специальный кармашек для мини-дисков, поэтому он поменял пустую болванку лежавшую там, на диск Алисы. Кто его знает, каким будет день и вечер, а ему не очень хотелось, чтобы такой диск потерялся.
Выйдя из душа, он увидел, что возле стола уже хозяйничает официант, а Алисы в комнате нет. Сервировка заняла несколько минут, к ее окончанию появилась хозяйка в строгом брючном костюме темно-синего цвета и белой блузке.
Когда послышался хлопок закрывшейся за официантом двери, Алексей сказал:
— Ты очень эффектно выглядишь, ничего, что я буду без галстука?
— Программистам прощается.
За завтраком разговор не вязался. Оба понимали, что сейчас они разъедутся и когда еще встретятся неизвестно.
— Девушка, а можно ваш телефончик? — попытался хоть как-то развеять тягостную атмосферу за столом Алекс.
— Обещаете звонить девушке, мсье, на Рождество? — в том же тоне, но все равно, как-то грустно улыбаясь, спросила Алиса
— Конечно и даже на Новый год.
— Вы его вчера записали уже, и у меня даже есть Ваш. Хотя… — ее голос стал снова серьезным, — возьми вот это. Может, действительно решишь позвонить.
Она протянула ему визитную карточку, где кроме "Симона Лурье" и номера телефона не было ничего написано.
— Трубку поднимет мой секретарь, объяснила она, — и либо соединит, либо запишет куда перезвонить. Земля же круглая — где-то ночь где-то утро. Ладно, и тебе пора и мне пора.
Алиса поднялась из-за стола.
— И давай не будем прощаться. У меня еще есть кое-какая работа.
Она села за ноут, на котором, вместо привычного значка Windows, появился странный логотип.
— Тогда, пока.
В коридоре отель выглядел не менее стильно — дверей в номера практически не было, что неудивительно — если все номера таких размеров, то на этаже их немного. Матовый прозрачный голубой пластик стен светился изнутри и вместе с мраморным полом песчаного цвета создавал ощущение летней лагуны, где-то посреди океана. Но самым удивительным был потолок. Казалось, его нет, а над головой просто небо с легкими воздушными облачками. Как не приглядывался Алексей понять, что это за эффект было невозможно, казалось, что это просто огромный плазменный телевизором. Более того, похоже потолок был и основным источником обычного дневного света.
Алексей достал из сумки видеокамеру и начал снимать коридор и особенно эффект неба на потолке. Кто его знает снял ли он это вчера, а показать такое знакомым, особенно Джерарду, который считал наши гостиницы убогими и без фантазии
— О Леха, привет, ты и с утра с камерой не расстаешься? — громкий, слегка с хрипотцой, голос за спиной заставил Алекса вздрогнуть от неожиданности.
Обернувшись, он увидел выходящего из соседнего номера улыбающегося брюнета в спортивном костюме с полотенцем на плече. Брюнет был строен, спортивного телосложения почти на полголовы выше Алексея. Широкая улыбка открывала неестественно белые зубы, какие бывают только у голливудских актеров и персонажей рекламы зубной пасты. В общем, выглядел он так, как по мнению Алексея, должен выглядеть персонаж женских грез со страниц глянцевого журнала или легендарного фильма о безукоризненном агенте ЕЕ Величества под номер 007. У большинства же мужиков, и тут Алексей не был исключением, такой типаж вызывал тайную зависть и одновременно отсутствие желания к близкому знакомству. Тем не менее, этот местный Бонд (как мысленно его окрестил Алекс) явно считал себя чуть ли не ближайшим его другом и уже приветственно тянул руку.
— Ты тоже на этом этаже остановился? Или… — брюнет подмигнул. — в гости заходил?
Ладонь у Бонда была сухой, а пальцы крепкие — даже рукопожатия было достаточно понять, что стройная фигура это результат не только утренних пробежек, но и упорной работы в спортзале.
Такая фамильярность говорила, что знакомство с красавцем было очередным моментом, который был бесследно стерт из памяти "кудесником-алкоголем". На генерала он явно не тянул — больно молод, и кричать "А Колян, дружище" было бы опрометчиво. Поэтому Алекс решил выбрать нейтральный вариант отшутится и побыстрее отсюда свалить…
— Что ж я после вчерашнего так плохо выгляжу, что стал похож на Вини-Пуха, который по утрам в гости ходит? У меня утром другая забота — попасть в аэропорт.
— Ну да, ну да. И мчась в аэропорт, ты с камерой ищешь ракурсы как получше снять картинки на потолке. Ты я вижу конспиратор, забыл, что у меня профессиональная память? Я же помню, что ты только вчера приехал, а места в этом корпусе нужно бронировать минимум за месяц, если у тебя своего нет. Но личные апартаменты выше находятся. Да и брюнетку я помню, с которой ты ворковал полвечера. Симона по-моему, из Франции?
— Ну и что, что ворковал? — воспоминание об оставленной в номере Симоне больно кольнуло.
— Да нет, ничего. Что ты смущаешься? Таким трофеем гордиться нужно. И не торопись ты так, Влад подождет, я же помню, что у тебя самолет в час, ему полчаса лету.
"Неужели это и есть тот Колян? Или он не генерал и Симона что-то напутала, или в нашей армии генералов стали подбирать из театрального института."
— Тебе я вижу потолок понравился, вечером когда шел, небось ночное небо и не заметил? — заговорчески подмигнул Бонд (Колян этот или нет Алекс еще не понял).
Алексей решил не говорить каждому встречному т том, что "вчера" у него в памяти закончилось еще на турбазе с водкой и Джерардом, поэтому неопределенно пожал плечами.
— А ты бы потолки разглядывал на моем месте?
— Ну да, с такой потолки стоит разглядывать только в спальне, а не как не в коридоре, это ты прав. Ладно, я в бассейн собрался, а ты, я так понял, уже на площадку? Так что по пути. Пошли.
Когда они подошли к двери лифта никак кнопок нажимать не пришлось, а створки дверей сами любезно распахнулись приглашая их зайти в… огромный аквариум.
Алекс остановился на пороге и его лицо наверное выражало такую степень удивления, что новый знакомый аж рассмеялся
— О-о-о! Дак я вижу, ты вчера совсем был хороший, раз даже лифт не заметил, понятно, что он ночью с темной подсветкой, но все-таки. Или ты, кроме своей красавицы, вообще вокруг себя ничего не видел? Давай заходи не стесняйся.
Лифт, оказывается, был с прозрачными стенками а вся лифтовая шахта — это был огромный аквариум. О таком VIP классе Алексей даже не слышал, поэтому попросил выйти из лифта, чтобы снять от первого лица как он из коридора входит в такой лифт. Он уже предвкушал зрелище лица Джерарда в веснушках с упавшей в район пола челюстью.
— Ладно, ты в холе не очень снимай —
