и Смелч много дал бы, чтобы посмотреть на эту необъятную ширь. Маньян, дрожа от неопределенного еще страха, вцепился в борт на корме.
— Клянусь, я подхватил грипп, — лепетал первый секретарь. — Нельзя ли подождать с вашей встречей, Ретиф? Вы сами знаете, как я люблю пунктуальность, но в данном случае…
— Я слышал, что гроссмейстер любит поесть в это время, — заметил Ретиф, прервав начальника. — Нехорошо будет, если он начнет без нас.
Двадцать минут доброй гребли — и вот лодка уже плещется в бурунах в ста ярдах от темного берега Спрука.
— Да, — задумчиво говорил Глут. — Если парень потерял в драке голову и обе руки, он может смело плыть сюда. Они шатаются по унылому берегу и ждут, когда их заберет хозяин. Как ты собираешься, Ретиф, отыскать здесь того парня, который тебе понадобился?
— Я думаю, он сам нас найдет.
— Смотрите! — воскликнул Маньян, показывая куда-то рукой. — Я вижу яркие огни! Вон там, прямо в облаках!
— Да. Это единственный более менее высокий холм. Он стоит где-то в центре острова, — мрачно сказал Глут, повернувшись, чтобы рассмотреть действительно довольно яркое свечение, пульсирующее высоко в тумане. — Если верить слухам, то как раз там и живут привидения.
Они обогнули мыс и увидели впереди маленькую, но удобную бухту. По предложению Ретифа они пристали к берегу в том месте, где примыкающие к воде мангровые деревья были наиболее редкими. По бортам хлестали и стелились упругие ветви, когда они причаливали. Наконец, бот прочно сел на дно, и три пассажира выпрыгнули в воду, где им оказалось только по колено, и направились к берегу.
— Да, — тихо бормотал Глут, с подозрением вглядываясь в зеленую растительную стену, которая открывалась перед ними и с боков. Сзади было море… — Сдается мне, встреча не за горами.
Впереди внезапно раздался звук, словно кто-то клацнул затвором винтовки, и в следующую минуту из темноты прозвучал голос:
— Эй! Стоять не месте и не двигаться до тех пор, пока не выйдет луна, чтобы я мог положить вас всех наверняка!
13
— Вот мы и вляпались, Ретиф. Прямо, как ты и хотел, — мрачно бормотал Глут. — Это привидение. Или зомби. Только я никогда в голову взять не мог, что зомби требуется еще оружие. Он и без него хорош… — Глут возвысил голос: — Ты сказал: положить нас? Что ты имел в виду? Откуда ты знаешь, может, мы твои лучшие друзья?
— Я знаю это потому, что у меня нет друзей. Ни лучших, ни худших.
— Тебе, наверно, нелегко приходится, приятель, — говорил Глут, потихоньку приближаясь к тому месту, откуда слышался голос незнакомца. — Я как раз сам ищу друга, почему бы нам…
— Еще один крохотный шажок, дружище, и тебе уже никого не надо будет искать! Моя ржавая старушка позаботится о том, чтобы от тебя не осталось ни одного стоящего клочка!
В этот драматический для Глута момент из-за плотных облаков выплыла большая луна. Лумбаганец, стоявший на расстоянии двадцати футов от своих жертв, целился в них и впрямь из отличного образчика стрелкового оружия убойного калибра. Роста он был среднего, имел четыре руки и две ноги, два глаза и один-единственный маленький рот. Позади него стоял второй, почти ничем не отличавшийся от своего товарища, одетый в такую же серо-коричневую военную униформу. Единственно, может быть, раскраска у него была побледней и попроще.
— Смотри-ка, старина Смелч говорил, что вы, колдуны, можете одновременно быть в двух разных местах, — заорал в восторге Глут, — но я и представить себе не мог, что эти разные места находятся так близко одно от другого!
— Заткни свою глотку! — рявкнул вооруженный лумбаганец. — Встань обратно с ними — по одному могу промазать. — Он нетерпеливо дернул стволом своей винтовки.
— Постой! — крикнул Глут, показывая на Ретифа и Маньяна. — Ты не посмеешь пристрелить этих добрых господ. Они чужеземцы и имеют дипломатическую неприкосновенность!
— Не хочешь ли ты сказать, что моя пуля отскочит от них, как хлебный мякиш?
— Я хочу сказать, что любой, кто попытается выстрелить по ним, будет иметь дело со всем Десантным Межпланетным Флотом Гроа!
— Ты сказал: Гроа?
— Да, я сказал именно это слово! Один из моих друзей… э-э… великий гроссмейстер Ретиф и… э-э… он большой начальник у гроасцев!
— Тогда — другое дело, — солдат опустил винтовку стволом вниз. — Почему же вы сразу не сказали? Мы как раз ожидали визита Самого Высокопоставленного Лица…
— Потому что это был секрет, дубина!
— Так зачем же вы раскрыли нам этот секрет? — спросил показавшийся из-за спины солдата второй лумбаганец, который оказался офицером в чине капитана.
— А иначе мы валялись бы здесь, как трухлявые пни, а этот твой убийца прочищал бы ствол своей старушки! — совсем разошелся Глут.
— Да, действительно, — согласился капитан и обратился к Ретифу: — Как я понимаю, вам необходимо повидать полковника Суаша, сэр?
— Я сам бы не высказал свою нужду лучше, — похвалил его Ретиф и прибавил: — Да, кстати, а как господин полковник нынче выглядит?
— Так же, как и я, — ответил капитан. — А как же еще? — удивился он.
— Я пойду с вами как переводчик, — заявил вдруг Глут.
— Это ни к чему! — сказал офицер. — Гроасцы отлично говорят на лумбаганском.
— Господи! И это нужно объяснять! Да они же говорят на своем дипломатическом шифре! Каждое произнесенное ими слово имеет совершенно другой смысл!
— В таком случае вам, конечно, лучше было бы тоже пойти.
Капитан и солдат указали им на дорогу и сами стали проводниками.
Впереди стала видна узкая тропинка, вскоре она перешла в мощеную дорожку. По обе стороны пути лежали болота. Позже к идущим присоединились еще два лумбаганца в военной униформе, которые замкнули собой шествие, и таким образом Ретиф и его спутники оказались окруженными настоящим, торжественным эскортом.
— Причудливей картины мне еще видеть не доводилось! — шепнул Глут Ретифу на ухо. — Они все одинаковые, словно пеньки! Я, например, их абсолютно не различаю! А ведь они тоже лумбаганцы…
— Бывает, — сказал только Ретиф, тоже внимательно приглядываясь к солдатам.
— Вы, гроасцы, — продолжал Глут, — тоже как-будто все сделаны под одному шаблону. — Правда, у вас есть возможность менять немного количество глаз. А иногда все-таки, знаешь, Ретиф, я забываю, что ты чужеземец — такой обыкновенный парень.
— Спасибо, Глут! Признаю: близнецов на Лумбаге не найти.
— Нельзя ли пока обождать с разговорами? — раздраженно буркнул капитан.
— От этих ваших дипломатических шифров с подтекстами у меня уже голова раскалывается.
— Даже не пытайся что-нибудь понять, деревенщина, — насмешливо заметил Глут. — Расшифровка — дело экспертов. Да и то не всех.
Дорожка вдруг вышла
