Это у Нита есть сейчас неотложное дело, я понимаю, но не у вас. Вам некуда спешить.
— Как вы сказали? Нит? Впервые слышу это имя!
— Это очень плохо, лейтенант. А я надеялся, что вы скажете мне, на кого он работает.
— Никогда! Подлый и низкий двуглазый!
— Я бы избегал таких эпитетов, будь я на вашем месте, Киш.
Ретиф бросил взгляд через плечо гроасца на Глута, который уже к тому времени скидывал с себя последние путы.
— Не расколотите там ничего сгоряча, Глут. Как мы потом усадим на ваше место господина лейтенанта?
— Ч-что?.. — прошептал Киш, очумело глядя на Ретифа. — На чье мест-т-о-о м-меня?..
— Куда ушел этот Нит? — заревел Глут. — Мне нужен только он один! Я хочу выбить ему хоть один глаз! Ну? — он подскочил к Кишу и схватил его за шиворот. — Куда убежал другой землянин?
— Другой… кто? Землянин?.. — прошипел, ничего не понимая, Киш. — Какой другой землянин?
— Ты знаешь, какой! — проорал Глут.
— А! — вспомнил что-то Киш. — Тот, другой… Правильно! Насколько я помню, он занимает гостевую комнату… э-э… сразу по коридору.
— Что ты мелешь? — закричал Глут, тряся Киша. — Какого черта он там может делать?
— Он… он ассистировал мне в проведении некоторых… экспериментов, — прошипел Киш, белея от страха.
Глут отпустил его и бросился вон из комнаты. Очевидно, искать другого «землянина». Он быстро отыскал нужную дверь и стал изо всех сил колотить в нее. Ответом ему были тихие, смутные звуки.
— Ага! — закричал Глут радостно. — Он там!
Он разбежался, насколько позволяли размеры коридора, и со всего маху врезался в дверь плечом. Пластик треснул. Еще секунда — и замок, вывороченный «с мясом», полетел на пол. В дверном проеме показалась шатающаяся фигура.
— Постой… — оторопел Глут. — Это не тот…
— Тот самый! — радостно воскликнул за его спиной Ретиф.
— Наконец и вы, Ретиф! — тяжело дыша, пробормотал первый секретарь Маньян. — Слава Богу, я уж думал, вы никогда не придете.
12
— Не могу взять в толк, — говорил Глут, переводя взгляд с Ретифа на Маньяна. — Раз вы друзья, значит он тоже двуглазый гроасец, как и ты, Ретиф. А Киш сказал, что он землянин, как и он сам. Я не понимаю…
— Ложь крупного масштаба, — сказал Ретиф. — Среди землян очень распространена — времена такие.
— Тебя здесь обманывают, идиот! — зашипел Киш Глуту.
— Чего он хочет? — спросил Маньян, глядя на Глута брезгливо. — Может, он находится под впечатлением…
— Он просто большой поклонник гроасской цивилизации, господин Маньян. И он надеется, что вы разделите его настроения, раз уж вы так похожи на меня.
Киш что-то попытался сказать, но Ретиф схватил его за горло.
— Я похож на вас?! — Маньян был шокирован. — Действительно? Ну что ж, умственная работа, которой я отдаю всего себя, не позволяет мне иметь хорошую мускулатуру, новее же я не слабак! Это вы правильно подметили, Ретиф. И все-таки не совсем понимаю связь…
— У него столько же глаз, сколько и у тебя, Ретиф! — не унимался Глут.
— Все просто, Глут. Он мой родственник. У нас у обоих дефект от рождения, помните, я вам говорил?
— Но что он тогда здесь делает, разгуливая среди землян?
— Святая простота! — воскликнул Маньян. — Я здесь далеко не разгуливал, как вы неудачно выразились. Я был захвачен шайкой разбойников с большой дороги и помещен здесь для целей, как я подозревал, весьма и весьма далеких от дипломатических. — Первый секретарь сурово посмотрел на Киша. — Может быть, вы нам наконец все объясните?
— Он сейчас с удовольствием объяснит, что угодно, — говорил Ретиф, волоча упирающегося гроасца к Глутову стулу.
Скоро Киш сидел на нем, увитый проводами и со шлемом на голове, совсем так же, как часок раньше сидел Глут.
— Увы, теперь уже поздно, — бормотал лейтенант. — Но если бы я знал заранее, что близятся такие события, я бы с огромным удовольствием пошел к поганцу Ниту и сказал ему все, что о нем думаю.
— Очень плохо, Киш! Ай-ай-ай. Какой вы ненадежный подчиненный. Но если вы, правда, так думаете, то, сдается мне, что в будущем я смогу устроить вам «ваше огромное удовольствие», — сказал Ретиф. — Ну ладно, от этого пока отвлечемся. Вот, к примеру, ваш аппарат. Насколько я понял — я конечно, не специалист, — это своего рода предохранитель. Если лицо, соединенное с ним проводами, говорит неправду, то посредством тока высокого напряжения предохранитель поправляет и указывает на ошибку в сказанном? Глут, поставьте-ка на самое последнее деление — у нас мало времени.
— Эй, чужеземец! — завопил лейтенант. — Пытать должностное лицо? Я ведь находился при исполнении своих служебных обязанностей!
— Об этом позже, Киш. Кто хозяин?
— Гроссмейстер Уш. Высший чин. Ты пожалеешь об этом дне, Двуглазый!
— Не исключаю, дружище, спасибо за предупреждение. Где находится станция Омега?
— У меня нет ни малейшего… Ты слышишь, ни малейшего намерения лгать… Но я, клянусь, не зна… Подожди!!! Не включай!!! Она находится на одном пустынном островке в нескольких милях отсюда! Чтобы все Двуглазые до единого в аду сгорели!
— На каком именно острове? — строго спросил Глут. — Румбоги? Дэларион?
— Спрук! — прошипел гроасец, не спуская округленных от ужаса глаз с панели в руках Ретифа. — Все отдам за то, чтобы увидеть тебя барахтающимся в гнилом болоте!
— Если верить детектору лжи, то приходится верить и ему, сказал Глут, не обращая внимания на гроасца. — Он говорит правду.
— Если точнее, он говорит то, что ему было выдано за правду, — поправил Ретиф. — К сожалению, если ему самому его боссы всучили фальшивку, мы это не можем проверить. У меня стойкое чувство, что ему мало доверяли…
— Ты, грязный мошенник, — зашипел Киш и вдруг замолчал, прислушиваясь. С улицы донеслись какие-то звуки. Они нарастали. — Ага! — Киш пытался развалиться на стуле с видом победителя, но провода мешали ему. — Меньше через минуту рота автоматчиков покажет вам, насколько неразумно проникать без разрешения в святая святых гроасской политики на Лумбаге!
— О чем он болтает? — обеспокоился Глут.
— Я говорю о политике, которая направлена на то, чтобы низшие расы вкусили от просвещенного гроасского правления!
— А еще он сказал, что через минуту здесь будут фараоны, — быстро сказал Ретиф. — Не подскажете ли нам, милейший Киш, раз уж вы пока привязаны к этому стулу, ближайший выход отсюда?
— Дверь в конце коридора. Там вас ждет избавление.
— Хорошо. Там мы, естественно не пойдем. Спокойной ночи, Киш. А пока подумайте, как вы будете оправдываться перед Нитом. Как я понял, у вас с ним — не всегда лады.
— Это правда, Двуглазый! — прошипел Киш. — Надежды на скорое повышение, по всей видимости, останутся
