могу. Каждая машина на счету и защищает периметр. Попробуй выбраться сам, у тебя получится.
– Ты что, издеваешься?
– Олег, рад бы всей душой, но не могу, на мне ответственность за защиту целого поселка.
– А если я тебе пообещаю новейшего боевого робота последней модели?
– Можешь предложить мне хоть целую вселенную – не могу.
Тут я мысленно зацепился за робота, в голову пришла гениальная идея.
– Ладно, Андрей, подготовь хотя бы вход в поселок, я там буду через десять часов, и обеспечь беспрепятственный проезд к моему звездолету.
Черт. Чуть не сказал «мы», нужно быть осторожней, следить за речью.
– Так быстро добраться до нас невозможно, но если ты это сделаешь, то будешь величайшим героем на все времена.
Я уже не слушал, поглотила новая идея, и немедля приступил к ее реализации.
Глава 9
Генерал сидел в своем кабинете, строя планы, как лучше использовать новость о ликвидации Бендика. Должность он занимал высокую, но высокие должности требуют полной самоотдачи, никакой личной жизни. Все время приходилось проводить в кабинете, или на совещаниях, а если нет, то на официальных встречах. Практически жить в своём кабинете, который специально оборудовали комнатой отдыха. Следующая должность – вице-премьер правительства, такая же, дающая еще больше власти и еще меньше личной жизни. Так что же тянет людей на эти каторжные должности, которые внешне выглядят, как вечный праздник. Власть – вот единственная причина, по которой люди во все времена стремились занять эти должности. А лиши государство таких людей власти – и все, они сдуются как мыльные пузыри, затерявшись среди равных. А власть зачастую, их, никчемных, поднимает до высот небожителей, а оттуда, с небес, видится все по-другому.
Недавно назначенный, он еще не потерял связь с реальностью, не научился надувать щеки и раздуваться от важности, возможно, таким и останется, исключения тоже бывают, но очень редко. Хорошее настроение вызвал недавний допрос Кена, которого доставили буквально сутки назад.
Кен очень удивился, что Дудов обращался с ним, как с фарфоровой куклой, буквально пылинки сдувал. И никаких допросов и вопросов. Содержал в хороших условиях, но сразу после задержания отправил куда-то на звездолете. Каюта, в которую его поместили, тоже не отличалась аскетизмом: роскошная, обставленная со вкусом, под стать и питание, вот только связи и общения с внешним миром не было.
«Ладно, это я переживу, – думал Кен. – И чего я скрывался? Ведь знал, все равно возьмут рано или поздно».
Наконец полет закончился, Кен приобрёл за это время душевное равновесие, без сомнения, его доставили на какой-то центральный мир. Потом спустили на планету, там со всеми возможными предосторожностями перевезли куда-то, он не мог сказать, что это. Возможно, тюрьма, но условия содержания очень хорошие.
«Я кому-то нужен, и этот «кто-то» занимает высокий пост, коли обладает такими возможностями? Значит, предстоит торг, вот тут-то мне продешевить нельзя, вероятно, предметом торга будет Бендик. Ну что же, я готов, своя рубашка ближе к телу».
Через сутки после прибытия его куда-то повели, глаза завязали. Когда сняли повязку, увидел кабинет, несомненно, кабинет. Государственные учреждения отличаются своеобразной казенностью, которая просматривалась и здесь, за внешним антуражем изысканности. Посредине стоял заставленный едой и бутылками стол, к которому его не пригласили, он остался стоять, видимо, ждали того самого влиятельного хозяина.
«Я не ошибся, судя по обстановке, торг начнется прямо сейчас».
Конечно, он не ошибся, Берг жаждал добросить Кена сразу по прибытии, но сделал над собой усилие и сдержался.
«Не стоит так торопиться, он никуда не денется. А то почувствует преимущество, свою нужность. Но и передерживать нельзя, чтобы «блюдо» не подгорело, сутки самый раз».
Генерал вошел в кабинет, осмотрел декорации, которые сам и спланировал, впрочем, как и весь это спектакль, надеясь расположить к себе пирата сразу, еще до своего прихода, и это ему удалось. Наконец его взгляд наткнулся на Кена, стоящего в силовых наручниках, он с минуту удивленно его рассматривал, как будто видел впервые.
– Господи? Помощник Бендика? – Кен понимал, отпираться от очевидного нет смысла.
– Да, я Кен.
– Отлично, не желаете ли отзавтракать со мной?
– С удовольствием.
– Проходите, присаживайтесь, – и указал место напротив себя.
Кен не заставил себя упрашивать, прошел и сел на указанное место.
– Что будете пить?
– Что-нибудь крепкое?
– Коньяк?
– Можно и коньяк.
Берг налил ему коньяка и себе тоже, как бы подчеркивая, что за столом все равны, психологический ход. И поднял бокал, собираясь провозгласить тост и как бы не замечая, что руки Кена скованы наручниками.
Кен внимательно посмотрел на него, потом поднял руки перед собой, показывая наручники.
– Ах, это? – нажал кнопку, тут же вошел адъютант. – Снимите, пожалуйста, наручники с моего гостя.
«Ого! – подумал Кен. – Гость, это меняет дело, это иной статус».
Адъютант снял наручники и вышел, а Берг, словно не замечая удивления Кена, продолжил, подняв бокал.
– За встречу, Кен, и взаимное понимание, именно взаимопонимание, от этого будет зависеть, останется ли за вами статус гостя.
– Я приложу все усилия, чтобы достичь этого понимания.
Генерал удовлетворённо кивнул. Выпили, коньяк оказался очень хорош, после долгого воздержания у Кена слегка закружилась голова. Он внимательно посмотрел на Берга.
– Как мне к вам обращаться?
– Никак, просто отвечайте на вопросы. Кстати, коньяк хорош, заметьте, никаких примесей.
– Да, я заметил, задавайте ваши вопросы, я готов отвечать, только прежде давайте уладим один вопрос: что вы мне предложите за мое искреннее сотрудничество?
– Хороший вопрос, ну, например, такое же содержание, какое было до этого?
– Не плохо.
Берг внимательно посмотрел в глаза Кену, понимая, что желаемого эффекта его предложение не произвело, но пока решил помолчать.
– Обо всех делах, которые вы проворачивали с Бендиком, расскажете следователям. Меня интересует вопрос несколько иного порядка, – говоря это и подходя к главному, он налил еще по рюмке и поднял.
– За дальнейшее сотрудничество, – Кен не возражал против этого, пока все шло так, как должно идти.
Берг молчал внимательно, разглядывая пирата, давая время коньяку подействовать. Но видел, что алкоголь того не берет, организм быстро адаптировался, другие препараты он опасался применять. Предпочтительней договориться.
– Итак, вы знаете, где сейчас находится Бендик?
– Нет, никогда не знал, да и никто не знал. Он не говорил никому, когда и куда направляется. Но появлялся везде, где нужно, вовремя.
– У меня к вам дело вот какого рода, мне необходимо, чтобы вы подтвердили гибель Бендика, сказав, что видели это собственными глазами.
Кен перестал есть, понимая, что наступает момент истины, от того, как пойдет разговор и договорятся ли
