крови оросили его лицо, стены, других офицеров и пиджак Логана. Достаточно быстр, чтобы схватить еще одного, прежде чем они смогли броситься врассыпную, и прикрыться им, словно щитом. Несмотря на все это, женщина-офицер подобралась ближе, схватила упавшего мужчину за руку и попыталась оттащить его на безопасное расстояние. Подоспел еще один офицер, схватил пострадавшего за другую руку и помог оттащить его подальше от двери и от вампира. Я наблюдала за тем, как они пытались остановить кровь, но если у них в здании не было пункта скорой помощи, то было уже слишком поздно. Это не означало, что они старались напрасно, и не меняло того факта, что они проявили доблесть, чтобы оттащить его в безопасное место.
Я все ждала, когда же вспыхнут освященные предметы, святой огонь должен был помочь им спастись, но ничего не происходило. Такое ощущение, что вампир не запускал святыни не смотря на то, что собирался применить вампирские штучки на их задницах.
Эдуард и Домино прижали к плечам свои винтовки АR-15. Нолан тоже был вооружен и целился. Мы двинулись вперед, чтобы присоединиться к ним. Окровавленное лицо вампира больше не казалось человеческим или жалобным. Он зашипел на нас, а потом его глаза наполнились синим светом.
— Добро пожаловать домой, Дамиан. — Двигались мужские губы, но голос был не тот, что минуту назад. Это не был женский голос, но в его модуляциях присутствовало что-то, что заставило меня подумать о женщине.
— Это не мой дом. И никогда им не был, — отрезал Дамиан, стоя рядом со мной.
Вампир разразился одним из тех диких хохотов, которые взлетают и опадают — такие часто используют для озвучки домов с привидениями на Хэллоуин, вот только этот звук был реален. Сумасшествие, звучавшее в нем, заставило волосы у меня на загривке встать дыбом, а желудок завязаться узлом.
Дамиан отступил назад и немного спрятался за меня.
— Она не может навредить тебе, Дамиан, — успокоила его я.
— Ты уверена в этом, Анита Блейк? — спросил вампир.
Я поправила на плече свою винтовку АR-15.
— Ага, вполне.
— Теперь мы можем пристрелить это? — поинтересовался Эдуард.
Вампир развернул к себе голову офицера, которого держал перед собой. На секунду их взгляды встретились. Я осмотрела его — с виду у него не было никакого оружия. Всего один миг ушел на то, чтобы вампир своим взглядом внушил офицеру бежать прямо на нас, а в следующий он уже открыл дверь и шагнул на улицу, прямо под яркие лучи летнего солнца.
Эдуард перехватил свою винтовку и ударил офицера прикладом по лицу. Тот повалился на пол без сознания, а крики на улице перешли в вопли. Солнечный свет мог бы сделать за нас всю работу — все, что от нас требовалось, это дождаться, пока стихнут вопли, а затем собрать то, что останется.
66
Пирсон не собирался позволить вампиру сгореть. Он схватил огнетушитель и поспешил наружу. Эдуард последовал за ним, все еще держа винтовку у плеча. Остальные последовали его примеру — все, кроме Дамиана. Я велела ему оставаться внутри. Он сам не сгорел бы на солнце, но наблюдал бы за тем, как умирает его лучший друг и товарищ по оружию, потому что Злобная Сука Ирландии заставила того выйти на солнечный свет. Я разделила с Дамианом это воспоминание, и все еще слышала зловещий, но мелодичный голос, который повторял: «Сберечь одного, сжечь другого».
Я не собиралась позволять ей добавлять Дамиану новые травмы. Вампир на улице был полностью объят огнем — только пиджак Логана горел медленно, так что это было похоже на спецэффект для фильма про Человека-факела, вот только вопящее тело посреди улицы не было огнеупорным. Пирсону пришлось подойти прямо к вампиру, чтобы использовать огнетушитель. Эдуард и Домино были прямо за ним, на всякий случай держа винтовки наготове. Жар от горящего вампира достаточно силен, чтобы повредить человеческую плоть и кости. Я не была согласна с действиями Пирсона, но стоять так близко к пламени — это все равно что торчать у врат ада. Это было чертовски смело, и я не знала, почему он рискует своей шкурой, чтобы спасти убийцу одного, а может, и трех его офицеров. Я бы дала ублюдку сгореть. Логан, может, и был куском дерьма, но другие ребята там у дверей — нет.
Все остальные держались в стороне. Если мы понадобимся, то окажемся рядом. Один из офицеров вышел вперед с огнетушителем, чтобы помочь Пирсону в его гуманитарной деятельности. Огонь действительно погас, но через несколько секунд пламя занялось снова, потому что вампир по-прежнему находился посреди объятой солнцем улицы.
Джейк наклонился ко мне и шепнул:
— Хочешь чтобы мы убрали вампира из-под солнечных лучей, и он перестал воспламеняться?
— Нет.
— Как пожелает наша королева, — сказал он и выпрямился, чтобы стоять рядом со мной и смотреть, как разгорается пламя, пока лучи солнечного света поражают плоть вампира.
Я слышала, как Никки позади меня прошептал:
— Гори, детка, гори.
Вампир начал размахивать руками, словно дрался с кем-то невидимым. Крики возобновились, это был неприятный звук — один из тех, что позже будет преследовать меня в кошмарах. Если вампир воспламенился, он отлично горит, но не слишком быстро. Человек на его месте получил бы шок и вырубился, или, по крайней мере, не смог бы больше кричать, но вампиры намного выносливее людей.
Я ощутила движение позади — это был Дамиан, он держал над собой чей-то плащ для защиты от солнца. Он знал, что солнечный свет больше не причинит ему вреда, но если ему приходилось выходить днем, он надевал шляпу, темные очки и перчатки. Это было скорее фобией, чем предосторожностью, но его страх был реален. Сегодня все показали себя смелыми ребятами.
Огнетушитель Пирсона опустел, теперь он мог только стоять и смотреть. Второй офицер все еще пытался предотвратить разгорание языков пламени. Вампир упал на колени и потянулся вперед, как утопающий, который цепляется за свою жизнь. Он схватил офицера за руку, и крики копа присоединились к крикам вампира, потому что тот схватил полисмена горящей рукой. Она продолжала гореть, пока не занялась рука офицера.
— Дерьмо. — Я потянулась за своим мечом на спине, скрытым в ножнах под волосами, но Каазим коснулся моего локтя:
— Позволь мне.
Он обнажил длинный, изогнутый клинок, и грациозно двинулся вперед. Лезвие сверкнуло на солнце и обрушилось на запястье вампира, отсекая его. Небольшой всплеск крови, которая мгновенно раскалилась до состояния пара, и рана прижгла сама себя, но кисть, обхватившая запястье
