– До тех пор пока вы не будете готовы представить швейцарской юстиции какие-либо особые показания против корпорации, – сказали они, – вы должны будете признать факт того, что это действительно был несчастный случай.
Ни один довод, приведенный Николасом, не мог поколебать чинных швейцарцев. Провал становился невыносимым. Сердце и чутье подсказывали ему, что Роза Джефферсон была убита. Только один человек мог выиграть от ее смерти – Стивен Толбот.
«Но это бессмысленно, – спорил сам с собой Локвуд, – Стивена отстранили от дел «Глобал» очень давно. Эта чертова версия не выдерживает критики».
Но Локвуд знал, что стремление к мести проделывает очень сложные ходы в мозгу человека.
Как он и обещал, Николас привез тело Розы домой. И, кроме того, он привез новости, которых все в «Глобал» отчаянно ждали.
– Это был несчастный случай, – сказал он Кассандре, Хью О'Нилу и другим, собравшимся в офисе О'Нила на Нижнем Бродвее. – Гонконгская полиция и руководство гражданской авиации согласны с тем, что в гидравлической системе был дефект.
В комнате воцарилась тишина. Взгляды обратились к Кассандре.
– Что происходит сейчас?
– У нас есть копия официального расследования, – сказал О'Нил мягко. – И у нас есть подтверждение Николаса. За подготовкой похорон следят. Кассандра, если ты не возражаешь, это было бы подходящим временем для прочтения завещания Розы.
Адвокат добавил:
– Николас, почему бы тебе не остаться?
Когда все вошли, О'Нил подошел к сейфу. Кассандра вспоминала, как прошлый раз смерть представилась ей самой и потребовала отчета. Ей была ненавистна мысль получить еще что-то от мертвой. Наследство, полученное от Розы, принесло бы с собой и обязательства, которые она, за неимением выбора, должна была принять. Хью О'Нил вернулся за свой стол со стопкой бумаг, перевязанных красной ленточкой. Страницы покоробились, когда он дотронулся до них – свидетельство возраста.
– Насколько я знаю Розу, все будет здесь, на последней странице, – сказал он, надевая свои бифокальные очки. – Но чтобы быть уверенным…
О'Нил осторожно перевернул страницы, кивая с видом человека, который найдет то, что и ожидал найти.
– Общие сведения, деньги на благотворительность, музеи, пожертвования на культуру, – все чисто и аккуратно…
Внезапно кулаки О'Нила ударили по бумагам.
– Это невозможно! – прошептал он. – Она этого не хотела. Она должна была изменить это!
Стивен Толбот сидел у бассейна – причудливой фантазии с гротом, окруженном цветами и пальмами и оканчивающимся водопадом. На низком столике валялось двадцать газет со всего света. Три недели прошло со дня смерти Розы Джефферсон в Гонконге, а ее имя все еще преобладало в деловых заголовках. Стивен поднял ножницы и вырезал еще одну статью. Он отметил дату и вложил ее в папку, уже полную вырезок.
«Они скоро будут здесь».
Позади него проплыла Юкико. Она уже давно следила за тем, как Стивен лелеял свою мечту, свою навязчивую идею. Пока его мать была жива, он почти никогда не обращался к ней. Теперь, когда она была мертва, он не мог от нее отделаться.
– Ты должна позволять мне маленькие причуды, – сказал Стивен, сосредоточиваясь на своем занятии.
«Это все, о чем он заботился – убрать ее с дороги».
Стивен ни разу не упомянул тех людей, которые отдали свои жизни для того, чтобы умерла Роза. Для него они были просто инструментами. Но Юкико знала каждого из них. Она провела с ними долгие часы, объясняя, что нужно сделать и зачем. Она знала, что каждое ее слово творило вдов, сирот и убитых горем матерей.
В конце концов эти люди выполнили свой долг перед ней и показали свое безмерное уважение к памяти Хисахико Камагучи. Они ушли из жизни с честью. И теперь пришла очередь Стивена доказать свое уважение к ним. Тайнам его прошлого ничто не угрожало. «Глобал Энтерпрайсиз» перешла в руки молодой и неопытной женщины, которая станет легкой добычей. Люди из Японии были на Гавайах. Пришло время, когда Стивен должен отдать то, что создал, и теперь каждый доллар каждого вложения «Пирамид» вернется в Японию, к новым дзайбацу, в будущее.
Стивен поднялся, услышав музыку ветра. Он дотронулся до щеки Юкико.
– Все будет замечательно, – сказал но мягко. – Поверь мне.
Юкико вздрогнула. Что-то должно быть не так, потому что Стивен раньше никогда не трогал ее.
Он помнил их лица со времен оккупации. Каждый был под подозрением в совершении военных преступлений. Если бы следователи сделали свое дело, их бы всех повесили. Но Стивен позаботился об этом, и вместо них сдали Хисахико Камагучи.
Пятеро японцев, одетых в серые костюмы, белые рубашки и в черных галстуках воспользовались гостеприимством Юкико. Пока не был подан чай, разговора о делах не начинали.
– Джентльмены, – сказал Стивен, поднявшись и подойдя к окну во всю стену, выходившему на океан. – Как показывают цифры, стоимость золота, поднятого с «Хино Мару», увеличилась более чем до тридцати миллионов долларов. Теперь мы контролируем финансовые институты, торговый флот, склады, земли и шахты на всем Дальнем Востоке. Исходя из наших договоренностей, пришло время перевести прибыли в ваши дзайбацу.
Стивен помолчал и улыбнулся.
– Но планы несколько изменились.
Стивен оставил без внимания взволнованный шепот. Он спокойно вручил Юкико и каждому из остальных по листу бумаги.
– Этого быть не может, – медленно сказала Юкико.
– Это правда, мистер Толбот? – спросил один из японцев.
Стивен запрокинул голову и засмеялся.
– Да! Да, старая сука так и не изменила завещания. «Глобал Энтерпрайсиз» принадлежит мне!
Стивену понравилось выражение их лиц. В отличие от большинства людей Запада он умел разглядеть перемену в настроении за кажущимся нейтральным внешним видом. Волнение блестело в каплях пота. Он мог поклясться, что чувствовал, как их сердца забились сильнее.
– Стивен, это… это невероятно, – сказала Юкико.
– Это триумф! – объявили японцы. – То, чего мы рассчитывали добиться за тридцать лет, теперь займет половину этого срока, а может быть, и меньше.
Юкико чувствовала, как ее захватила волна восторга, пронесшаяся по комнате. Это была победа, большая, чем все, о чем когда-либо мечтал ее отец. Она оправдывала все, что делала Юкико, чем пожертвовали другие, потому что верили в нее.
– Стивен, теперь мы можем использовать ресурсы «Глобал», чтобы сделать «Пирамид» еще сильнее, – сказала она. – Всемирные контракты «Глобал», ее финансовое могущество, ее престиж – у нас есть все это.
Стивен посмотрел на нее торжествующее:
– Или же все случится совсем наоборот.
