тренировке в зале. Второй пообещал подъехать и встретить нас после её окончания.
Затем завалился на кровать и уснул как убитый. Проснулся через три часа. Матушка ещё не пришла с работы, оставил ей записку, мол, приехал, всё в порядке, вечером буду. Минут пятнадцать поплескался в душе, собрал спортивную форму, взял недавно приобретенные боксерские перчатки, и пошёл на тренировку.
В зале, всё было как обычно. Василий Петрович держал на лапах худенького высокого брюнета лет двадцати. Его помощник Вова боксировал с плотным, коренастым парнем на ринге, увидел меня, приветственно махнул перчаткой. Олег тоже уже пришёл. И в снарядной зоне, лупил сериями по здоровенному боксерскому мешку, еле заметно качающемуся от ударов.
К нему я подошёл сразу же, как только переоделся. Товарищ улыбнулся и протянул перчатку. Я стукнул по ней кулаком.
Олег оглянулся по сторонам, убедился, что до нас никому нет дела, и тихо спросил:
— Как там Саня?
— Нормально. Доктора нашли, к родственникам Ашота перевезли, денег на лекарства и уход дал. Жить будет. Врач говорит, выкарабкается, — ответил я.
Фуххх, — облегченно выдохнул Олег. — Просто гора с плеч свалилась.
— А вы как доехали?
— Без происшествий. Нас двое, решили нигде не останавливаться, ехать к родным Ашота. Сменяли друг друга. Один спит, другой машиной управляет. Утром уже были на месте. Загнали рафик в гараж, потом он меня на своей «шестерке» до дома подбросил.
— Чего стали? — голос тренера заставил нас замолчать. — Вы на тренировку пришли или посплетничать? Олег продолжай работать с мешком. Миша разминайся и ко мне. Побьешь по лапам.
— Хорошо, Василий Петрович, — кивнул я. Минут десять у меня ушло на разминку. Попрыгал, помахал руками, поприседал, размял суставы и связки. Намотал бинты на руки, натянул огромные коричневые боксерские перчатки, больше похожие на подушки.
— Давай, Миша, как всегда начнём с джеба, — предложил тренер, выставляя левую руку.
Бух. Моя перчатка с глухим стуком влепила в самый центр подставленной лапы.
— Неплохо, — кивнул наставник и двинулся вбок, обходя меня слева. — Бей сразу же, как выставлю лапу. На автомате. Старайся не думать и примериваться, а лупить сразу на инстинктах.
Тренер постоянно двигался, уходил влево, назад, шагал вправо, резко шел на меня, постоянно менял дистанцию, выставлял лапу на разной высоте, не позволяя мне застаиваться. Через пару минут по лбу потекли первые капли пота.
— Пойдёт, — кивнул Петрович. — А теперь двоечку. И не забывай о защите.
Я от души пробил левой-правой, ощущая, как дергаются лапы под моими ударами, и сразу же получил ответный тычок в бороду.
— Я же сказал, не забывай о защите, — наполнил тренер. — Зевнул удар, плохо.
Василий Петрович погонял меня ещё пару раундов, заставляя пробивать разные комбинации. Потом отпустил и занялся Олегом.
Я отошел к рингу, вытирая пот со лба.
— Миха, постоим раунд-другой? — спросил подошедший Вова.
— Давай, — пожал плечами я. — Только за капой схожу. Я её в сумке оставил. Не думал, что сегодня боксировать буду.
Вова выдал мне настоящий мастер-класс. Его левая рука постоянно финтила, прощупывая мою оборону, корпус качался как маятник. Владимир обозначал джебы, пробивал в корпус, угрожал боковым и доставал прямым. Резко на подскоке выбрасывал молниеносные серии, заставляя меня закрываться перчатками, и виртуозно уходил от встречных атак под разными углами. Плотно попасть в него не получалось. Помощник тренера обладал быстрыми ногами и отличной техникой. Он ловко подныривал под боковые, подставлял под удары перчатки, уклонялся от прямых движением плеч. И сам бил, бил, бил меня в ответ — доставал на скачке, ловил сайд-степами, смещаясь в стороны, менял угол атаки циркулем.
Когда раунд закончился и тренер, глянув на секундомер, прокричал «брэк», пот катился из меня ручьями, лицо было красным, и неприятно саднило. Чувствую, что несколько ссадин на нём точно образовалось. И в голове шумело. Хорошо, ещё, что Вова настоял, чтобы я надел шлем, лежащий у края ринга. Иначе пару рассечений мог бы заработать, столкнувшись с ним головой у канатов.
— Ещё раунд? — предложил помощник тренера.
— Не, сегодня я пас. Немного форму растерял. Надо в тонус войти, — отказался я. — Да и ты намного выше уровнем. Это чувствуется.
— Так тебе с такими как я и надо боксировать, — серьезно ответил Владимир. — Тогда будешь расти как боец.
— Знаю. Я не отказываюсь. Давай через пару тренировок повторим. Постоим раунда три. Но на сегодня хватит.
— Да без проблем, — пожал плечами Володя. — Как скажешь.
Меня сменил Олег. Бой они с Вовой устроили потрясающий. Помощник тренера был намного быстрее и техничнее, а десантник напористей и тяжелее. Он намного больше пропускал, но пару раз хорошо зажал Владимира в углу, взрываясь сериями боковых и апперкотов.
Я посматривал на бой, молотя мешок, затем провел три раунда с тенью и решил, что на сегодня довольно. За мной в раздевалку пошел Олег. Там уже были люди, и мы ни о чем важном не говорили, перебросились парой общих фраз, обсуждая спарринги с Володей.
На улице нас ждала «шестерка» Ашота. Я сел на переднее сиденье, рядом с водителем, Олег развалился на заднем.
— Что с Сашей, живой, да? — сразу же спросил Ашот.
И этот туда же. А ведь не так давно при знакомстве, чуть не передрались друг с другом.
— Живой. Все с ним в порядке. Лечат. А что тебе дед или Гурам ничего не рассказали?
Нет, — мотнул головой приятель. — Дед молчит. Гурама ещё не видел.
— Понятно. В общем, Саню перевезли к твоим дальним родственникам или друзьям, я точно не знаю. Сейчас он в доме под Киевом находится, врач за ним присматривает. Деньги на лекарства и уход я оставил. Через недельку не раньше, попрошу Левона Суреновича, чтобы с ними связался. Вроде большой опасности нет. Всё должно быть хорошо.
— Слава богу, —
