ли… — парень ляпнул это явно без умысла, потому что даже не запнулся, продолжив жадно рассматривать присутствующих.
Я лишь посопела, да тоже решила внимание не заострять.
— А там кто? В розовой рубашке, держит руку в глубоком разрезе на бедре брюнетки?
— Не знаю. А… на этого похож, как его… на председателя совета директоров «Роснефти».
— Крутая тусовка. А папа твой где?
— Да вон, развлекает губернатора Чукотки. Но ты не смейся, отец говорит очень перспективный и богатый чувак. У него есть собственный футбольный клуб, представляешь?
— Представляю… Это очень хорошо, что ты меня сюда пригласил, спасибо, Кирилл. Хоть буду знать каково это — побыть эскортницей.
— Ой, Ань, да ты чего? Да я ляпнул, не подумав, — парень досадливо и заискивающе пытался меня задобрить.
— Дай отдохнуть, а? Иди с большими дядями пообщайся, может, научат тебя курить сигары или еще чему-то полезному.
— Ну, Ань? — Тут парень обернулся и досадливо чертыхнулся. — Меня отец зовет, пожалуйста, не уходи никуда, я прям бегом туда и обратно.
Отвернулась, облокотившись на перила балкона, смакуя шампанское небольшими глотками.
Я даже не рассчитывала на такой успех! Попасть в святая святых, к сильным мира сего, вот так просто. Могла ли я о таком мечтать? И насколько же страшно ошибиться, промахнуться, сплоховать в самый ответственный момент. Ведь люди часто бывают негипнабельны. Или процесс выйдет из-под контроля, или не вовремя вернется тот же вездесущий Кирюша и все испортит. Но времени мало. Нужно выбирать «жертву» и действовать.
Если здесь столько власть имущих людей, которые с годами лишь укрепят свой авторитет и будут вхожи в любые президентские покои во любом уголке мира, то мне можно «подружиться» с любым. Суть дела это не поменяет. Ведь мне нужен лишь небольшой трамплин для взятия нового уровня. Как ни крути, сейчас в моем положении, возрасте, без образования, не то, что выше головы никак не прыгнешь — даже в форточку заглянуть не дозволят.
— Такая очаровательная девушка и одна? — на талию мне легла чья-то тяжелая рука.
Поморщилась, но совершать резких движений не спешила. Чуть повернулась, чтобы увидеть собеседника, и поинтересовалась.
— С кем имею честь?
— Ха-ха. Что ж ты не подготовилась, девочка? Страна должна знать своих героев в лицо. Не узнаешь? — мужик продемонстрировал гордый профиль и вновь повернулся ко мне с довольной ухмылкой.
Несмотря на начало вечера, был он явно нетрезв. Политики, они, конечно, люди известные, но тем, кто этой политикой интересуется. В прошлой жизни, к моему величайшему сейчас сожалению, я больше интересовалась медициной, чем правительственным аппаратом. Вот министра здравоохранения я бы сразу узнала. А кто этот уважаемый человек, не имела ни малейшего понятия.
Рост чуть выше среднего, широкоплечий, но не толстый. Редкая шевелюра с начинающейся лысиной. Хмурые брови, тяжелый, изучающий взгляд. Смехом, как и расслабленностью, там и не пахло. Ворот рубашки был небрежно расстегнут, хотя вечер только начался.
Воровато оглянулась по сторонам — никого. Даже Кирилл стоял с отцом и еще парой мужчин в отдалении. Хотя взгляд его был направлен в мою сторону и обеспокоен. Видимо, папа знакомил его с «нужными людьми», и уйти в середине разговора было бы смерти подобно.
Действовать нужно было самой! Была не была? И пока я собиралась с мыслями, решалась, мужчина рядом смачно схватил меня за задницу.
От негодования я потеряла дар речи и лишь стояла столбом, хлопая глазами.
— Нравишься ты мне. Уедешь сегодня со мной, поняла? Мне нужно еще поговорить с одним человеком и двинем. Ну, что глазами хлопаешь? Обомлела от счастья?
Грубые слова отрезвили, а внутри стала зарождаться сверхновая звезда моей ярости.
Он обернулся и махнул верзиле в строгом черном костюме в конце зала. Тот среагировал сразу и начал пробираться к нам по широкой дуге, не привлекая внимания гостей.
Мужчина повернулся ко мне, а на его лице приклеилась едкая ухмылка повелителя этой жизни. Волна гнева достигла пика, решение пришло в мою голову молниеносно, и я начала действовать, не отдавая себе отчета.
Посмотрела пристально в уже расслабленное лицо мужчины, четко ему в глаза, и начала говорить четким, вкрадчивым голосом.
— Замри и слушай меня. Я очень хороший человек. Я друг твоей семьи. Ты меня знаешь с рождения. Меня нельзя обижать. Я нужна тебе на работе. Я должна работать вместе с тобой. Ты должен прийти завтра на работу и найти способ меня трудоустроить в Кремль на любую должность. У меня должен быть доступ к аппарату президента. Ты меня понял?
— Да, — голос мужчины приторможенный, — на работу… завтра…
— Алексей Алексеевич? — сзади раздался бас подошедшего телохранителя.
Мужчина стоял, промаргиваясь, словно ослепленный ярким светом, даже глаза потер. А я до боли сжала кулаки, врезав ногти в ладони, не зная кому молиться, чтобы хоть часть моих прямых команд дошла до адресата и осела в его мозгу. А главное, чтобы мне это никак не аукнулось.
— Николай? — хозяин жизни растерянно посмотрел на прислугу.
— Вы меня звали…
Никакой реакции. Подошедший мужчина переминался с ноги на ногу, уже и сам неуверенный, что правильно понял команду биг босса.
— Мне проводить девушку в машину?
— Девушку? Ах, да… Де-е-евушка, — он посмотрел на меня, словно впервые увидел, — Это очень хорошая девушка, ее нельзя обижать, ей надо… Помочь! — его лицо просветлело, словно он только что сказал гениальную и очевидную вещь, — Ты возьми все ее данные. Завтра ею займемся. И проследи, чтобы она добралась домой без приключений. Эта девушка очень ценный сотрудник.
Парень с недоверием задержал взгляд на мне, а после перевел обратно на босса, но взглянул лишь украдкой, видимо, дольше нескольких секунд считывать команды считалось непрофессионально. Алексей Алексеевич был не сильно-то и пьян, скорее немного загадочен. Было видно, что душу телохранителя терзали сомнения. Ведь не мог босс ошибаться. Его слово — закон.
Словно вспомнив какие-то свои постулаты, или клятву верности, принесенную на крови, лишь кивнул мне в сторону лестницы, требуя следовать за ним.
Я засомневалась, мало ли, тот понял по-своему.
— Услышал меня, Коля? Очень важная девушка! Не дай бог волос с ее головы упадет — отвечать будешь своей пустой кочерыжкой!
Бугай как-то обреченно вздохнул и потопал на выход. Мне лишь оставалось направиться следом.
Глава 16
Николай, он же Коля, он же секьюрити некоего Алексея Алексеевича, он же амбал в черном деловом костюме, вел меня аккуратно, но беспрекословно на выход. Никакие мои доводы, что я пришла сюда не одна, что мне нельзя вот так уходить, никого не предупредив, не действовали.
