– У Джона, как и у Ронни, из них всех наиболее развит интеллект.
– Излишний интеллект порой и людям вреден. – Ролингс посмотрел на дельфинов, которые в ожидании ежедневной тренировки уже начали беспокоиться. Они подняли головы и призывно зафыркали.
– Я решил поменять вас местами. Джеймс сейчас же займется Джоном и Гарри, а ты – Генри и Бобби. Посмотрим, что из этого получится.
– Все будет нормально! – Вопреки ожиданиям Ролингса Хелен не стала возражать против его решения, и с ней не возникло никаких проблем. Вообще она как-то изменилась, стала более спокойной, жизнерадостной, даже еще похорошела. «Она влюбилась, – подумал Ролингс. – Этот тип из Майами добился своего! Дэвид Абрахам просто обязан выяснить, что он из себя представляет. Влюбленная женщина на такой работе – это очень опасно, тут всего можно ожидать!»
– Я скажу Джону, что в дальнейшем он будет работать под руководством Финли.
– Ничего не надо никому говорить. Мы просто произведем замену. И в боевых условиях каждый из них обязан повиноваться любым командам, от кого бы они ни исходили. В противном случае нам остается лишь отправить наших дельфинов обратно в океанариум, пусть они там и дальше развлекают людей. Они ни о чем не договорились с Финли, но после этих его слов рот как по приказу появился в дверях лингафонного кабинета и зашагал к ним. Под мышкой он нес толстую красную папку. От него сильно пахло спиртным, и, когда Ролингс с немым укором посмотрел на него, Финли, смущенно улыбаясь, сказал: – Я испробовал старое домашнее средство. Сами знаете: клин клином вышибают. Хелен, ты прямо как солнце! Не спрашивай! Я думаю, у меня такой вид, что плакать хочется. Я же всю ночь пил. – И был повод? – спросила она и рассмеялась звонким, как колокольчик, смехом. Финли почувствовал, как этот смех обжег внутри все его тело, а сердце мучительно заныло.
– Ты же знаешь, мужчины всегда найдут, – поспешил заметить Ролингс. – Даже если это всего-навсего победа их любимой футбольной команды.
– Я вам кое-что принес. – Финли раскрыл папку. Составленные с помощью компьютера диаграммы с графическим изображением тембров голосов дельфинов и испускаемых ими звуковых сигналов.
– Позавчера Джон обругал меня, да так, что пьяный матрос позавидовал бы. Вот доказательства. Посмотрите запись его брани. Парень был в бешеной ярости. – Он протянул Хелен диаграммы. Она пробежала их глазами и была вынуждена признать, что Финли прав. Джон вел себя просто безобразно. Судя по диаграмме эхо-сигналов, он был готов лопнуть от злости.
– Я ничего не понимаю, – заикаясь, пробормотала она. – Более добродушного существа, чем Джон, даже представить себе невозможно.
– Это он с женщинами так себя ведет! А меня он ненавидит, ибо я иногда обнимаю тебя. – Ты здорово преувеличиваешь.
– Нет, Хелен. – Ролингс снова заглянул в бассейн. Джон беспокойно плавал кругами около стенки и не сводил глаз с Хелен. – Когда я к тебе подошел и обнял за плечи, парень тут же выпалил заряд отборной брани. Вот смотри!
Он неожиданно схватил Хелен, привлек к себе и сделал вид, что собирается ее поцеловать. Джон мгновенно пулей вылетел из воды, разинул пасть, издал пронзительный крик – такого они еще не слышали – и попытался выпрыгнуть из бассейна. Разумеется, ничего не получилось, он звучно шлепнулся на воду и снова взлетел вверх.
Ролингс отпустил Хелен и отошел назад. Джон тут же успокоился.
– Все поняла? Надо Джона перекрестить в Отелло. Будь он человеком, наверняка совершил бы убийство из ревности. Я, во всяком случае, не рискну сейчас спуститься в бассейн.
– Ты прав, Стив, так дело не пойдет. – Хелен склонилась к Джону и покачала головой. – Ты дурачок, Джон, – сказал она внезапно изменившимся голосом. На такой тембр Джон особенно реагировал – за полтора года она хорошо изучила его и теперь сама могла различать и понимать разнообразный тембр голоса Джона когда он свистел или кричал. – И чего же ты добился? Теперь мы будем видеться только во время кормежки. И если ты не образумишься, я на тебя больше даже не взгляну. Ясно?
Дельфин Джон молчал. Он злобно посмотрел на Ролингса, смерил его взглядом, уплыл на середину бассейна и начал опять кружить. Его рота двинулась вслед за ним и образовала как бы живую стену вокруг него. Совершенно очевидно, что это был защитный вал. У Финли на лице появилась вымученная улыбка.
– Теперь он до смерти обижен, Хелен. Но это неопровержимое доказательство. И я с нетерпением жду, что же произойдет в ближайшие часы.
Но ничего не произошло, и это было самое худшее.
В то время как Хелен вместе со своими новыми подопечными во главе с Генри и Бобби нырнула в шлюзы, чтобы выйти в море, – все беспрекословно выполняли ее команды так, как их учили, – Джон решительно отказался слушаться кого бы то ни было. Гарри сперва как бы не знал, что ему делать, но затем все же решил вместе со всей группой принять участие в тренировках в бассейне, но всякий раз, когда Финли делал перерыв, он тут же подплывал к Джону, который мерно кружил в середине бассейна и, похоже, что-то оживленно обсуждал с ним. Финли прислушивался к издаваемым им звукам и ждал.
Джон по-прежнему не реагировал ни на какие команды. Он просто не обращал внимания на посылаемые Финли сигналы. К полудню все роты уже вышли в море, в бассейне оставалась только группа Джона – живое кольцо вокруг своего командира.
Финли сидел на краю бассейна и не знал, что делать. «Мы знаем, – размышлял он, – что уровень развития интеллекта у дельфинов гораздо выше, чем у всех остальных существ, за исключением человека. Отрицательное, но тем не менее необычайно значимое свойство человека то, что он продажен. Ежедневно миллионы и миллионы случаев подтверждают верность страшного выражения „на все есть своя цена, вопрос лишь в ее размерах“. Человека можно купить, а почему тогда дельфина нельзя?»
Финли встал и пошел к складу. Но на подходе к нему его перехватил доктор Ролингс. Он уже долгое время наблюдал в бинокль за Финли и его врагом Джоном.
– Я лично на попятную не пойду! – осторожно начал он. Финли недоуменно уставился на него.
– Более того, Стив, теперь-то и надо действовать! Если я Джону это все спущу, мне останется лишь упаковать чемоданы и пойти наняться служителем в Далласский зоопарк или в «Диснейленде» за Микки Маусом присматривать. Другие дельфины тут же об этом узнают и будут ко всем относиться так же, как к нам. Поглядите-ка, о него можно ноги вытирать.
– И что ты намерен сейчас делать?
– Пойду принесу ящик с селедкой.
– И…
– Мы, люди, называем это подкупом. Хочу подмазать лейб-гвардейцев Джонни. Посмотрим, как он будет себя вести, когда останется один, да еще в полной изоляции, когда все уйдут в море, а он нет.
