Т-четыре-Б отбросил волосы с лица. После той битвы в Башне Плачущего Барона его лицо приобрело суровость, которая уже никогда с той поры не смягчалась.
— Послушайте, почему бы нам не бросить все и не удрать? Просто… убраться отсюда. — Он изобразил улыбку, взглянув на которую Рени обрадовалась, что не смогла улыбнуться сама. — Да-да, — продолжал он, — смешно, наверное, парень в костюме Монстройда хочет сбежать. Но мне… мне плевать, ясно? Никогда не поверил бы, что так может быть. Никогда…
Рени очень хотелось утешить его — Хавьер излучал страх и отчаяние, — но Т-четыре-Б отстранился, когда Рени попыталась коснуться его руки.
— Нам всем страшно, и мы все стараемся не погибнуть, — сказала она. — Я не стану останавливать тебя, делай, как считаешь нужным, Хавьер, — это не армия. Ты не подписывал обязательств. Но мне думается, что мы здесь не случайно, и я не могу убежать, пока есть шанс выполнить нашу миссию.
«Боже праведный, — подумала она про себя. — Я говорю как армейский капеллан».
Т-четыре-Б замолчал. Где-то заухала сова, звук был настолько обыденным, что, только когда Т-четыре-Б снова заговорил, Рени поняла, что уже много часов они не слышат других звуков, кроме собственных голосов. Трое друзей находились на дальнем конце троянского лагеря. Рени была уверена, что все троянские солдаты испытывают ужас и страдания, не говоря уже о греках, но ближайший костер был на расстоянии броска от них, слишком далеко, чтобы услышать голоса. Они были совсем одни под сияющими звездами.
— Они ведь не вернутся завтра? — медленно проговорил Т-четыре-Б. — Тот парень, Гектор, он же вел их, так? Он типа из тех, что семерых одним ударом, — его можно остановить, только если убить. А сейчас ему хана, потому что его стукнуло булыжником, и им пришлось тащить его при всех. — Похоже, он что-то усиленно обдумывал. — Так что у нас большой шанс, что нас не прикончат, так?
Рени не знала, что сказать — в подобной ситуации она бы предпочла знать правду.
— По крайней мере, будет не лучше, чем сегодня. А нам везло.
— Тогда я хочу кое-что сказать. Вам обоим. — Он помолчал. — Мне это не дает покоя. Если меня убьют…
— Рени. — В голосе !Ксаббу она услышала странное нетерпение, но Т-четыре-Б явно хотел что-то сказать.
— Подожди.
— Рени, — настаивал он, — В костре кто-то есть.
Она не сразу поняла. Рени обернулась к !Ксаббу и проследила за его взглядом. Она не увидела ничего похожего на человеческий образ или вообще что-нибудь, хотя сам костер выглядел иначе — в нем что-то изменилось, словно он упростился, то ли пламя стало более упорядоченным, то ли потускнел цвет.
— Я ничего не вижу. — Она посмотрела на !Ксаббу, тот пристально всматривался в костер, охваченный каким-то мучительным ожиданием.
— Это… Я думаю… — !Ксаббу всматривался, наклоняясь поближе к огню, отсветы пламени плясали на его щеках и лбу. — Лицо.
Не успела Рени задать очевидный вопрос, как прямо в ухе раздался женский голос, далекий, но четкий, будто колокольчик, говорящий человеческим голосом:
— К вам кое-кто идет. Не бойтесь.
Остальные тоже ее услышали — Т-четыре-Б схватил копье и вскочил на ноги, дико озираясь. Огонь снова стал прежним, но около костра что-то зашевелилось, словно вызванное таинственным голосом, к ним приближался человек. При взгляде на его одежду и скрытое капюшоном лицо Рени на минуту пришло в голову, что в этом искусственном мире смерти придали традиционные черты.
— Стой, — прошипела Рени, инстинктивно стараясь говорить тихо. Человек сделал, как она велела, потом медленно поднял руки и развел их в стороны, показывая, что у него нет оружия. То, что Рени приняла за капюшон, было лишь складкой наброшенного на плечи плаща из толстой шерстяной ткани, закрепленного на груди. Из темноты на Рени смотрели ясные глаза.
— Кто вы? — шепотом спросила она.
Т-четыре-Б угрожающе шагнул навстречу незнакомцу, целя копьем ему в лицо.
— Прекрати! — одернула его Рени. Незнакомец отступил на шаг. Т-четыре-Б остановился, а их гость откинул капюшон, открывая незнакомое бородатое лицо. — Я вас спросила, — настаивала Рени. — Лучше отвечайте. Кто вы?
Незнакомец посмотрел на Рени, потом на ее спутников. Странно, что он молчит, — Рени была уверена, что всякий задержанный на территории военного лагеря ночью будет настаивать, что он свой.
— Я… меня сюда привели, — наконец заговорил он. — Какая-то летающая штука. Фигура, свет. Вы ее видели?
Рени подумала о костре, но промолчала.
— Кто вы? Незнакомец опустил руки.
— Думаю, главное, кого я ищу. — Похоже, он пытался не сказать лишнего. — Вопрос может вас удивить. Вы… вы, случайно, не знаете кого-нибудь по имени Рени?
Т-четыре-Б судорожно вздохнул и начал что-то говорить, но Рени жестом остановила его. Сердце рвалось у нее из груди, но она старалась не показывать этого.
— Предположим. А зачем…
Т-четыре-Б перебил ее, он был взволнован.
— Это ты, Орландо?
Незнакомец пристально посмотрел на него, потом облегченно улыбнулся.
— Нет. Но я его знаю, я разговаривал с ним всего несколько часов назад. Меня зовут Пол Джонас.
— Господи Иисусе! Джонас! — Она непроизвольно схватила !Ксаббу за руку и сжала ее, потом дрожащим пальцем указала место у костра.
— Садитесь, пожалуйста. Честно говоря… вообще-то я думала, вы выше ростом.
* * *
Рели поймала себя на том, что пристально разглядывает незнакомца, но не из подозрительности — хотя ее опыт жизни в Сети не позволял доверять никому и ничему, — а больше из любопытства, потому что этот человек пережил очень многое. Самое удивительное, что его характеристика, данная себе самому, полностью соответствовала действительности: он ничего собой не представлял, обычный человек, который оказался в центре событий, которых совсем не понимал. Но он явно не был дураком. Пол задавал разумные вопросы, тщательно обдумывал ответы на вопросы Рени и ее друзей. Он также обратил внимание на все, что ему встречалось по пути, и пытался понять происходящее. Но самое невероятное, он сумел сохранить самокритику и чувство юмора.
— Вы — настоящий Одиссей, — сказала Рени, продолжая разговор.
Он удивленно посмотрел на нее:
— Что вы имеете в виду?
— Просто… — Она застыдилась, что у нее вырвались эти слова. — Я имела в виду те трудности, через которые вам пришлось пройти. Вы заблудились и пытались вернуться домой из чужих земель, за вами охотились враги… — Она развела руки, как бы охватывая не только поле битвы, но и всю Сеть. — Я бы сказала, что ваш персонаж чрезвычайно похож на вас самого.
Пол устало улыбнулся:
— Думаю, вы правы. Я стал профессиональным экстремалом. Вряд ли это пригодится при поступлении на работу, но в этих краях ценится.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
