— Я жива, — прошептала она, падая на колени и обхватывая себя руками. Ее иллюзорное тело била крупная дрожь, холод мистической тюрьмы Ша-Ру-Занагры пробирал ее до костей.
— Ты — моя последняя служительница, — прошипела Забытая, обвиваясь кольцами вокруг Арианы, — я не могу позволить тебе умереть так просто — особенно сейчас, когда в Тейзою прибыл древний враг моего рода.
— Шепчущие.
— Можешь звать их так, — из оскаленной пасти Проклинательницы при каждом слове вырывалось ядовито-зеленое пламя. — Ты должна предупредить моих братьев и сестер, немедленно — я не смогу поддерживать твое существование в таком виде долго.
— Что я должна сделать? — надежда Арианы пережить этот день после слов Забытой начала стремительно гаснуть.
— Для начала — вернуться в свое тело. Ты должна выйти к Вратам Сердца Мира и связаться с другим служителем, а для этого тебе нужно оказаться по другую сторону от них, — Забытая указала кривым когтем на обсидиановые створки, отделявшие ее остального мира.
— Вернуться… туда? — девушка содрогнулась. — Но от меня ничего не осталось!
— От тебя остались кости, моя дорогая. Посмотри на меня, — Занагра дважды прокрутилась вокруг своей оси на змеином хвосте, — мне ведь это не мешает существовать.
— Но я всего-лишь человек…
— Я дам тебе силу. Всю свою силу, чтобы поддержать твое существование в этом печальном состоянии. Ее хватит на несколько часов. Более, чем достаточно.
— И я… Нет никакого способа вернуться?
— Только если найдется могущественный целитель…
— И где же мне его искать?! — Ариана перешла на крик.
— Когда ты предупредишь моих братьев, я постараюсь тебе помочь. Сейчас у нас нет на это времени.
— Нет, Занагра, — с отчаянной решительностью произнесла чародейка, — назови мне имя того, кто поможет мне, или я не сдвинусь с этого места. Плевать на Шепчущих, я не хочу умирать!
Забытая в ярости зашипела и сдавила Ариану в кольце своего костяного хвоста.
— Ничтожная смертная! Как ты смеешь перечить мне?
— Мне нечего терять, — тихо и очень спокойно ответила чародейка, не отводя взгляда от ядовитых глаз Занагры.
Целую минуту длилось это безмолвное противостояние. И наконец, Забытая сдалась. Костяное кольцо разжалось, и опустились все шесть рук, которые еще секунду назад были готовы разорвать дерзкую девушку.
— Хорошо… Я знаю только одного достаточно могущественного целителя, способного помочь в твоем состоянии. Это служитель Наму-Ар-Зонкона, человек по имени Раббен Тоттенгрибер.
— Слуга императора Дакиэрро! Гвардеец Хаоса!
— Он может служить только Великому Кузнецу, глупая девчонка! — воскликнула Забытая, снова потеряв самообладание. И снова успокоилась.
— Если уговоришь его помочь тебе — спасешься. А теперь делай то, что велено!
Ариана судорожно вздохнула — покорно склонила голову.
— Верни меня… в мое тело.
***
Возвращение… было ужасным. Просто кошмарным. Обугленное тело чародейки так и осталось лежать в коридоре замка Крэйна Столсанга, среди каменных обломков людей и жутких тварей Шепчущих. Живых не было, как и тел Боневаля Лустакина и Ракрустикоса, но последнее она заметила уже позже, после того, как осознала, что не чувствует боли и не может дышать — сожженное заживо тело было абсолютно мертво. Но она видела, хотя у нее не было глаз, слышала, хотя не было ушей, и могла двигаться, хотя от мышц осталась только еще не остывшая — и отвратительно хрустящая обугленная масса. Свое мертвое тело она ощущала как нечто совершенно чужое, ужасно непослушное, но все же оно подчинялось ее командам.
— Омерзительно… — прошептала Ариана, и еще сильнее ужаснулась, когда услышала собственный, нечеловечески скрипучий голос. — По крайней мере, я не чувствую запаха. И здесь нет зеркал…
Не теряя времени, она мысленно оказалась перед Вратами Сердца Мира, и с облегчением поняла, что здесь она выглядит как и прежде — высокой темноволосой девушкой с карими глазами и округлыми чертами лица. Только полностью обнаженной… Но с этим можно было только смириться. И она бросила зов, взывая ко всем чародеям поблизости от замка Столсанга.
