и она на работе! Все равно отпуск прервался, толком не начавшись.
Она позавтракала, достала планшет, подключила к бортовой энергосети и с ногами забралась в офисное кресло, стоявшее у письменного стола, нафаршированного информпанелями. Кристине нужна была только подзарядка, но она все равно мысленно спросила девушку из ванной:
«Круто»?
«Как во сне», – согласилась та.
«Карл мне ни за что не поверит».
Четыре года вместе – это немало. Карл не просто ее единственный мужчина, он – настоящий партнер, с которым до сегодняшнего дня можно было обсудить все на свете, от запаса хода шаттла «Гравистара» до детских снов. Оказалось, не все. Но хотя бы про эту каюту она сможет ему рассказать? Или лучше совсем ничего не говорить?
Нет-нет, про отношения с Карлом она подумает, когда окажется на пути к «Гравистару-11». Сейчас работа. Серж, наверное, не выспался совсем, бедняга, – вот кому сейчас нелегко. Кристина сочувственно улыбнулась, тихонько рассмеялась, выскользнула из кресла, открыла мини-бар и внимательно изучила его содержимое. Ее просили не таскать оттуда только элитный алкоголь. Кристина выбрала сок манго. Дорогие бутылки задребезжали в своих гнездах, которые мгновенно затопило вязкое желе. Она захлопнула дверцу мини-бара и оглянулась на кресло, вросшее основанием в пол каюты. Потолок растекся светящейся пленкой, утопив в прозрачном пластике дорогие светильники. Чуткие системы безопасности каюты отреагировали на вибрацию – корабль маневрировал.
Кристина сделала большой глоток сока, уселась в кресло и открыла присланный Баком файл. Бедный извращенец Бак. Спасибо Сержу, теперь она знала, как к нему относиться… Она его жалела.
Глава 4. Лоцман
Гардон прошелся по пассажирскому салону, чтобы все желающие удостоверились, что на судне имеется живой капитан, который отвечает головой за их комфорт и безопасность. Вслед за парадным маршем посыпалась какая-то мелкая текучка, потом Кейт поймал устойчивый сигнал ретранслятора и обновил «Коммерческую сеть» – логистическую программу, через которую частные перевозчики получали большинство заказов. В общем, в свою каюту Рэд вернулся не вдруг.
«Серж, зайди ко мне. Разговор есть».
«Срочно?»
«Вчера! Тебя Стрэйк ко мне из рубки не отпускает?»
«Нет-нет, мы на маршевом участке. Сейчас буду».
Штурман демонстративно постучал, остановившись в открытых дверях капитанской каюты.
– Проходи. Других помещений, где можно трахать пассажиров, на звездолете не нашлось? Только люкс? – спросил Гардон без предисловий.
– Заняты, сэр.
Наглец штурман смотрел ему в глаза.
– В каюте у тебя тоже занято? Ты еще кого-то на борт протащил?
Штурман криво улыбнулся.
– Совсем охренел, Серж. Еще раз такое выкинешь, я тебе личный код заблокирую вплоть до сортира! Будешь под каждой дверью стоять, ждать, пока тебе откроют!
– Не будет еще одного раза, господин капитан.
Он протянул Гардону матово-белый лист.
– Это еще что – объяснительная? Мне это на мостике вслух зачитать, чтобы все порадовались?
– Рапорт. Я увольняюсь. Сойду на ТЗС.
– Увольняешься? В Гамма-радиусе удаленности посреди рейда?
– Все правильно.
Рэд повертел бумагу в руках и, не читая, отложил в сторону.
– Серж, что случилось? От тебя тоже жена ушла?
Штурман усмехнулся и отрицательно покачал головой.
– Не строй из себя Джеральда Стрэйка, Рэд, оставь душеспасительные беседы нашему первому пилоту.
– Если я Джери прямо сейчас сменю, ему расскажешь?
– Нет, конечно.
– Жаль. Хорошая была идея.
