Читаем без скачивания О завтрашнем дне не беспокойтесь - Николай Симонов

— Помните, молодые люди, загадку, которую Сфинкс задал Эдипу? — спросил он, желая завязать вежливый, но ни к чему не обязывающий разговор.

— Кажется, припоминаю! — Павлов с интересом посмотрел на Оленину, но та пожала плечами, дескать, не знаю и знать не хочу.

— «Кто из живых существ утром ходит на четырех ногах, днем — на двух, а вечером на трех?» — напомнил старик, надел beret и, усмехнувшись, продолжил. — Но есть еще одна загадка Сфинкса. Вторая. Желаете знать?

— Извольте, — согласился Павлов и снова посмотрел на Оленину, но та опять пожала плечами и изобразила гримасу, намекая на то, что дедуля, при всем уважении к его возрасту, очевидно, блажит.

— «Путник, если Всевышний Амон всемогущ, то может ли Он, во всем всемогуществе своем, сотворить такой камень, который Он сам не в силах был бы поднять?» Старик надвинул на глаза beret, зевнул, как бы давая понять, что более не намерен отнимать у них драгоценное время. Пожелав ветерану доброго здоровья и долгих лет жизни, они какое-то время шли, молча, пока Оленина не выдержала:

— Что за странную притчу рассказал старик? Я даже не знаю, что и подумать…

— Этот парадокс мне известен, — довольно улыбаясь, сказал Павлов. — Он означает, что если Всевышний Амон не сможет создать такого камня, значит, он не всемогущ. А если создаст, но не сможет поднять, значит, он не всесилен. Ответ на этот вопрос очень прост:

«Всевышний Амон не настолько глуп, чтобы морочить себя подобными мыслями». Оленина натянуто сказала «ха-ха» и объявила, что ей пора, поблагодарила за приятную беседу, еще раз напомнила о предстоящей поездке в Новосибирск и попросила ее не провожать. И даже более того — покинуть это место не раньше, чем через 15 минут после ее ухода. Павлов поинтересовался: «Зачем такая скрытность?» Она в ответ мило улыбнулась и сказала, что так надо, — по инструкции. И даже не дала поцеловать руку. Вернувшись в служебный автомобиль, Оленина сразу же позвонила по радиотелефону «Алтай» (первая советская система профессиональной мобильной радиосвязи) кому надо. В двухминутном разговоре она коротко доложила о результатах встречи с сексотом по кличке «Геолог» и попросила вплоть до отправления поезда «Москва-Новосибирск» не снимать установленного за ним наружного наблюдения. Так, на всякий случай. После этого она легко выбросила из головы Павлова, Фишмана Мерцалова и прочих, не относящихся к ее личной жизни людей, и стала мечтать о том, как она через две недели проведет ужин при свечах со своим женихом Максом, который в это время находился в длительной загранкомандировке.

Павлов проводил Оленину пристально-задумчивым взглядом, запечатлевая в памяти, как парусом раздувается на ветру подол ее платья, как двигаются под кожей икроножные мышцы и энергично цокают каблучки. И когда она скрылась из виду, смешавшись с толпой, он неспешно побрел по аллее, намереваясь выйти на Садово-Кудринскую улицу и сесть в трамвай. Приблизившись к киоску «Пиво и воды», он машинально пристроился в очередь. Ровно через 15 минут он добрался до прилавка, попросил у продавщицы две бутылки «Жигулевского» и коробок спичек, рассчитался юбилейным рублем и получил 30 копеек сдачи. Так как все ближайшие скамейки были заняты, он зашел за киоск, пролез через колючие кусты цветущей белой акации и оказался на маленькой лужайке с вытоптанной травой и старой полусгнившей деревянной лавочкой. Он открыл обе бутылки пива сразу, сцепив их крышками. Из бутылок полилась пена, и он, отпивая то от одной бутылки, то от другой, довел содержание пены до приемлемого уровня. Потом он поставил бутылки на землю и закурил. Где-то неподалеку на дороге, скрытый кустами и деревьями, остановился автомобиль с открытыми стеклами и работающим радио. Передавали сводку новостей, которую завершал прогноз погоды: «В среду на Солнце произошла мощная пшшш… И вчера вечером облако заряженных частиц, превышающее размер Земли в пшшш раз, достигло нашей планеты. По словам начальника Гидрометцентра, по интенсивности этой магнитной буре можно смело поставить пшшш… баллов». «Только этого мне и не хватало!», — вконец огорчился он и тут же принял решение, что ни в какой Новосибирск он не поедет. Ну, их, к лешему, этих Мерцаловых, Олениных и Фишманов! Пусть сами разбираются между собой. Тем более что завтра у его бывшего одноклассника и лучшего друга Кольки-археолога День рождения. Именинник приглашал к себе на дачу в Софрино. Обещал, что будут классные телки с вечернего отделения истфака и необходимое количество «бабоукладчиков»: ящик водки, ящик пива и ящик шампанского. Это будет завтра, в субботу.

Послезавтра, в воскресенье, он опохмелится, по дороге домой выйдет на «Кропоткинской» и искупается на святом месте в открытом бассейне «Москва». В понедельник он прибудет в Главлит с заявлением об увольнении по собственному желанию. Вряд ли тов. Афанасьев захочет дальше видеть его на работе. В среду в отделе кадров ему выдадут «бегунок», т. е. обходной листок, и к пятнице его мытарства, если повезет получить в бухгалтерии расчет, закончатся. После увольнения он уедет на все лето в Иркутск — к своему другу и бывшему однокурснику Эдику Букачу. Попросит его взять в любой должности к себе в геологическую экспедицию. Отработает до конца сезона, получит достойное вознаграждение, а там будет видно. Главная проблема, которая при таком раскладе его больше всего беспокоила, это — родной отец. Как оставлять его одного, все еще никак не оправившегося после скоропостижной смерти незабвенной супруги и его (Павлова) матери? О том, что ему, вероятно, придется переквалифицироваться из цензоров в геологи, Павлов сожалел меньше всего. На цензора не учили нигде. Цензорами становились химики и физики, географы и археологи, инженеры-транспортники и инженеры-связисты, библиотекари, педагоги и даже дирижеры хоровых коллективов. Прельщали деньги — 130 руб. сразу; 140 — через полгода, когда будет сдана аттестация, когда появятся навыки читать быстро и внимательно. При этом быть членом КПСС совершенно не требовалось. Их было не так много, цензоров. Во второй половине 1970-х в системе Главлита трудилось около двух тысяч сотрудников. Но они были в каждой области, в каждом районе, городе, в каждой редакции, издательстве, на радио и телевидении, так как Главлит работал по всем направлениям защиты государственных и военных тайн в средствах массовой информации. Ни одна типография, радиостанция или редакция TV не имела права работать с текстом, который не прошел цензорский контроль. Павлов проработал в Главлите 1,5 года в должности референта III управления, которое контролировало всю литературу, издававшуюся на периферии, в том числе научную и научно-популярную. До этого ему 2 года довелось проучиться в очной аспирантуре геологического факультета МГУ и добровольно отчислиться после того, как у него возник конфликт с научным руководителем. Поступив в аспирантуру, и посмотрев изнутри, на что похожа научная кухня, он быстро понял основные принципы организации научных сообществ СССР: звания, заслуги и деньги забирает руководство и его подхалимы, а черновую и рутинную работу выполняют все остальные. Попытки курировавшего геологический и географический факультеты МГУ капитана госбезопасности Р. помочь Павлову удержаться в аспирантуре только усугубляли его и без того незавидное положение.