-- План хороший, -- заметил он наконец с легкой тоской в голосе. -- Но я опасаюсь, что ничего у нас так не выйдет, Сунгай... ведь ты тоже видишь эти сны. Как думаешь, если темный бог постоянно знает, где мы? Как нам тогда укрыться от него, не дать ему узнать правду о наших планах?
-- А если нет? -- резонно возразил Сунгай. -- Он ни разу не заявлял, что знает об этом, а даже если бы и заявил, я б подумал, прежде чем поверить.
-- Ладно, -- Острон оглянулся на Муджаледа, который в тот момент о чем-то разговаривал с невысоким седым человеком в шахре, должно быть, тем самым мастером Али Васифом, который, как знал уже Острон, руководил всеми строительными работами в городе. -- Я думаю, все равно лучше всего спросить мнение остальных.
-- Остальных -- это кого? -- остро глянул на него Сунгай. -- Одаренных? Или тех, кто по каким-то причинам идет за нами?
Острон вздохнул.
-- Скажи мне, Сунгай, -- попросил он, -- а кому доверяешь ты?
Джейфар поджал губы и отвернулся.
-- Я доверяю тебе, -- отозвался он. -- Я давно знаю тебя, Острон. Я... вынужден доверять Хансе, Искандеру и Элизбару. Я верю, что шесть богов не позволят своему главному врагу одурманить собственных Одаренных. ...Хотя то, что мы с тобой видим эти сны... и неизвестно ли еще, видят ли их остальные!
-- Я не думаю, -- осторожно сказал Острон. -- Ханса бы сам первым рассказал мне об этом, ведь он знает, что это означает. Я спрашивал Искандера, и он ответил, что ему снится лишь его дочка.
-- Элизбар?..
-- Возможно, надо спросить его. Но и Элизбар в курсе, чем это грозит ему, я не считаю, что он стал бы скрывать такое.
-- Ладно, -- буркнул Сунгай. -- Возможно, темный бог влияет на меня... в последнее время я не хочу никому доверять. Все эти разговоры о том, что среди нас скрываются предатели, настораживают меня.
Острон помолчал. Муджалед распрощался с мастером Али Васифом и отдавал приказы безбородому еще парнишке в кольчуге; паренек то и дело с неприкрытым восхищением косился на двух Одаренных, вот так вот запросто сидевших с чашками в руках. Косматый хмурился и напоследок, видимо, заставил паренька повторить все, что тому сказал.
-- Сначала стоит решить, каким числом мы отправляемся в Эль Габра, -- произнес наконец Острон. -- То, что идут Одаренные, само собой разумеется, и Исан тоже, по понятным причинам... я бы, если честно, не хотел, чтоб с нами шли остальные: Абу Кабил, Дагман и Бел-Хаддат, последнему я вовсе не доверяю, Дагмана я попросту плохо знаю, он слишком скрытный. А Абу... ну, в конце концов, Абу -- кузнец, не понимаю, для чего ему идти с нами в такой опасный путь.
-- А Лейла и Сафир? -- спросил Сунгай. Острон опустил взгляд.
-- Я бы предпочел, чтоб они тоже остались в городе, -- сказал он. -- Но подозреваю, что ни одна из них не согласится. Да и, впрочем, если они пойдут с нами, мне будет даже спокойнее: так я всегда буду знать, где Сафир, и смогу защищать ее.
-- ...Да, -- коротко усмехнулся джейфар себе в бороду. -- Представляю себе, как бы ты извелся, оставив ее в Ангуре. Каждые пять минут бы небось думал, "а не пал ли город", "а не убил ли ее внезапно проснувшийся одержимый".
Острон немного смутился, но уж больше по привычке.
***
Он сам обошел их комнаты тем вечером, задавая один и тот же вопрос; Сафир в ответ предсказуемо обругала его и сказала, чтоб больше он глупостей не спрашивал, Ханса и Лейла, делившие комнату на двоих, только посмеялись над ним.
-- Чтоб вы в итоге забрали всю славу себе! -- заявила Лейла и тряхнула копной каштановых волос.
В соседней комнате расположились Леарза и Искандер; маарри выглядел мрачным и начищал свой скимитар, а китаб читал какую-то книгу.
-- Я знаю, дед сказал тебе идти с нами, -- осторожно начал Острон, когда удалось привлечь внимание Леарзы, -- но все-таки предсказания -- такая мутная вещь...
-- Я пойду до конца, -- почти сердито ответил ему тот. -- Даже не думай, что я отступлю, Острон! Может, толку от меня не очень много, но вдруг и мои звезды пригодятся. И дело даже не в каких-то там предсказаниях, просто если уж я увязался за вами, то на середине пути не передумаю.
Острон только пожал плечами и отправился в другую комнату. Исан и Абу Кабил разговаривали, и когда он открыл дверь, до него донесся обрывок фразы ассахана:
-- ...говорят, из этих элементов и состоит весь мир.
Недоуменно подняв брови, Острон уставился на Абу; тот состроил смешную физиономию. Исан тоже глянул на вошедшего нари и своим холодным голосом спросил:
-- От меня что-то еще требуется? Я не чувствую присутствия безумцев в черте города, только далеко за его пределами.
-- ...Нет, я не к тебе, Исан, -- отозвался Острон. -- Абу, я хотел поговорить с тобой.
-- Дай угадаю, -- немедленно ухмыльнулся тот, -- вы с Сунгаем сегодня полдня провели у Муджаледа на его командном посту, небось рассуждали, что вам делать дальше. Вот ты и подумал, что от бесполезных спутников лучше избавиться, от меня, например.
-- Абу, -- воскликнул Острон, смутившись. -- Почему сразу "избавиться"! Я просто подумал, что ни к чему тебе идти в такое опасное путешествие, когда ты даже не воин, ты кузнец. К тому же, возможно, нам надо будет ехать в тайне, и чем меньше народу...
-- Сам-то подумай, сумеешь удержать свой поход в тайне, герой? -- фыркнул Абу Кабил. -- Знает один -- знает один! Знают двое -- знают все. Да и все равно всему городу ясно, что вы на месте сидеть не станете, сама судьба влечет вас в Талла. А я, может, и не воин, да в такое время каждый здоровый мужчина -- боец.
Острон вздохнул, хотя на самом деле чувствовал себя скорее обескураженным: он не знал, что возразить кузнецу.
-- Если хочешь знать мое мнение, -- добавил Абу, с лица которого не сходила хитрая усмешка, -- никакой тайны из этого все равно не выйдет, так что лучше набрать какое-нибудь круглое число людей, например, тысячу, и открыто отправиться в поход, и пусть слуги темного бога обломят об тебя свои зубы! Кстати, а пока они будут атаковать наш героический отряд, внимание самого темного бога окажется отвлечено от остального Саида и его мирных жителей. Конечно, нам-то придется от этого куда тяжелей, но на то вы и избранные богами, верно?
-- Я должен тебя предупредить, -- заметил Исан со своего места, -- что хотя вы, возможно, сумели бы укрыться от Асвада, я от его знания укрыться неспособен. Поэтому, если я иду с вами, он совершенно точно будет знать, где вы находитесь.
Острон покосился на белоглазого.
-- ...Это верно, Абу, -- сказал он. -- Тайны не выйдет. Но скажи мне, отчего ты так хочешь идти с нами? Конечно, ты прав, и в такое время каждый должен сражаться, только я думаю, что в поход в Хафиру должны идти сильнейшие.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
