class="p1">Чтобы получить представление об этой аргументации в целом, см. работы Теодора Мерона за последние десять лет; особенно релевантной для данной темы является его статья ‘On a hierarchy of international human rights’,
AmJIL 80 (1986) 1—23.
356
Эта цитата позаимствована мною у Ричарда Бакстера, ведущего американского ученого в области права войны. Она приводится Мероном в AmJIL 77 (1983) at 603.
357
Из выступления Джона Хьюма, члена антиюнионистской Социал-демократической и лейбористской партии на Радио ВВС 4 в программе «Today» 4 ноября 1991 г. Полный текст напечатан в газете Independent, 4 Nov. 1991, p. 3.
358
Использование здесь термина «цивилизованный» может вызвать вопросы и даже возмущение, но я не вижу возможности отказаться от него, равно как и избежать риска обидеть читателей, считающих «цивилизованными» общества, которые считают нормальным вести войны с целью тотального истребления противника.
359
Ст. 22 Гаагских правил 1907 г., которая в дальнейшем в редакции ст. 35 ДПI 1977 г. к ЖК выглядит следующим образом: «В случае любого вооруженного конфликта право сторон, находящихся в конфликте, выбрать методы или средства ведения войны не является неограниченным». По-видимому, впервые это положение появилось в виде самостоятельной статьи в Брюссельском проекте 1874 г. Международной декларации о законах и обычаях ведения войны: «Ст. 12. Законы войны не признают за воюющими сторонами неограниченных полномочий в выборе средств поражения неприятеля». Этот основополагающий документ опубликован в Schindler and Toman, 25–34.
360
Высокопоставленный чиновник департамента по зарубежной деятельности Американского Красного Креста, коллективные представления которого обычно были весьма близки по содержанию к представлениям Государственного департамента, поделился с коллегой своим мнением: «По-моему, это выглядит как призыв швейцарского правительства и Международного комитета к улучшению отношений между ними и Советским Союзом». AM RC archives, RG4, 101.11 G Cs 1949, no. 4; W.de St. Aubin to Gaile Galub, 9 May 1950.
361
Здесь я вкратце излагаю свое понимание сути печально знаменитых своей двусмысленностью и туманностью формулировок ст. 44. Те читатели, которые захотят меня проверить и составить собственное представление, предприняв в качестве очевидного первого шага изучение соответствующих страниц в двух авторитетных комментариях, могут ознакомиться с трактовкой Олдрича [Aldrich] в AmJIL 75 (1981), 764–783 at 773–774, и замечаниями Гринвуда [Greenwood] в Israel Yearbook on Human Rights, 19 (1989), 187–207 at 203.
362
Этот эпизод был отмечен Анри Мейровитцем, который по обыкновению остро прокомментировал его в своей статье Henri Meyrowitz, “Le bombardement stratégique d’après le Protocole additionel aux Conventions de Genève” в Zeitschrift für aussländisches öffentliches Recht und Völkerrecht, 41 (1981), 1—68 at 21–24. Он особо указывает на Спейта [Spaight]. То, что эта идея ни к чему не привела, объяснялось не столько тем, что она выглядела недостаточно привлекательной, сколько тем, что представлялась абсолютно бесполезной, поскольку проблему, вызвавшую ее к жизни, частично можно было разрешить путем применения принципа пропорциональности, а в случае бомбардировок – используя в качестве предлога «неизбежность сопутствующего ущерба».
363
«Немцы, возможно, истребляли более интенсивно, а англосаксы – более экстенсивно, чем другие народы», – к такому выводу приходит Мартин Уайт в разделе, посвященном этому неблаговидному предмету, в гл. 4 его книги Martin Wight, International Theory: The Three Traditions (1991), p. 62.
364
Отрывок из обзорной статьи в Times Literary Supplement, 13 Sept., 1991, p. 5.
365
«Это кодификация обычного права, которая расширяет его границы и учитывает самые различные мнения о сфере применения той или иной нормы обычного права» – так с изрядной долей осторожности МККК охарактеризовал этот нормативный акт в «Рабочем документе о взаимоотношениях ранее существовавшего обычного права и Протокола I», представленном на обсуждение «круглого стола» по МГП, проходившего в 1983 г. в Сан-Ремо.
366
Показательно, что глава о законах и обычаях войны в британском руководстве (Manual) 1914 г., в параграфе 125, без всякой тени сомнения провозглашает общепринятую доктрину: «Не существует правил, предписывающих командующему осаждающих войск позволить всем некомбатантам или даже женщинам, детям, старикам, больным и раненым или подданным нейтральных государств покинуть осажденную местность. Тот факт, что некомбатанты оказались в осаде наряду с комбатантами, и то, что они вынуждены разделять с последними все трудности и лишения, может оказать и часто оказывает давление на власти, побуждая их к капитуляции».
367
IX Гаагская конвенция 1907 г. («О бомбардировке морскими силами во время войны») и проект Гаагских правил ведения воздушной войны 1923 г. Оба документа опубликованы в Roberts and Guelff.
368
В страхе (лат.). – Прим. перев.
369
Из заявления на Генеральной Ассамблее ООН, процитированного в Bothe, Partsch and Solf, 191.
370
Ibid., 189; цитата из заявления, сделанного при единогласном принятии ДПI.
371
Действительно, соотношение между принципами и правилами является интересным вопросом применительно ко всему корпусу права войны. Один анонимный, но, несомненно, обладающий знаниями и опытом читатель моей рукописи сделал следующее замечание относительно различия между принципом и правилом в общем случае: возможно, существенные различия являются следствием того, мыслят ли военачальники в терминах принципов или правил, а также того, есть ли в их окружении советники-юристы, которые побуждали бы их мыслить преимущественно в терминах правил!
372
Подготовительные работы (фр.). – Прим. перев.
373
Это было особо подчеркнуто У. Хейс Парксом в его статье: W. Hays Parks, ‘Linebacker and the Law of War’ in Air University Review, 34 (1983), 2—30, – а также, с многочисленными упоминаниями последующих операций, в монументальной работе ‘Air War and the Law of War’, in Air Force Law Review, 32 (1990), 1—225, особенно на с. 143–156.
374
Еще одно нападение, ставшее основанием для сильнейшей критики, – удар по расположенному в Багдаде зданию, которое имело все признаки объекта военного назначения, но в котором также располагалось бомбоубежище, – по-видимому, было прискорбным несчастным случаем, ответственность за который в определенной степени разделяют обе стороны. Более подробно этот инцидент будет рассмотрен ниже, в разделе «Меры предосторожности и соразмерность».
