее терпения. Оливия осмелилась купить ее согласие на брак с Джередом!
Она не обратила внимания на презрительный смешок, прозвучавший с того места, где стоял Джеред. Не спуская глаз с Оливии, Лорен хрипло прошептала:
– Это невозможно. Вы, конечно же, шутите!
Оливия смотрела на нее молча. Лорен перевела взгляд на Карсона, вытиравшего платком влажные руки. Человек у окна оставался неподвижным и, казалось, был погружен в раздумье. Он предоставил ей сражаться одной, в то время как им следовало бы объединиться, стать союзниками. Гнев придал ей храбрости.
– Я ни за кого не выйду замуж. Я вообще не хочу выходить замуж, – объявила она, вызывающе вздернув подбородок.
Оливия снисходительно рассмеялась:
– Моя дорогая Лорен, я вовсе не настаиваю на том, чтобы вы и Джеред сочетались браком в библейском смысле слова. Этот союз не обязательно должен увенчаться плодами. – И снова Лорен услышала презрительный смешок со стороны окна, где стоял Джеред.
– Я полагала, что наше предложение имеет некоторую привлекательность. Вам не придется возвращаться в этот мрачный пасторский дом, ведь верно? А когда вы покинете этот дом, то будете независимой женщиной со средствами.
– Я буду к тому же замужней женщиной, – произнесла Лорен.
Оливия уже не скрывала раздражения:
– Фиктивный брак можно легко аннулировать. Но сейчас речь не об этом. Думать надо о том, что в качестве жены Джереда вы будете вести совсем неплохую жизнь.
Оливия глядела прямо в лицо Лорен прищуренными зелеными глазами.
– Может быть, в Северной Каролине вас кто-нибудь ждет? И в этом причина вашего упорства.
– Нет, – прошептала Лорен. Она содрогнулась, вспомнив, как смотрел на нее Уильям. – Нет, – повторила она решительно и, почувствовав себя увереннее, бросилась в бой: – Если вы все время знали, зачем Бен вызвал меня сюда, почему не сказали об этом мне?
– Вот вам урок на будущее, Лорен. Собери всю возможную информацию, а потом храни ее до подходящего момента. Если бы обстоятельства сложились иначе, вы уехали бы через два месяца, так ничего и не узнав. – Она натянуто улыбнулась. – Конечно, Бен был романтиком и надеялся, что вы с Джередом понравитесь друг другу. В таких вопросах мой муж всегда был дурак дураком.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
