арбалетчиков и одновременно исполнял другие серьезные обязанности, особенно в 1294–1298 годах, в качестве губернатора герцогства Аквитания, занятого королевской армией (затем он носил титул сенешаля Гаскони и Гиени). Между 1300 и 1302 годами он служил во Фландрии, но не имел другого титула, кроме магистра арбалетчиков. После его гибели при Куртре его сменил некий Пьер де Куртизо, рыцарь из Шампани, который тоже погиб в бою в мае 1303 года[110]. Его преемник, Тибо де Шепуа, вероятно, наиболее известен благодаря копии
Livres des merveilles du monde (
Книге чудес света), которую он попросил у Марко Поло. Став членом королевского Двора в конце правления Филиппа III, Тибо присоединился к свите Роберта д'Артуа, которого, вероятно, сопровождал в Италию, и отличился в Аквитанских войнах; богато вознагражденный за свою доблесть, он получил должность сенешаля Ажене. Тибо не участвовал в битве при Куртре, но, назначенный начальником арбалетчиков, он командовал пехотой при Монс-ан-Певель. В 1306 году он отправился в Венецию выполняя миссию по признанию прав, которые Карл де Валуа получил от своей жены, Екатерины Куртене, на Константинопольскую империю; там он познакомился с Марко Поло, после чего отправился в Грецию, откуда вернулся только в 1310 году[111].
Карьеры магистров арбалетчиков схожи с карьерами маршалов. Эти люди происходили из среднего слоя дворянства и посвящали себя служению королю, что часто было традицией в их семье. Возможно, из-за того, что эта должность появилась довольно поздно, она кажется менее престижной, чем должность маршала Франции. Но для некоторых из людей ее занимавших, это был лишь этап в карьере, которая по-прежнему была связана с военной службой. Симон де Мелён был магистром арбалетчиков, прежде чем стал маршалом Франции. Рено де Рувре оставил эту должность, чтобы стать губернатором Наварры, а Жан де Бюрла совмещал ее с должностью сенешаля герцогства Аквитания и в обоих случаях речь шла об управлении и защите захваченных территорий. Пьер де Галар, магистр арбалетчиков с 1310 по 1328 год, играл важную роль на границах с Фландрией в конце правления Филиппа Красивого. Тот факт, что он оставался магистром арбалетчиков до своей смерти в 1328 году, возможно, свидетельствует о том, что эта должность стала достаточно престижной, чтобы ее обладатель мог занимать ее всю жизнь.
Роль магистра королевских арбалетчиков теоретически определяется его титулом. Первоначально, вероятно, речь шла о назначении рыцаря для командования двадцати пятью арбалетчиками, которые вместе с королевскими сержантами занимались охраной королевского Двора. Но очень быстро магистр арбалетчиков получил командование над всей пехотой королевской армии в поле и, подобно маршалам, право осуществлять командование небольшой армией. По Жуанвилю Симон де Монлеар был занят защитой лагеря армии во главе сержантов, но в разгар сражения он также возглавил баталию, в которой участвовали не только сержанты, но и конные воины. В других кампаниях, магистр арбалетчиков иногда упоминается как капитан пеших воинов, но часто он осуществляет более общее командование. В 1270 году в Тунисе Тибо де Монлеар возглавил арбалетчиков Двора во время авантюрной вылазки, в конце которой им угрожало окружение, но он явно был одним из лидеров армии, к совету которого прислушался король Людовик. При Куртре магистр арбалетчиков Жан де Бюрла командовал первой баталией — пешей, но позже он участвовал в кавалерийской атаке. Во время битвы при Арке, 4 апреля 1303 года, произошло то же самое: согласно Гийому Гийару, магистр Пьер де Куртизо, в тот день стоял во главе первой баталии с конкретной задачей — руководить арбалетчиками. Поэтому существует органическая связь между титулом и функцией, но магистр арбалетчиков все же явно принадлежал к высшему командованию армии[112].
Как коннетабль и маршалы, магистр арбалетчиков имел свиту, размеры которой трудно определить. Мы знаем о рыцаре Жане де Мери, который описан как лейтенант магистра арбалетчиков в двух расписках, касающихся оплаты службы солдат и каменщиков во время второго похода в Аквитанию в 1295 году. Мы также знаем о клерке арбалетчиков (clerc des arbalétriers) по имени Дени д'Обиньи: еще одно свидетельство существования реальной администрации, по крайней мере, зачаточной, вокруг великих офицеров[113].
Адмиралы
В арабском языке термин адмирал обозначает начальника арсенала, а затем и флота. Существование титула адмирала Франции удивительно, учитывая, что Капетинги не содержали постоянного флота. В случае необходимости, для двух крестовых походов Людовика IX, для Арагонского крестового похода, для "морской армии" Филиппа Красивого, привлекались флотоводцы из итальянских республик. Однако в конце правления Людовика IX и во время правления его сына Флоран де Варенн регулярно носил титул адмирала Франции, не играя, насколько известно, никакой роли в командовании флотом, так как в источниках, касающихся Тунисского крестового похода, в качестве главы флота всегда упоминается Арнуль де Курферо. В 1285 году, во время Арагонского крестового похода, Ангерран де Байоль был адмиралом галер (amiral des galées). Вероятно, необходимо отличать должность адмирала флота, которая подразумевает оперативную ответственность, от более почетной должности адмирала Франции. Все эти люди достаточно хорошо известны. Сенешаль Бокера и Нима (1264–1265), а затем Каркассона, Арнуль де Курферо был особенно активен в подготовке крестового похода в сенешальствах Юга[114]. Флоран де Варенн, уроженец Пикардии, также был верным сторонником Людовика IX и Филиппа III: например, в 1271 году, после смерти Альфонса де Пуатье, он вместе с Гийомом де Нёвилем, каноником Шартра, принял присягу на верность от жителей графства Тулуза, перешедших под прямое управление короля — тогда он носил титул адмирала Франции[115]. Ангерран де Байоль, взятый в плен во время разгрома каталонцами флота крестоносцев, был выкуплен Филиппом III. Его пленение не лишило его благосклонности Филиппа Красивого, так как он все еще фигурирует в счетах Двора в 1288 годах[116].
Знаменосцы
В определенном смысле, к группе высших офицеров можно причислить знаменосцев. Каждый раз, отправляясь в поход, король Франции приезжал в аббатство Сен-Дени за Орифламмой. Нет никаких сведений о конкретной должности знаменосца до правления Филиппа Красивого, когда знаменосцем был Ансельм де Шеврёз. В 1297 и 1304 годах этот сеньор из Иль-де-Франс, уже достигший пожилого возраста, упоминается в хрониках как знаменосец, а тот факт, что он назван дважды, говорит о том, что это была пожизненная должность. Ансельм погиб при Монс-ан-Певель 18 августа 1304 года, и именно один из двух маршалов Франции, Миль де Нуайе, подхватил выпавшее из его рук знамя. В 1356 году в битве при Пуатье был убит и дальний преемник Ансельма де Шеврёза, Жоффруа де Шарни[117]. Для рассматриваемого периода известен только один другой знаменосец, Рауль (известный как Герпин) д'Эркери, который при Людовике X участвовал в "грязевом походе" во Фландрию[118].
Другие военачальники и бароны имели своих знаменосцев. Во время Египетского крестового похода знамя двоюродного брата Жуанвиля, Жоффруа д'Апремона, нес рыцарь по имени Готье де Ла Орнь[119]. У Роберта д'Артуа их было двое, Валь Пайеле и Симон де Синк-Орм,
