гримасе.
— Ты сказал мне, что начал новую жизнь…
— О да, Алисия. Я не лгал тебе.
Ее сердце заныло.
— Я хотел выкинуть тебя из головы, стереть любое воспоминание о тебе. Секс казался самым подходящим способом.
— Это помогло? — спросила она, вызывающе вздернув подбородок.
— Да. — Его глаза сверкнули вызовом.
— Это все равно не объясняет, почему ты привез меня сюда, — нервно произнесла она. — Если ты злился, почему ты не проигнорировал меня? Не ушел, не обращая на меня внимания?
— Но это было бы просто скучно!
Она вздрогнула, но не отступила, не отодвинулась.
— Что ты имеешь в виду?
— Тебе разве здесь не нравится?
Ей показалось, что она привязана к средневековому орудию пыток. В то же время она не могла представить, что уедет от Грасиано в конце этой недели и никогда больше не увидит его.
— Я здесь, чтобы работать, — тихо сказала она.
— И ты приехала сюда, думая, что будешь работать? Или ты надеялась?…
Он позволил вопросу повиснуть в воздухе.
— Я даже не знала, будешь ли ты здесь, — честно ответила она. — Я понятия не имела, чего ожидать.
Он сделал паузу.
— Я тоже.
Она почувствовала разочарование — разочарование в нем, в их прошлом, в обстоятельствах их жизни, в том, как сильно его хотела.
— Ты играешь со мной в игры, Грасиано?
Алисия увидела ответ в его глазах, прежде чем он быстро снова надел маску полного контроля.
— Зачем мне это?
— Я не знаю. Наказать меня?
— Отомстить, — подсказал мужчина.
— Да.
— Это приходило мне в голову.
Она вздрогнула от его откровенного признания.
— Вот почему я здесь? Чтобы ты мог переспать со мной и заставить меня… что? Полюбить тебя?
— Мне не нужна твоя любовь, — отмахнулся он.
— Но тебе же надо, чтобы я хотела тебя, — сказала Алисия. — Ты знаешь, что ты делаешь со мной, как ты заставляешь меня чувствовать себя. Ты привез меня сюда, чтобы извлечь из этого выгоду, чтобы соблазнить меня. А что потом?
Грасиано молчал, сжав челюсти. Что он чувствовал? Стыд? Или злость?
— Я собирался, да. Я хотел сделать тебя своей на эту неделю, чтобы ты забыла о других мужчинах, с которыми ты была, чтобы ты признала, что хочешь меня, как воздух. Между нами осталось незаконченное дело, Алисия. — Он отступил назад, и луна бросила на него свой холодный серебряный свет. — Но правда в том, что одна ночь, когда мы были вместе, была целую жизнь назад. Как ты и сказала, — это древняя история. Давай оставим ее там, где ей и место — в прошлом.
И с этими словами он развернулся на каблуках и пошел обратно к дому.
Глава 7
— Остановись! — закричала она ему вслед. — Ты тот, кто привез меня на этот остров, кто заплатил за это целое состояние! Не поворачивайся спиной, если тебе не нравится ход разговора!
— При чем тут разговор… — бросил он через плечо.
— Так в чем дело?! — воскликнула она и побрела за ним, движимая разочарованием.
— Чего ты хочешь от меня? — пробормотал он едва слышно.
Она побежала быстрее, пока не оказалась почти рядом с ним. Она протянула руку и схватила его за запястье.
— Будь ты проклят!
Он издал хриплый, рычащий звук и стряхнул ее руку со своего запястья только для того, чтобы обнять ее и притянуть к себе.
— Твой отец лишил нас обоих возможности лучше узнать друг друга, — сказал он, но его голос был тихим, как будто он говорил больше с собой, чем с ней. — Поэтому и кажется, что между нами осталось что-то незаконченное. Вот почему нас тянет друг к другу. Нам нужно избавиться от этого чувства, и тогда мы сможем двигаться дальше.
Двигаться дальше. Он произносил разумные слова, но они были такими жестокими. Да, она больше не сомневалась, что ее дочь заслуживает большего, чем это.
— Грасиано, — настойчиво сказала она. Она не была готова рассказать ему об Энни, но ей нужно было какое-то отпущение грехов. — Я тоже злилась. Очень злилась. Мне было всего шестнадцать, и ты был лучшим другом, который у меня когда-либо был.
Он недоверчиво фыркнул. Она проигнорировала это.
— Если я тебя подвела, знай, ты сделал то же самое со мной. Я нуждалась в тебе.
Затем он поцеловал ее. Он притянул ее к земле, трава под ними была прохладной и влажной в вечернем воздухе. Его руки быстро двигались по ней, нетерпеливо сбрасывая с нее одежду, а он целовал ее, безмолвно обещая ей грядущие удовольствия.
Обнаженная, она приподнялась, ища его глазами, но он остался на месте, все еще одетый, глядя на нее сверху. Его глаза смотрели на нее, и ей пришлось сократить расстояние между ними и поцеловать его, чтобы не сказать те три слова, которые пульсировали в ее голове. Она любила его. Когда-то, очень-очень давно, она действительно любила его. Тогда она была подростком, который понятия не имел о жизни, о людях, о верности и о том, что на самом деле означает любовь.
Он сорвал с себя рубашку. Он тяжело дышал, и его грудь вздымалась с каждым вздохом.
Десять лет назад их сближение было осторожным и нежным пробуждением чувств, но теперь десятилетняя потребность пульсировала в них, как провод под напряжением. И она помогала ему раздеваться, срывая с него одежду.
— Пожалуйста, — простонала она, и он рассмеялся низким голосом, но затем остановился, всего в паре сантиметров от ее лица.
— Мы не можем этого сделать.
Она замерла.
— Что ты имеешь в виду?
— У меня нет презерватива.
— О-о-о… — Она подняла руку к его груди, потрясенная тем, что могла так увлечься моментом, что забыла о простой предосторожности. Даже в ту ночь он предохранялся, хотя это не помешало ей забеременеть.
Но что она могла сказать? Что уверена, что не забеременеет? Когда невозможное уже произошло, несмотря на то что они использовали защиту?
— Я не буду рисковать.
Ее сердце екнуло, потому что его отказ свидетельствовал о том, как искренне он хотел избежать нежеланной беременности.
— Ты принимаешь таблетки?
Зачем ей было принимать таблетки? Она медленно покачала головой.
— Нет, у меня нет такой необходимости. — Она опустила голову, вдруг осознав, как много она рассказала ему о себе этой простой фразой. Она корила себя за свою бесхитростность и неопытность.
Странно, но ее слова будто зажгли его. Его губы нашли ее губы и целовали их, пока она не перестала мыслить ясно. Его рука двигалась между ее ног, пока он целовал ее. Ощущения, почти неизвестные Алисии, начали пронзать ее, как