Никто не ответил. Видимо, ее зов был слишком слаб, чтобы занятые проблемами повседневной жизни чародеи смогли заметить его. Либо просто проигнорировали. Ведь она была одной из «алых». Был шанс, что ответят другие два чародея из их рядов. Но они молчали.
— Кто-нибудь! Ответьте! — крикнула она изо всех сил в сияющую белым светом пустоту, окружавшую Врата Сердца Мира.
— Кто-нибудь! Пожалуйста…
Проходили минуты. Или часы. Она помнила о своем неотвратимо близком конце, и время растянулось в изводящую душу вечность ожидания хотя бы чего-нибудь — чуда или знака, что все кончено.
И когда чародейка практически сорвала свой мысленный голос, истощила практически всю энергию — один человек все же отозвался.
Он вышел к ней из столба яркого света, потрескивающего искрами синих электрических разрядов. Невысокий, коренастый парень с овальным лицом и очень цепким, любопытным взглядом. Он растерянно улыбнулся, оказавшись прямо перед ней, и тут же отвернулся, заливаясь краской смущения.
— Вы… неодеты.
— Не представляете, насколько я неодета на самом деле, юноша, — хмыкнула Ариана, кое-как прикрываясь руками. — Но это все неважно. Всему нашему миру нужна ваша помощь. Могу узнать ваше имя?
Юный чародей бросил в ее сторону быстрый колкий взгляд — и сразу же отвернулся.
— Просперо Эспозито, синьора…
— Ариана Рэйсток.
***
Юрика со скучающим видом смотрела в окно автобуса, рассматривая пробегающие мимо пейзажи. После того, как Дженази выдвинул свои условия, им ничего не оставалось, кроме как определить прямо на том совете, кому брать на себя ответственность за происходящее, и что делать дальше — и Юрика проголосовала за кандидатуру Мэй, после чего было решено немедленно выдвигаться к резиденции Крэйна Столсанга. Вальд заявил, что до нее не больше суток езды, и транспорт он организует — и сдержал обещание, предоставив большой рейсовый автобус на пятьдесят пассажиров. Свободных мест в нем не осталось уже через десять часов — предводитель «диких» в Судзо связался с остальными группами, и они подобрали по дороге всех, кто успел прибыть к маршруту их следования. Только Юрику слабо утешало то, что их так много, ведь Дженази с ними не было. Он ушел сразу после завершения совета, пообещав найти их через неделю.
Внезапно прозвучал встревоженный голос Просперо. Он требовал остановить автобус.
— Что случилось? — прогремел Вальд Браун, делая знак водителю. — Через два часа мы уже будем на месте.
— Со мной связалась девушка по имени Ариана Рэйсток, — ответил обескураженный Просперо. — Она рассказала… очень странные вещи.
— Ариана — одна из «алых», — с подозрением заметил Фредерик Сольряйн. — Чародейка. Она связалась с тобой по вашим чародейским каналам? Как она тебя нашла?
— Да, она сказала, что еще час назад являлась сторонницей Крэйна Столсанга, — ответил Просперо. — Но когда Бенедикт Грид рассказал им о возвращении синьора Дженази, они единогласно решили согласиться с его решением позволить синьоре Мэй возглавить Стаю.
Мэй, которая вышла из автобуса вслед за остальными, мгновенно оказалась в центре внимания.
— Круто, — с воодушевлением сказала Юрика. — Значит, мы зря едем? Хотя виды ничего, красивые…
Незапланированная остановка произошла посреди зеленой саванны, которая резко отличалась от всего, что девушка видела раньше. Огромная плоская равнина, покрытая причудливыми, одиноко растущими деревьями с необычной, почти синей листвой; такими же одинокими фермами и стадами животных — то ли домашних, то ли диких… Она нигде не видела оград.
— Крэйн Столсанг распустил «алых» и пообещал убить Дженази, — ответил Просперо, стоя в кольце из десятков человек, большую часть которых он не знал.
