Согласно Т. Пэйну, при переходе из естественного состояния в гражданское, индивид не хотел стать хуже, чем был или обладать меньшим объёмом прав, его целью было защитить свои права [364, Р. 38].
При вступлении в гражданское общество индивид отчуждает в его пользу естественное право вершить правосудие, так как его способность реализовать право на безопасность и защиту несовершенна [364, Р. 38–39], остальные естественные права он оставляет за собой [364, Р. 38], ведь все люди от рождения равны и обладают неотъемлемыми правами [364, Р. 36–37, 256]. К ним Т. Пэйн относит право на свободу, равенство, безопасность, собственность, социальные гарантии, сопротивление угнетению [363, Р. 315]. Отчуждённые в пользу гражданского общества и сконцентрированные в руках властей данные полномочия служат целям каждого гражданина. Власть не может посягать на естественные права, сохранённые за индивидом при вступлении в гражданское общество [364, Р. 39].
Согласно Т. Пэйну, точка зрения, что правительство было создано путём договора между правителями и управляемыми, некорректна ввиду того, что в догосударственный период истории человечества было время, когда правителей не существовало, то есть изначально индивидам не с кем было заключить подобный договор и они вошли в соглашение друг с другом в целях формирования правительства [364, P. 41] [85] .
По Т. Пэйну, признание и декларация прав должны предшествовать конституции, гарантирующей их соблюдение. Конституция – это не акт правительства, а волеизъявление граждан, формирующих правительство [86] . Правление без конституции нелегитимно [364, Р. 153].
В трактовке Т. Пэйна, правительство – общий центр, в котором соединяются все части общества [364, Р. 149]. Гражданское правление – правление законов [364, Р. 179–180]. Гражданское правление состоит в выполнении двух функций – легислативной или создании законов и исполнительной или контроля за их соблюдением [87] [364, Р. 166]. Согласно Т. Пэйну, целью правительства является обеспечение безопасности и свободы [364, Р. 253]. Высшая цель правления – счастье нации [364, Р. 174]. Безопасность и благосостояние индивидов и всего гражданского общества в целом зависят от способности правительства обеспечить беспрестанную циркуляцию благ через миллионы каналов, оживляющих социальный организм посредством активизации потенциала индивидов [364, Р. 133]. В интерпретации Т. Пэйна, чем совершеннее общество и цивилизация, тем лучше они управляют своими собственными делами и тем меньше нуждаются в услугах правительства [364, Р. 133].
Правительство предназначено для управления делами нации. Оно не может быть собственностью королевского дома, но принадлежит гражданскому обществу, за чей счёт оно функционирует. Т. Пэйн наделяет суверенитетом всю нацию в целом, обладающую правом смены формы правления на ту, которая способствует счастью и процветанию [364, Р. 113].
Т. Пэйн дифференцирует наследственное правление (монархия и аристократия), республиканское и смешанное [364, Р. 110–111] и отдаёт безусловное предпочтение республиканскому [88] . Менее совершенной формой правления, чем республиканская, является смешанная, характеризующаяся коррупцией [364, Р. 110–111]. А худшей – наследственная, то есть аристократическая [364, Р. 52–54] и монархическая [см. 364, Р. 95–96; 6, Р. 241–266].
Т. Пэйн полагает, что обязательства подчиняться политическому режиму не переходят с предков на потомков [364, Р. 11]. Так как правительство существует только для живых, а не для мёртвых, то только живые имеют право принимать решение по политическим и всем другим вопросам [364, Р. 15].
Т. Пэйн последовательно дифференцирует гражданское общество и государство (правительство). Общество происходит от человеческих потребностей, а правительство от человеческих пороков. И общество, и правительство способствуют счастью индивидов, но гражданское общество, позитивно – поощряя человеческие привязанности и сплочённость, а правительство – негативно, обуздывая пороки граждан. Согласно Т. Пэйну, общество в любом виде всегда благо, а правительство, даже самое лучшее – всего лишь необходимое зло, а плохое правительство – зло нестерпимое [см. 364, Р. 251]. Ведь когда члены политического сообщества страдают или пребывают в таком же незавидном положении, как если бы в их стране его не существовало вообще, им становится ещё хуже оттого, что они поддерживают то, от чего страдают [364, Р. 251].
