По мнению английского либерала, демократические режимы служат интересам важных классов европейского общества, а «тирания большинства» является общепризнанной негативной чертой демократии [347, Р. 8]. Согласно Дж. Ст. Миллю, современные правительства не поднимаются выше уровня «коллективной посредственности» [347, Р. 64]. Демократическое или аристократическое правительство может подняться выше уровня посредственности при соблюдении двух условий. Во-первых, суверенитетом должно быть наделено значительное число членов политического сообщества. Во-вторых, общество должно санкционировать управление собой коллегиальными или единоначальными органами, состоящими из наиболее умного, одаренного и осведомленного меньшинства [347, Р. 64]. Дж. Хамбургер подчеркивает, что у Дж. Ст. Милля индивидуальность людей служит политическим целям. Индивидуальности содействую развитию социума, критикуя несовершенства общественного устройства, и способствуют генезису нового органичного общества [248, Р. 149].
Дж. Ст. Милль предусматривает, что противодействием власти посредственности может служить резко выраженная индивидуальность личностей, стоящих на более высокой ступени интеллектуального развития, от которых обычно исходит инициатива во всех мудрых и благородных проектах. Честь и слава подданным, которые смогут сознательно развить эту инициативу на благо гражданского общества [347, Р. 64].
По мнению Дж. Ст. Милля, усиление власти правительства является «величайшим злом» [347, Р. 105]. Если в обществе единственным способом социального роста является вымаливание должностей у центральных органов власти, то наиболее богатая, активная и амбициозная публика, составляющая социальный капитал страны, превратится в приспешников правительства и социальное развитие прекратится. Эти люди ничего не сделают для населения, но получат доступ к власти с санкции центрального правительства. Влиятельные индивиды должны знать, что если они направят свою энергию и ресурсы в конструктивное русло, то будут выбраны местными лидерами и получат властные полномочия снизу, от народа. Чем сильнее под их руководством разовьются муниципальные образования, тем мощнее станет страна в целом [347, Р. 105–106]. В правительственные каналы не следует направлять большую часть энергии публики. Принцип Милля – наивозможное рассредоточение власти без снижения ее эффективности и наивозможная централизация информации и распространение её из центра для содействия индивидам [347, Р. 109]. Согласно Дж. Ст. Миллю, единственным мотивом, оправдывающим человечество индивидуально или коллективно за вмешательство в свободу действий любого своего члена, является самозащита [см. 284, Р. 106–202], предотвращение нанесения ущерба другим членам цивилизованного сообщества [347, Р. 12].
Дж. Ст. Милль является оппонентом вмешательства правительственных органов в промышленный менеджмент [347, Р. 104] и рекомендует управление индустриальными и филантропическими проектами ассоциациям промышленников [347, Р. 105]. На локальном уровне британский утилитарист рекомендует управление делами местными органами власти и институционализацию суда присяжных, состоящего из высококвалифицированных судей и представителей муниципалитета для рассмотрения неполитических дел в целях повышения гражданской культуры населения [347, Р. 105].
Дж. Ст. Милль предлагает законодательно лимитировать максимальный объем собственности, передаваемой по наследству [Подробнее см. 239], для сглаживания в гражданском обществе имущественного неравенства путем редистрибуции богатства [345, Р. 225]. Британский утилитарист является сторонником изменения избирательной системы и полагает, что подданные, обладающие высоким интеллектом, получившие образование, должны иметь больше избирательных прав, чем невежественные рабочие, поэтому у них должен быть не один голос на выборах, а больше [346, Р. 478].
В концепции Дж. Ст. Милля государству отводится роль «центрального депозитария и активного циркулятора и диффузора» конструктивных предложений и опыта, поступающего от индивидов и добровольных ассоциаций. Целью государства является создание такой конъюнктуры, при которой каждый экспериментатор мог бы получить пользу от экспериментов других, а не быть эксклюзивным и нетерпимым проводником политики [347, Р. 105].
