Вот я встретил такую, кто хочет к нам перебраться. Она честно сказала, что за Монастырём следят с многих лёжек, каждую машину, которая из ворот выезжает, подсчитывают, и лазутчики Навьи каждую избу в Слободе давным-давно выведали. Стоит конвою Женькиному выехать на дорогу, как её тут же заметят и перехватят.
Сергей промолчал. Он ещё с минуту стоял на стене, глядя в лес, затем медленным шагом спустился во двор автокорпуса. Егор проводил его глазами, всё думая, он ещё что-то скажет, ответит. Но у самых ворот в боксы его встретил Василий, и Сергей о чём-то доверительно и настойчиво с ним поговорил.
*************
Медленно, словно не желая отпускать, комья земли ссы́пались с Риты, как одеяло. Её потянули наружу и в рёбрах вспыхнула боль. Дыхание вырывалось болезненно долго, с натужным хрустом. Жилистая рука с силой потянула за шиворот, и её потащили по земляному тоннелю.
– Олеська… – захрипела она. Сознание нырнуло в Багряную Мглу. Она снова пришла в себя, когда над ней раскачивалось бледное лицо Яра. В голубых глазах отражались блики горящих свечей. Он приволок её в кладовую, заглядывал ей в лицо и ритмично дышал. Тело сдавило, голова набухла от стука крови. Мир снова померк.
*************
– Скривил – реку тебе! Цельное утро отбе́гал по дебрям, ни единого чужеядца до сего не сыскал. На кой леший ты нас от норы утянул, пустобай? – Свирь никак не хотел отцепиться от Савы. Так вышло, что они в лесу встретились и возвращались к логову вместе. Один Вольга шагал молча.
– Была там Навь, али не было, того я не ведаю, – отделался Сава. – Нешто я прельстил за мной идти в лес? Пеняй на Сивера, коли смелый. Азмь передал его наказ токмо.
– Не-ет, Савушка, обдувало ты вятшное! Вот и пойду испрошу Сивера, бысть наказ чужеядцев искать, али кривда! И с тебя спрошу, куды смысля, покуда я в росах потерялся с Вольгою!
– Не твоя сие кручина. Испрашивай! – скрыл Сава страх за оскалом. Он не знал, уцелела ли Сирин и удалось ли спасти крестианку? Долго, как мог, водил друзей по западным землям, разделил и запутал. Если Рите и Сирин удалось обмануть Яра и пленницу вывели из подземелья, то любой обман стоил выигранного для них времени. Хорошо, что Вольга не расспрашивал, почему он увёл их от норы… но блаженно улыбался, глаза умаслились, в толстых пальцах крутил сорванный первоцвет.
– И энтого дурня торкнуло! – ядовито ужалил Свирь. – Как по башке батогом накернули!
Вольга поглядел сверху вниз, будто Свирь – неразумный и вредный ребёнок, и загадочно отвёл взгляд. Загадочных лиц у Вольги друзья в жизни не видели.
– Ой, вэй! Знать-то Вольга аркудицу какую в лесу отчихвостил, отсель и лыба такая. Глянь, Сава, сият, аки масляный блин!
– Пасть бы затарил, не то подсоблю, – беззлобно буркнул Вольга и отбросил цветок. Сава видел, ему хочется поделиться, что-то им рассказать, но Свирь всё настроение испортил. Тем часом они подошли к логову и остановились у охранного камня.
– Задумал к Яру сойти? – спросил Свирь.
– Второй день нет его. Подыматься пора, Сивер нас потерял. Навьи Рёбра – охотничья стая, а мы здесмь охабилися.
– Коли надоть решать, так айда, – легко согласился Свирь и первым протиснулся мимо Савы. – Не век же сторожами томиться.
Один Вольга мялся у входа. Свирь блеснул подозрительными глазами.
– Ты ще?
– Не хочу. Тяжко. Без мя сойдите.
– Нешто пузо болит?
– Нет, в норе тяжко. Не сойду туды и от так, – отрезал Вольга и хмуро свёл брови. Свирь недобро прищурился и угрожающе зашипел.
– Пшёл за нами очас же! Давеча по росам утёк, нынче в нору сойти несогласный. Я тобя ночью пырну, ежели сызнова от стаи охабишься!
Вольга тяжело засопел, но решился и сошёл вслед за ними. На первой межени рядом с узилищами они почуяли запах чужих. Состайники заволновались, но никто беспокойства ещё не показывал. На третьей межени по дощатому полу размазался долгий кровавый след, и здесь выдержки им не хватило, Сава первый заговорил.
– Чужаки в нору пробралися. Здесмь бились.
– На Яра напали? – напрягся Свирь, как туго натянутая струна. Сава покачал головой и принюхался, запахи перебивались горькой вонью полыни.
– Давай за мною, – повёл Свирь. Они дошли до приоткрытой двери в кладовую, прокрались с оружием наизготовку и встали, как вкопанные. От зажжённых свечей осталась всего пара огарков. В полумраке норы лежала на досках охотница. Левая нога её выше щиколотки перетянута, из бурого месива торчит обломок жёлтой кости. В изголовье сидит Яр, зазубренный нож воткнут в доски. Его руки и лицо перепачканы грязью, зеркальные голубые глаза смотрят исподлобья двумя яркими огоньками. Одежду Риты густо припорошила земля. Куртку застёгивали чужие руки, так что деревянные клинышки не сходились.
– Кто пустил её ко мне?
Яр не спал второй день, но смотрел с твёрдой жестокостью. На плечах его покоилась серебряная волчья шкура, рядом лежала винтовка. Состайники Савы неуверенно переступали с ноги на ногу у порога. Всякий знал Риту, но никто не мог вообразить, что случилось в час их отсутствия.
Яр выдернул нож из досок, подсел поудобнее к голове Риты и переложил её к себе на колени.
– Кто тебя пустил?
Она прибывала в сознании. Яр по очереди направил