– Так подпишешь?
– Н-ну… Раз тебе приглянулось это захолустье… Подпишу в обмен на обещание не трепаться про наши контракты.
– Условие принимается, господин капитан. Что еще с меня? Неустойка?
– Ничего. Как причалим к станции, ты свободен.
Серж, не спрашивая разрешения, развернулся к выходу. Он не сомневался, что ему откроют. Створка скользнула вверх.
– Не принимай на свой счет, капитан. Экипаж тоже ни при чем, – после секундного колебания обронил Серж через плечо и вышел.
Рэд посмотрел на закрытую дверь каюты и бросил рапорт в ящик стола.
Второго пилота нет, штурмана нет, бортинженера… по факту тоже нет. Удивительно, как технический персонал не разбежался. Все восемнадцать техников, которые остались на МНК-17 к концу прошлого года, собрались после отпуска в полном составе. Это, конечно, большое достижение, на нем рейд можно заканчивать и возвращаться на базу АСП. Командор Дорвард придет в неописуемый восторг, скажет: «Да ты молодец, парень, что ты, какие деньги, попробуй еще раз…» То есть капитана на МНК-17 тоже поменяют.
Примерно это ему и снилось до смены вахт.
19:45.
– У нас все в порядке, Джери?
– В полном. Нагоняем потихоньку. Готов, капитан?
Проверка, подключение, бесперебойники, оповещение экипажа, виртуальный контроль.
– Готов.
– «Моника», управление на капитана.
Промаркированная Вселенная разворачивается, прыгает навстречу, БК листает страницы звездных атласов. Из-за того, что подтормаживает система ориентации, картина смазывается, и скорость ощущается почти на уровне собственного тела.
БК отмечает учащенное сердцебиение пилота, вежливо интересуется самочувствием, предлагает скрининг с оценкой работоспособности по двадцати пяти параметрам. Стрэйк в отличие от капитана инструкции чтит и мониторинг состояния пилота не отключает. Рэд в запальчивости не посмотрел и не отменил.
– Себя продиагностируй! Где идентификация объекта? Это что?
С использованием богатых запасов ненормативной лексики и технологии VIRT-CONTROL он тычет БК в размытое пятнышко на пределе разрешающей способности приборов.
«Нет идентификации», – наконец признается «Моника».
Неопознанные объекты в пространстве, как правило, очень недружелюбны. Они имеют отвратительную привычку стрелять во все, что движется не по орбитам. Рэд притормозил маршевые двигатели и сказал вслух все, что хотел. Не то чтобы сильно полегчало, но и не обидел никого – в рубке пусто.
Стрэйк давно ушел отдыхать, Серж все сделал, Блохин с самого утра разгребает то, что накопилось за время его прострации, на Кейте, у которого со связью и локацией всегда полный порядок, висит пассажирский салон.
Кейт Фил – отличный специалист. Наверное, лучший в АСП, но работает ровно на свои деньги. Даже Сержа можно подловить на слабо́, Кейта – никогда. Знает регламент и знает свои обязанности. Азартен он в другом: в спорах со Стрэйком и в поисках музыкальных станций – тут у него пунктик. И еще в картах. Говорят, на том и погорел. Потому так легко и расстался с военным космофлотом, хотя служил не пыльно. Аналог-3, с которого он родом, в войнах Второй волны сохранял нейтралитет – посылал миротворцев подбирать в пространстве то, что осталось от космических сражений и таскал Аналогу-2 наиболее жирные куски в надежде, что с ним поделятся колониями.
– Кейт, подойди на мостик, я НЛО нашел. Локация с идентификатором договориться не могут, чем его считать – у меня система подвисла.
В виртуалке появилась сигнатура радиста и раскинулась пеленгующая сеть. Локаторы «Моники» укололи пространство короткими сверхточными укусами, словно с передающих антенн выстрелил не зондирующий сигнал, а змеиный язык.
– Гражданский, – уверенно доложил Кейт, хотя