Ценность государства в долгосрочной перспективе детерминируется ценностью индивидов его составляющих [см. 152, Р. 113–126]. Государство, которое не способствует интеллектуальному развитию индивидов и приобретению ими управленческих навыков, формирует их по шаблону покорных орудий в своих руках, пусть даже в благих целях, в будущем обнаружит, что с маленькими людьми великие цели недостижимы, а совершенство бюрократической машины, в которую вложены все ресурсы, не даст государству ничего, так как она не будет оптимально функционировать без жизненно важной активности индивидов, которую правительство предпочло когда-то подавить [347, Р. 110].
Дж. Хамбургер полагает, что британский интеллектуал выступает за комбинацию свободы и контроля, способствующую развитию индивидов [284, Р. XI]. Р. Аншуц абсолютно верно заметил, что для Дж. Ст. Милля философия является продолжением политики [125, Р. 62]. Действительно, титан либеральной мысли признает вопрос политической власти ключевым в гражданском обществе. От политики зависит все.
Дж. Ст. Милль подчеркивает приоритет гражданского общества над правительством, которое он наделяет минимальной компетенцией во имя сохранения свободы индивидов. Британский либерал безгранично ценит индивидуализм, независимость, оригинальные взгляды, интеллектуальное совершенство, противодействие истеблишменту и полагает, что перед интеллектуалами должны быть открыты все двери и расчищены все дороги, ведь только они могут сделать общество более совершенным. Дж. Ст. Милль абсолютно точно подметил тенденцию к планомерному усилению власти общества над индивидами в современную эпоху [347, Р. 16–17] и сформулировал ряд рекомендаций, направленных на противодействие данному явлению. Его идеи направлены на реализацию принципов представительного правления, улучшение системы государственной власти, общественного устройства, капиталистического строя, изменение избирательной системы, частичное ограничение права частной собственности во имя блага всего сообщества при сохранении ценности индивидуальной свободы и минимальной компетенции правительства, что делает его величайшим представителем англо-американской либеральной традиции.
Таким образом, в классическом английском либерализме гражданское общество вполне рационально, благоразумно и дальновидно, в нем согласуются частные интересы и отсутствуют фундаментальные классовые противоречия (бентамовское видение проблемы). Несмотря на это, в нем господствует коллективная посредственность (миллевское видение проблемы). В интерпретации Дж. Бентама, проблему гражданского общества можно решить посредством создания либерально-демократических институтов, надлежащего функционирования судебной системы, активности и бдительности публики и средств массовой информации. Это заставит правительство задумываться не только о своих интересах, но и об интересах подданных. По мнению Дж. См. Милля, проблему гражданского общества можно разрешить при соблюдении двух основных условий. Первое – наделить суверенитетом значительное число членов сообщества. Второе – санкционировать управление обществом коллегиальными или единоначальными органами, состоящими из интеллектуалов, ярко выраженных индивидуальностей, от которых, как правило, исходит инициатива во всех мудрых социальных проектах. Задача ординарных граждан – развивать инициативы интеллектуалов, тогда можно рассчитывать на социальный прогресс.
Идеи и концепции классических либералов, шотландских и французских просветителей, теоретиков республиканизма, были восприняты и развиты Т. Пэйном, Дж. Мэдисоном и Т. Джефферсоном. Концепция гражданского общества Т. Пэйна (1737–1809) [83] оказала решающее влияние на формирование американской республики [84] . Т. Пэйн полагает, что человек по своей природе социальное существо и может быть счастлив только в обществе [364, Р. 131]. Т. Пэйн дифференцирует естественное состояние и гражданское [364, Р. 38]. В состоянии естественной свободы, в сообщество людей объединяет необходимость. Лишь сообща индивиды могут возвести жилище, передвигать тяжёлые предметы, переживать кризисы [364, Р. 252]. В связи с увеличением числа членов сообщества, они постепенно перестают добровольно выполнять свои обязательства в отношении окружающих [364, Р. 252]. Ввиду не идеальности людей появляется необходимость учредить правительство. Индивиды предпочитают отдавать правительству часть своей собственности в виде налогов для того, чтобы оно обеспечило им сохранность оставшейся части [364, Р. 251].
Согласно Т. Пэйну, при переходе из естественного состояния в гражданское, индивид не хотел стать хуже, чем был или обладать меньшим объёмом прав, его целью было защитить свои права [364, Р. 38].
