По мнению автора, теоретики нового либерализма опирались на идею Платона [см. 85, С. 449–500], развитую Ж. Ж. Руссо [см. 403, Р. 222–236] о ликвидации крайностей бедности и богатства в хорошо организованном государстве на законодательной основе. Новые либералы выступали за активное вмешательство государства в экономику и «позитивную» свободу, создающую конъюнктуру для оптимального развития способностей каждого индивида. Органическая теория общества, разработанная Т. Грином, предусматривала гармоничное взаимодействие между личностью и социумом, стремление к общему благу сообщества, приоритет прав и свобод человека и гражданина. Новый либерализм был направлен на оправдание рыночной экономики, заставлял ее работать более справедливо, и являлся попыткой рационализации капитализма, а не ее замещения. Социальный либерализм способствовал реализации реформ, направленных на демократизацию западного социума, снял социальную напряженность и создал необходимую конъюнктуру для эволюционного социального развития.
2.4. Неолиберальные концепции открытого, справедливого, хорошо организованного общества
Ф. Хайек (1899–1992), представитель чикагской школы политической экономии, является пропонентом либерализма [106] и конституционализма. Концепция господства права Ф. Хайека и ее отношение к индивидуальной свободе играют важнейшую роль в его конституционной теории. По Ф. Хайеку, идея свободы является краеугольным камнем развития Запада. Свободу не следует смешивать с равенством, как имущественным, так и политическим. Комбинация свободы и равенства ведет к статизму и рабству [107] . Поэтому, в интерпретации Ф. Хайека, свобода – негативный концепт, ее обеспечивает господство права [255].
В гносеологическом плане Ф. Хайек признает ограниченность человеческих знаний [108] . Знания рассредоточены среди членов общества, поэтому Ф. Хайек выступает за децентрализацию власти правительства и ее рассредоточение на локальном и даже индивидуальном уровне, что будет способствовать установлению «спонтанного порядка» или «космоса» [см. 262]. Ф. Хайек дифференцирует представление об обществе как «спонтанном порядке» (spontaneous order), олицетворяющем плюрализм мнений, эволюционирующий разум и «сконструированном порядке» (constructed order), который характеризуется наличием предвзятых идеологических установок касательно того, каким должно быть общество [258, Р. 5].
Ф. Хайек противопоставляет право (law) законодательству (legislation) [258, Ch. 2] [109] . «Позитивная свобода» и социальная справедливость присущи «сконструированному порядку», поэтому универсальному, абстрактному, независимому характеру права соответствует только «негативная свобода» и коммутативная справедливость (commutative justice) [см. 259, Ch. 7, 9; 332].
Ф. Хайек считает, что современное общество – сеть свободно взаимодействующих индивидуумов, соответствующая «спонтанному порядку», который не характеризуется наличием общих целей, поэтому планирование не в состоянии успешно координировать индивидуальные действия членов гражданского общества. Согласно Ф. Хайеку, оптимально регулировать жизнь современного общества может только право (law). Законодательство (legislation) неэффективно и имеет принудительный характер [110] , о чем свидетельствует опыт псевдосоциалистических стран. Более того, Ф. Хайек обвиняет и современные правительства стран Запада в отступлении от принципа господства права (rule of law) и подмене права законодательством. Цель конституционной концепции Ф. Хайека – устранить данное противоречие.
С одной стороны, в компетенцию правительства входит регулирование общественных отношений посредством законодательства в форме директив и постановлений, а с другой – обеспечение господства права и справедливости. Ф. Хайек полагает, что наделять один орган данными двумя взаимоисключающими функциями, значит способствовать нивелированию последней. У правительства появляется искушение управлять обществом директивно, что «обязательно ведет к постепенной трансформации спонтанного порядка свободного общества в тоталитарную систему, управляемую в интересах какой-либо коалиции интересов» [260, Р. 5].
Ф. Хайек подчеркивает, что правительство как орган не связанный ни традициями, ни собственными решениями, ни решениями предыдущих правительств, в компетенцию которого входит как реализация исполнительной власти, так и части законодательной в форме правомочия издавать постановления просто не в состоянии генерировать универсальные, абстрактные, справедливые правовые нормы [111] . Концепция Ф. Хайека направлена на разграничение данных полномочий в рамках соответствующих демократических процедур [112] .
