все поспешно бросились вниз. В передней происходила следующая сцена. Какая-то незнакомая дама, красивая, нарядная, крепко сжимала в объятьях Сашеньку. Сыпались восклицания:
- Ах, ma chere! Не верю своим глазам! Ты ли это, mon ange? О, дорогая! Сколько лет! Моя обожаемая! Александрин! Биби!
Когда поцелуи, слезы и вскрики иссякли, дамы, наконец, оторвались друг от друга.
- Какими судьбами? - прижав руки к груди, вопросила Сашенька.
- Ах, душечка, это печальная история. Позволь мне остановиться у тебя, покуда я не найму что-нибудь приличное. Не желаю обращаться к родственникам мужа!
- К чему нанимать? Живи у нас, сколько понадобится! - радостно воскликнула Мартынова, но тотчас прикусила язык, подумав о Владимире.
- Я не стану злоупотреблять твоим гостеприимством, mon ange. И что скажет твой супруг? Где же он, кстати? - Биби решительно двинулась в комнаты, бросив шубку на руки лакею.
Сашенька поспешила за ней, а Соне пришлось распорядиться, чтобы внесли вещи и приготовили комнату для неожиданной гостьи. Когда же она вошла в гостиную, где шептались подруги, Александра Петровна представила:
- Вот, Соня, рекомендую тебе мою давнюю приятельницу по пансиону Варвару Михайловну Бурцеву. Она поживет у нас некоторое время. Думаю, Володенька не будет против...
Варвара Михайловна бежала из Петербурга от ревнивого мужа. Рыдая и нещадно теребя косынку, она поведала дорогой Александрин свою печальную историю. Едва она вышла замуж, как Бурцев проявил свой дикий нрав. Он безумно ревновал молодую супругу к первому встречному, устраивал сцены из-за всякой мелочи. Никому не доверяя в доме, Бурцев прогнал всех своих людей. Бедняжка Биби тряслась от страха всякую ночь, ожидая скандала или ссоры. Дело доходило до драки и даже ножа. Вспышки безумия сменялись у Бурцева глубокой хандрой. Жизнь его молодой супруги делалась вовсе невыносимой.
- Вообрази, он запирал меня в комнате и неделями не выпускал из дома! - жаловалась Варвара Михайловна. - Разве что из дворца пришлют за мной, тогда ему поневоле приходилось подчиняться. Государыня Александра Федоровна чувствовала неладное. Она расспрашивала меня, но мне совестно было признаться, что синяки на теле и разбитые губы - это дело рук моего обожаемого супруга.
И вот однажды, едва не погибнув от ножа, чудом спасшаяся Биби бросилась в ноги государыне. Она умоляла разрешить ей развод или оградить от дикости мужа, который рано или поздно убьет ее. История дошла до государя. Его величество весьма разгневался и решил все по обыкновению твердо и мудро. Бурцева посадили под арест, а Биби отбыла в имение. Супруги были разлучены на несколько лет, но развода не последовало. Бывший флигель-адъютант Бурцев получил назначение на Кавказ и тотчас уехал. Варвара Михайловна иногда навещала мужа, и мир, казалось, был восстановлен. Несколько лет после супруги жили в согласии. Бурцев вернулся в Петербург и был прощен.
- Постой. Скажи мне откровенно, - перебила подругу Мартынова, - ревность твоего Бурцева вовсе не имеет почвы?
Варвара Михайловна скромно потупила глазки.
- Неужели? - воскликнула Сашенька. - Но как?
- Полагаешь, у меня был выбор? И ты на моем месте поступила бы также. Ему не отказывают... - Биби многозначительно возвела очи вверх.
Сашенька ахнула и покачала головой. Биби придвинулась к ней поближе и зашептала:
- Но, между нами, shere amie, это мужчина! Равных ему нет во всей империи. Я ни о чем не жалею. Это самые жгучие, волнующие воспоминания моей жизни.
- Бедный Бурцев! - вздохнула Сашенька. - А что теперь?
Варвара Михайловна помолчала. Тяжело вздохнув, она продолжила:
- Клянусь, я была верна Бурцеву с тех самых пор, и если бы не один молодой кавалергард...
- Биби, ты несносна! Помилуй, какие кавалергарды? Ты знаешь нрав Бурцева, зачем же играть с огнем?
- Это была роковая ошибка! - на глазах дамы показались слезы. - Если б знать... Я имела глупость влюбиться! Неблагодарный, он оставил меня, как только узнал о ревнивом супруге. Однако Бурцеву это не объяснить! Он измучил меня подозрениями. Шпионил, подслушивал. Перехватывал письма, надеясь узнать, кто мой любовник. Едва с ума не свернул. Я дала ему возможность одуматься.
- Но, Бурцев, верно, полагает, что ты сбежала к любовнику? - воскликнула Сашенька. - Воля твоя, ему надобно написать!
Варвара Михайловна опустила голову и кивнула согласно, поднося к глазам кружевной платочек. Сашенька внимательно смотрела на подругу, и вдруг ее осенило:
- Признайся, ты приехала сюда за ним? Твой кавалергард в Москве?
Биби еще ниже опустила хорошенькую головку в локонах.
- Да, - еле слышно прошептала она. - Мне сказывали, он здесь.
Сашенька всплеснула руками, но не нашлась, что ответить. Вспомнив Петрушу Коншина, она не посмела осудить подругу.
8.
Кто знает, сохранила бы Сашенька прежнее добродушие, сделайся она свидетельницей одной весьма загадочной сцены...
Взволнованная предстоящим объяснением с Дювалем, Соня не находила себе места. Появление Варвары Михайловны в доме лишь на миг отвлекло ее от напряженного ожидания. Вернувшись к своим занятиям, Соня была рассеянна и вовсе не слушала Лизу, спрягающую глаголы. Она ловила каждый звук, исходящий из соседней комнаты, и ждала сигнала к прогулке. Она ломала руки и дрожала от нетерпения, не замечая этого. Вот скрипнула дверь в комнате Дюваля, послышались удаляющиеся шаги. Отчего он не зовет Соню? Ежели его намерения изменились, отчего он не посвятит в них бедную девицу? Она ждала еще несколько времени, покуда не стало сил. Соня решилась поискать Дюваля и будто невзначай показаться ему на глаза. Тогда, верно, он вспомнит свое обещание.
Придав лицу озабоченный вид, Соня понеслась вниз.
Тем временем Дюваль вышел на крыльцо, чтобы оценить крепость мороза. Возвращаясь к себе коридором, ведущим в гостевые комнаты, француз столкнулся с Варварой Михайловной. Хорошенькая дама вскрикнула и закрыла лицо руками. Дюваль не смел пошевелиться.
- Как? Вы здесь? - пролепетала по-французски Биби.
Гувернер молча приложил палец к губам и умоляюще взглянул в глаза потрясенной особе. Она бессвязно бормотала:
- Но... Бог мой! Какими судьбами? Мне должно молчать? Я не понимаю...
Именно эти бессвязные речи подслушала Соня случайно, когда спустилась вниз в поисках Дюваля. Выглянув из-за угла, она отпрянула к лестнице, страшась, что ее обнаружат. Все прежние подозрения возродились и с новой силой обрушились на голову бедняжки. Кто он, мсье Дюваль? Кто этот знакомец Биби? Верно, все скоро должно разъясниться. Инстинкт подсказывал бедной деве, что истина губительно скажется на ее чувстве к Дювалю. Едва родившись, надежда умрет... И вовсе не хотелось знать эту истину!
Позвали к завтраку,