Т. Пэйн, как подлинный либерал, признаёт безусловный приоритет гражданского общества над государством (правительством). Обществу принадлежит более значительная роль в упорядочении человеческих взаимоотношений, чем правительству, что детерминировано принципами конституирования сообщества и природой человека. Согласно Т. Пэйну, общество существовало до государства, и будет существовать после его распада. Единство общества обеспечивается взаимными интересами и взаимозависимостью его членов. Именно общий интерес регулирует деятельность сообщества и является базисом его законов и эти общественные законы имеют большее влияние, чем правительственные. В идеале общество должно выполнять почти все функции приписываемые правительству [364, Р. 131].
Т. Пэйн предвидел объединение Европы, но полагал, что оно произойдёт на республиканских [364, Р. 177], а не конфедеративных принципах. Т. Пэйн создал идеологический базис Декларации Независимости США, американской победы в конфликте с Великобританией и Великой Французской революции. Именно Т. Пэйн первым назвал североамериканские колонии, получившие независимость Соединёнными Штатами Америки [123, Р. V], именно ему пришла идея отделить Америку от Британии [123, Р. 53], именно его концепция, доработанная Дж. Мэдисоном, Т. Джефферсоном и другими легла в основу американской республики.
Концепции гражданского общества Дж. Мэдисона и Т. Джефферсона базируются на теоретических положениях Т. Пэйна. Значительное влияние на их формирование оказали учения Д. Юма, Дж. Локка и теория разделения властей Ш. Л. Монтескье [402, Р. 97] [89] . По свидетельству А. Коха, концепции гражданского общества основателей США базируются на теории естественного права [309, Р. 149].
Республиканцы подчёркивают ценность сообщества, гражданской добродетели, самоуправления и активного участия граждан в политическом процессе [90] [см. 402, Р. 97]. В интерпретации А. Коха, цель республиканского правления – счастье, свобода, просвещение. Средства – трудолюбие, бережливость, мир [91] [309, Р. 170].
Дж. Мэдисон [92] совместно с Т. Пэйном, А. Гамильтоном, Т. Джефферсоном и другими разработал республиканскую концепцию гражданского общества [93] .Согласно Д. Эдэру, у Дж. Мэдисона и Т. Джефферсона не было фундаментальных расхождений в плане политической теории, хотя обе их концепции оригинальные [120, Р. XV]. Дж. Мэдисон и Т. Джефферсон, как и Т. Пэйн дифференцируют естественное состояние и гражданское, государство и гражданское общество.
А. Гамильтон подчеркивал в «Федералисте № 1», что американцам необходимо решить вопрос способно ли общество людей учредить хорошее правительство опираясь на рефлексию и выбор или оно навсегда обречено зависеть в своей политической конституции от случая и силы [249, Р. 89. см. также 439, Р. 37].
Согласно Дж. Мэдисону, базовая цель правительства – защита индивидов, их собственности и свободы. Дж. Мэдисон полагает, что в республике чрезвычайно важно не только защитить граждан от гнета правителей, но и гарантировать защиту одной части общества от другой.
В стране, где влиятельные лица могут объединиться в целях притеснения оставшейся части населения, царит такая же анархия как в догосударственном состоянии. В «Федералисте № 51» Дж. Мэдисон прокламирует: «Справедливость – цель правления. Это цель гражданского общества. К ней всегда стремились, и всегда будут стремиться, пока ее не добьются или пока свобода не будет потеряна в процессе» [335. см. также 439, Р. 131–132; 254, Р. 78–86]. Дж. Мэдисон наиболее известен своей теорией фракций, которую он изложил в «Федералисте № 10» [см. 334; 439, Р. 69–71; 252, Р. 60]. Гражданское общество, для которого разрабатывалась новая форма государственного устройства Дж. Мэдисон видел состоящим из множества социальных, экономических, политических, религиозных, территориальных и других групп, которые он называл фракциями. В интерпретации Дж. Мэдисона, фракция – некоторое число граждан, которое может составлять и большинство и меньшинство целого, объединенных и побуждаемых к действию каким либо общим порывом страсти или интересом, которые противоречат правам других граждан или долговременным и совокупным интересам общества [42, С. 3–4].
Дж. Мэдисон противопоставил фракциям социальный, политический и конституционный плюрализм. Чем больше число фракций, тем лучше для демократии. Они не смогут объединиться во всесильную фракцию большинства, но в конкурентной борьбе уравновесят и нейтрализуют друг друга [41, С. 5]. Необходимо противопоставить амбиции амбицию, подчеркивал Дж. Мэдисон [335, Р. 356].