Согласно Ф. Хайеку, либерал считает демократию средством обеспечения господства права и полагает, что она выработала процедуры мирной смены правительства, предотвращения деспотизма власти и предусматривает задействование аппарата принуждения только в целях «обеспечения соблюдения справедливых правил поведения, одобренных всеми или хотя бы большинством» [260, Р. 5]. Демократ считает демократию формой народного правления и считает, что она создает механизм агрегации интересов и наложения на общество воли большинства.
В трактовке Ф. Хайека, при демократии политические партии не объединены никакими общими принципами, а функционируют, как перманентно меняющиеся коалиции «организованных интересов» [260, Р. 13]. Демократия планомерно дегенерирует в «процесс покупки голосов, умиротворения и вознаграждения этих особых интересов» [113] , которые в более наивные времена именовались «зловещими интересами» [114] [260, Р. 32]. Подобное положение дел при демократии имеет три базовых недостатка. Во-первых, не все объединения обладают высоким организационным потенциалом, следовательно, те группы, которые характеризуются наилучшей организацией, будут иметь больший доступ к политической власти и выдавать свою волю за волю большинства [115] . Во-вторых, конкуренция между партиями за голоса электората способствует расширению функций государства по воле политиков, желающих обладать большим административным ресурсом и влиянием для того, чтобы склонить коалиции интересов в свою пользу на выборах. В-третьих, вследствие вышеизложенного, демократическое правительство разрабатывает комплекс мер государственной политики не только не желаемый кем либо, но даже неодобряемый любым рациональным существом по причине их глубокой противоречивости [260, Р. 6].
Согласно Ф. Хайеку, правительства склонны использовать свою власть для распоряжения «всеми ресурсами общества, включая индивидуальные, чтобы они служили партикулярным желаниям их избирателей» [260, Р. 16]. Постепенно правительства заменят «спонтанный порядок» Великого Общества на «сконструированный порядок», служащий объединениям влиятельных лиц, со всеми вытекающими последствиями.
По Ф. Хайеку, необходимо ограничить компетенцию правительства, чтобы оно не могло повсеместно использовать свои полномочия для редистрибуции ресурсов по дискриминационному признаку. В сущности, это означает поставить действия правительства в правовые рамки. Ф. Хайек является апологетом «минимального правительства», но признает, что существуют сферы, где чистая рыночная экономика не может заменить государственного регулирования – оборонная отрасль, транспортная инфраструктура [116] , велфер (welfare), образование. Но даже в данных сферах Ф. Хайек рекомендует исключить прямое государственное вмешательство и наделяет правительство лишь координационными функциями [117] .
Ф. Хайек разработал новую трикамеральную конституционную схему для обеспечения господства права и ограничения власти правительства. Согласно Ф. Хайеку, органы власти включают в себя:
1. «Правительственную Ассамблею», в компетенцию которой входит реализация исполнительной власти и издание нормативно-правовых актов – хайековского «законодательства».
2. «Легислативную Ассамблею», в компетенцию которой входит совершенствование законодательной базы или хайековского «права».
3. «Конституционный суд», в юрисдикцию которого входит изменение конституционных норм и разрешение конфликтов между вышеперечисленными ассамблеями [260, Р. 38].
Ф. Хайек полагает, что его схема подходит как отдельным государства, так и мировому сообществу – федеративной глобальной системе, в которой «Легислативная Ассамблея» и «Конституционный суд» будут международными органами, а «Правительственные Ассамблеи» – локальными «квази коммерческими корпорациями, конкурирующими за граждан» [260, Р. 132–133, 146, 149].
Цель концепции Ф. Хайека – разграничение правления и законотворчества, подчинение правительства легислатуре [118] . Ф. Хайек верит, что его конституционная схема обеспечит ограничение власти и свершение политики с престола более эффектно, чем традиционная либеральная система сдержек и противовесов [260, Ch. 18] [119] .
