широко раскрыла глаза, заранее пугаясь тому, где она окажется.
Это была рубка, почти неотличимая от той, в которой она несла вахту на «Дункане», и такое же кожаное кресло, и сусанинский свитер на полу, и напротив пригорюнившийся Вуковуд в меховой жилетке на голое тело. Она наклонилась, потянула к себе свитер и вдруг, уткнувшись в него лицом, постыдно заревела.
Послышался щелчок сдвинувшейся в сторону дверцы, шаркающие шаги. Варвара утерлась кулачком и с удивлением подняла глаза. Надо же, это Гюрг, а она и не узнала! И что с человеком сделалось, прямо почернел, как головешка. И его, значит, доконали троглодитики мохнатые.
– Простите меня, – кротко проговорила Варвара. – Раскисла.
Он как-то искоса глянул на нее сумрачным глазом, поставил на пол термос – как раз посередине между Варварой и Вуковудом – и совершенно очевидно впал в маету: то ли уходить, то ли оставаться. Это так не вязалось с образом величественно шагающего покорителя чужих земель, возложившего к ее ногам невиданную добычу – крапчатого тапиренка, героически аннексированный ужин аборигенов, что девушке стало не по себе. Что-то за этим крылось. Нападение чартаров она помнила, но вот дальше…
– Что случилось? – не выдержала она. – Почему не взлетаем?
Гюрг с Вуковудом переглянулись.
– Видите ли, – Вуковуд поежился, обхватив себя за голые локти, – вопрос-то ведь остался открытым: что делать?
– С кем?
– Не с кем, а с чем, – в голосе командора как-то странно сочетались жесткость и безразличие. – Я предлагаю поставить вокруг всего спуска силовую защиту и вызвать комплексную экспедицию с Большой Земли. В виде исключения ей позволят сесть. Вскроют хранилище, исследуют содержимое, закроют.
– Нет, – твердо возразил Вуковуд. – Защита у нас никудышная, не чета строителям Пресептории. Пока на Большой Земле будут разводить большие академические дебаты, пока соберут и доставят сюда экспедицию… Учитывайте, что каждый перелет не гарантирован от случайностей. Полетит какой-нибудь генератор, или солнышко здешнее батареям не подойдет, и чартары прорвутся к дверям хранилища. Дальнейшее непредсказуемо. Поэтому я считаю, что мы должны попросту засыпать весь спуск, как могилу Тутанхамона. Пока.
– Пока – это до прибытия комплексной экспедиции? – спросил Гюрг. Хотелось ему в эту экспедицию.
– Пока – это до того самого момента, когда уровень науки и техники позволит чартарам произвести подземную разведку и обнаружить скрытое в глубине хранилище.
А Варвара между тем ничегошеньки не понимала.
– Да о чем вы? – перебила она Вуковуда. – Какая защита? Зачем засыпать спуск, если пандус поднялся? А кстати, там чартаров не передавило? Они ж валились мне на голову…
Теперь мужчины переглянулись в полном недоумении.
– Мы же остались внизу, в щели, – напомнила она, – а сверху сыпались эти вонючки, пока я не задохнулась!
– Вот оно что, – проговорил Гюрг после некоторой паузы. – Сработала-таки «защита от дурака». Галлюциногены.
– Но тогда вы тоже почувствовали бы!
– Видите ли, – Вуковуд как-то обескураженно тер себе подбородок, – вы в этот момент наклонились над костром. Так что это было испарение ядовитых соков, которое вы вдохнули, а может быть, и направленное излучение, рассчитанное на рост среднего чартара. Мы несколько повыше. Вот и все. У вас это был чисто рефлекторный страх…
Вид у него стал еще жалче, чем у Гюрга, и он машинально повторил:
– Вот и все.
Вот тут-то и она припомнила весь свой бред, весь ужас. Значит, никаких чартаров не было, это обступившие кошмары заставили ее верещать на всю Чартаруму, и ведь не просто верещать… Совершенно отчетливо вспомнила она свой голос: «Вуки, где же ты, Вуки!..»
Но ведь не только же один страх был в этом крике! Гюрг это понял, потому и сник; и Вуковуд поверил было, вот и сидел напротив, ждал ее пробуждения как манны небесной – говорил же, что надоело ему мотаться по всему Пространству, только трудно найти такой уголок, где не было бы шумно и людно. А тут она еще, ведьма усатая, заставила вспомнить Степуху и поверить, что это и есть желанное пристанище, колдовская земля. И с ней, ведьмой, в придачу. В смертном страхе звала не кого-нибудь, а его, и в свитер его вцепилась – не оторвешь, пришлось из него вылезти…
А теперь вдруг нашел объяснение – «рефлекторный страх». И ничего больше. Как, какими словами объяснить ему, что это не так?
– Гюрг, – попросила она несколько смущенно, – не могли бы вы сделать панорамный снимок входа в хранилище? Если придется закапывать, то надо рассчитать…
Гюрг посмотрел на нее, как на последнюю идиотку, – ну неужели не могла придумать ничего правдоподобнее! Потом молча повернулся, так что термос, стоявший на полу, завертелся волчком, и стремительно покинул рубку. Варвара уставилась на медленно расплывающуюся лужицу, мучительно подыскивая нужные слова. Но вместо слов в памяти проходили, возникая и растворяясь, лица: и неотразимый Параскив, и узколицый оливковый Теймураз, и любитель средневековой кухни Кёлликер, и неистощимый болтун Солигетти, и румяный молодец Кирюша, и легконогий козловладелец Петрушка, и удельный властитель биосектора Сусанин, и надменный кондотьер Гюрг… Почему же сам собою выбрался из всех них именно этот, и не самый красивый, и не такой уж удачливый, а уж что касается возраста, то подумать страшно: тридцать четыре! Почему же все-таки он?
Да потому, что рядом с ним она будет счастлива, оставаясь самой собой, не отрекаясь ни от имени, ни от привычек, ни от ведьминского своего чутья, которым и угадала она в нем эту способность быть бесконечно, неправдоподобно бережным.
– Вуки, – проговорила она, не поднимая головы, – Вуки, где же ты?..
Слова, сказанные в бреду и наяву повторенные, – что могло быть ответом на них?..
Крак! Бряк!
– Табун крупных, предположительно копытных животных общей численностью до сорока голов. Со второй террасы экваториального хребта направляются в долину. Ориентировочное расстояние шесть и две десятых километра.
– Трюфель, а пошел бы ты к чертям, – сказал Вуковуд.
Но было совершенно очевидно, что это посланец тактичного командора, предваряющий приход его самого. И точно – Гюрг, обретший разом былую надменность и непререкаемость, возник на пороге.
– С вашего разрешения, я вынужден поставить круговую защиту по краям спуска, не возвращаясь к дискуссиям на эту тему.
Он подошел к пульту, включил все экраны, и в рубке стало как-то суетно.
– Старт через тридцать минут, – добавил он, не оборачиваясь. – Скочи остаются здесь для обеспечения надежности защиты, тем более что в полете они нам не понадобятся. Их или подберет комплексная экспедиция, или они вместе с генераторами рассыплются в прах гораздо раньше, чем здешние троглодиты осознают их инопланетное происхождение.
По категорическому тону Варвара поняла, что командору надоело-таки быть в рядовых. Понял это и Вуковуд. Он медленно поднялся, став окончательно похожим на вздыбившегося мышастого гепарда. Где-то краешком,
