Нед Гоуэн взял перо и старательно застрочил.
— В общем, мы делаем успехи, — объявил он, снова положив перо и лучезарно улыбнувшись всей компании. — Теперь необходимо обсудить следующий пункт…
Час спустя графин с виски опустел, листы бумаги на столе были исписаны убористым почерком Неда Гоуэна, и все присутствующие до крайности утомились, за исключением самого адвоката, подвижного и ясноглазого, как всегда.
— Превосходно, превосходно, — повторил он, собирая листы и аккуратно их укладывая. — Итак, основные пункты достигнутого соглашения таковы: мистер Фрэзер согласен выплатить мисс Маккензи сумму в пятьсот фунтов в компенсацию за причиненные обиду, страдания и лишение супружеского ложа.
На этом месте Джейми хмыкнул, но Нед сделал вид, что не услышал, и продолжил свой синопсис.
— И кроме того, согласен выплачивать ей содержание в размере сто фунтов в год до тех пор, пока вышеупомянутая мисс Маккензи не выйдет замуж снова, что станет основанием для прекращения упомянутых выплат. Мистер Фрэзер согласен также обеспечить приданое для каждой из дочерей мисс Маккензи в размере трехсот фунтов сверх ранее перечисленных сумм и со своей стороны согласен не выдвигать обвинение против мисс Маккензи за нападение с намерением совершить убийство. Взамен мисс Маккензи освобождает мистера Фрэзера от всех прочих притязаний. Мистер Фрэзер, понятно ли это вам и согласны ли вы с прочитанным?
— Да, понятно и согласен, — ответил Джейми.
Он слишком долго находился в сидячем положении, отчего побледнел и на лбу, под линией волос, выступили капельки пота, но держался он прямо. А на его коленях, засунув большой палец в рот, по–прежнему спал ребенок.
— Превосходно, — снова сказал Нед.
Он поднялся, просиял и поклонился компании.
— Как говорит наш друг доктор Джон Арбутнот: «Закон — это бездонная яма». Но на данный момент не в большей степени, чем мой желудок. Правда ли, что этот восхитительный аромат указывает на готовящееся где–то поблизости седло барашка, миссис Дженни?
За столом по одну сторону от меня сидел Джейми, а по другую — Хобарт Маккензи, который теперь выглядел порозовевшим и успокоившимся. Мэри Макнаб принесла блюдо и по старинному обычаю поставила его перед Джейми. Ее взгляд задержался на нем. Джейми взял длинный кривой разделочный нож и здоровой рукой вежливо предложил его Хобарту.
— Будь добр, сделай это за меня, Хобарт.
— О нет! — отмахнулся тот. — Пусть лучше твоя жена разрежет его. Я не мастер орудовать ножом — еще палец себе отрежу. Ты ведь знаешь меня, Джейми, — добродушно добавил он.
Джейми бросил на своего бывшего зятя долгий взгляд поверх солонки.
— Вообще–то думал, что знаю, Хобарт, — сказал он. — Передай мне виски.
— Что нужно сделать, так это поскорее выдать ее замуж, — решила Дженни.
Ее дети и внуки удалились, Нед с Хобартом уехали в Кинуоллис, а мы вчетвером остались и вели беседу за бренди и сметанными лепешками в кабинете лэрда.
Джейми повернулся к сестре.
— Сватовство больше по твоей части, верно? — язвительно заметил он. — Уверен, ты сможешь подобрать подходящего человека, а то и двух, если пораскинешь мозгами.
— Пожалуй, смогу, — буркнула Дженни в тон ему.
Она была занята вышиванием. Игла протыкала полотняную ткань, поблескивая в свете лампы. Снаружи было слякотно, а в кабинете уютно: в камине потрескивал огонь, лампа разливала лужицу света по обшарпанному столу, заваленному бумагами и счетными книгами.
— И вот о чем еще стоит поразмыслить, — сказала она, не отрывая глаз от своей работы. — Где ты собираешься взять двенадцать сотен фунтов, Джейми?
Честно говоря, эта мысль уже посетила и меня. Страховые выплаты за печатную мастерскую явно недотягивали до этой суммы, и я сомневалась, чтобы доходы Джейми от контрабанды были столь велики. Ну а на Лаллиброх вообще рассчитывать не приходилось: земля в горной Шотландии позволяла лишь поддерживать существование, и даже несколько самых урожайных лет подряд приносили лишь незначительную прибыль.
— В общем, есть только один вариант, — сказал Айен, переводя взгляд со своей жены на зятя.
После небольшой паузы Джейми кивнул.
— Пожалуй, да, — нехотя согласился он и покосился на окно, где дождь косыми линиями бороздил стекло. — Правда, время года для этого не лучшее.
Айен пожал плечами и слегка подался вперед на своем стуле.
— Через неделю начнется весенний прилив.
Джейми озабоченно нахмурился.
— Ну да, конечно, но…
— Джейми, никто, кроме тебя, не имеет на это права, — перебил его Айен и с улыбкой пожал ему здоровую руку. — Для кого оно предназначалось, если не для сторонников принца Чарли, а? А ты был одним из них, хотел ты того или нет.
— Да, пожалуй, — ответил Джейми со вздохом и невеселой улыбкой. — В любом случае, похоже, это единственное, что я могу сделать.
Он явно хотел добавить что–то еще, и его сестра, знавшая Джейми даже лучше, чем я, оторвалась от работы и резко вскинула глаза.
— В чем дело, Джейми?
Он глубоко вздохнул.
— Я хочу взять с собой Айена–младшего, — сказал он.
— Нет, — отрезала она.
Игла застряла в ярко–алом, как капля крови, бутоне.
— Он уже взрослый, Дженни, — тихо сказал Джейми.
— Нет! — возразила она. — Ему всего пятнадцать; Майклу и Джейми обоим хотя бы по шестнадцать, и они крепче.
— Это верно, но плавает малыш Айен лучше любого из его братьев, — резонно заметил Айен, задумчиво сдвинув брови. — Так или иначе, кому–то из парней все равно придется отправиться с дядюшкой. — Он бросил взгляд на перевязанную руку зятя. — Из Джейми в его нынешнем состоянии пловец никудышный. Не Клэр же, в конце концов, плыть, — добавил он, улыбнувшись мне.
— Плыть? — искренне изумилась я. — Куда плыть?
Айен тоже на миг растерялся. Он поднял брови и воззрился на Джейми.
— Так ты ей не сказал?
Джейми покачал головой.
— Рассказал, но не все. — Он повернулся ко мне. — Речь идет о сокровище, англичаночка, о золоте тюленей.
Не в состоянии забрать клад с собой, Джейми оставил его в том же месте и вернулся в Ардсмур.
— В ту пору я не мог найти ему достойного применения, — пояснил он. — Дункан Керр поручил его моему попечению, но я не имел представления о том, кому оно принадлежит, кто его туда поместил и что с ним делать. «Белая колдунья» — вот все, что сказал Дункан, а для меня эти слова ничего не означали. Кроме тебя, англичаночка.
Однако, не собираясь распоряжаться кладом единолично, он чувствовал необходимость поделиться тайной с надежным человеком и поэтому отправил Дженни зашифрованное письмо, сообщая о местонахождении клада и его вероятном предназначении.
