- Нет! Он жив. Он жив! Я его чувствую. Ему больно. Очень больно, но он жив!
Солдаты отшатнулись, опасаясь безумных выходок спятившей волшебницы. Видана, всплеснув руками, вновь метнулась к завалу и, ломая ногти, начала разгребать беспорядочные нагромождения мелких обломков. Еще один исполинский валун медленно и неохотно отполз в сторону.
- Он жив! Я чувствую его...
Окровавленные пальцы вновь и вновь скребли поверхность огромных каменных глыб.
Ла-Саат тяжело вздохнул. Ну почему все это происходит именно со мной?
- Принесите лопаты и кирки, - негромко сказал он неподвижно застывшим в стороне легионерам.
Большую часть работы взяла на себя Видана. Шатаясь и прокусив до крови губу, она вновь и вновь атаковала неподъемные глыбы, заставляя их отползать в сторону либо рассыпаться песком. Солдаты, действуя кирками и лопатами, освобождали проход от обломков поменьше.
Денгара откопали только через несколько часов. Изломанное тело, зажатое каменными боками исполинских валунов, и безобразно вывернутые конечности. И истинным чудом являлось то, что в этом обезображенном куске плоти еще теплилась жизнь.
- Несите! Несите его в госпиталь...
Легионеры осторожно подхватили безвольное тело. Видана торопливо бежала впереди, глотая слезы и поминутно вздрагивая. Сквозь бесчисленные прорехи в ее пропыленном платье виднелось покрытая кровавыми царапинами кожа.
Ну почему все это происходит именно со мной? Ла-Саат отшвырнул в сторону кирку и медленно побрел в свою убогую комнатушку. Как болит голова... Кажется, у меня жар...
* * *
Множественные переломы рук и ног, тяжелая травма головы, четыре сломанных ребра, внутреннее кровоизлияние... Перечислять полученные Денгаром раны можно было бы несколько часов. Просто чудо, что его душа все еще оставалась в этой убогой развалине тела. Не приходя в сознание, Денгар лежал на груде полуистлевших одеял, а Видана, не отлучаясь даже на мгновение, делала все возможное и невозможное. Но все равно состояние молодого волшебника было очень тяжелым. И даже искусное волшебство Виданы не могло пробудить его к жизни.
Прислушиваясь к тяжелому и прерывистому дыханию Денгара, Видана осторожно поглаживала его спутанные волосы. Только бы он выжил... О, Отец Сущего, только бы он выжил...
Поминутно оглядываясь, девушка неохотно отошла к булькающему в углу котлу. И пусть часть ее самой лежит, бессильно раскинувшись, на истлевшем тряпье, и упорно отказывается приходить в сознание, но необходимо делать свое дело. Больным и раненым солдатам требовалось снимающее жар зелье.
После той чудовищной битвы в полутемных коридорах пещерной крепости среди легионеров осталось всего шестьдесят три человека, способных стоять на ногах. И еще сто двадцать один человек находился здесь - в подземном госпитале. Из пришедшей на Оплот Тьмы три месяца назад тысячи в живых осталось менее двухсот человек. И из этих двух сотен за оставшиеся до смены четыре дня кто-нибудь еще неизбежно умрет.
Капитан Ла-Саат, лежа на грязной подстилке, метался в бреду. Острейший приступ лихорадки свалил его на следующий день после битвы. Командование жалкой кучкой измученных солдат Империи перешло к незнакомому Видане хромому сержанту.
Четыре дня. Четыре дня и они смогут вернуться домой. Легионеры устало патрулировали пустынные коридоры. Четыре дня.
Но не для Виданы и тяжело израненного Денгара. Ведь до конца их полугодового заключения в этом проклятом подземелье еще оставалось почти полтора месяца. Видана подумывала плюнуть на всю эту затею, претерпеть недовольство Магистров и остаток дней провести в ранге подмастерьев, как то предусматривал закон Цитадели. Но зато Денгар останется жив... И она бы сделала это, пройдя портал вместе с остатками имперской тысячи, но крайне тяжелое состояние Денгара не позволяло надеяться на его успешный проход между мирами. Волей-неволей приходилось оставаться в этих темных сырых коридорах, поджидая когда израненный волшебник сможет самостоятельно встать на ноги. А если нет... Видана нисколько не сомневалась, что если Денгар умрет... что ж, в подземных склепах есть еще много места. И ее тело будет лежать рядом с ним.
Четыре дня. Через четыре дня Видана отметила некоторое улучшение. Денгар упорно не приходил в сознание, но его дыхание стало ровнее.
Четыре дня. Ценой большой крови, остатки крепостного гарнизона смогли пробиться к порталу и покинуть эти проклятые места. На смену жалким остаткам тысячи капитана Ла-Саата, которого унесли на носилках, явился отряд под руководством лейтенанта Кирнулла. Широкоплечий здоровяк, помеченный десятками шрамов, лейтенант сильно напоминал Видане Тингралла. Похожее телосложение, почти те же черты лица... Видана нисколько не удивилась, если бы Кирнулл оказался его братом. Но нет.
Вместе с отрядом прибыл и новый командир гарнизона - худощавый генерал Гримб. Заметив на полу подземных коридоров бесчисленные кровавые пятна и узнав о недавней бойне, генерал немедленно приказал провести укрепление некоторых особо важных подземных коридоров и выставить возле завалов многочисленных часовых.
Аванпост на Оплоте Тьмы вернулся к прежней жизни. Безмолвный камень, струящиеся по стенам капли воды, и стоны больных лихорадкой солдат.
Полтора месяца...
* * *
Полтора месяца больше похожие на целую вечность.
Через полтора месяца из высеченных в скале коридоров Имперского аванпоста на Оплоте Тьмы в сопровождении полусотни настороженно озирающихся легионеров вышли две изможденные фигуры, одетые в невероятные лохмотья. Вцепившись друг в друга и поминутно спотыкаясь, они с трудом вошли в туманное облачко портала.
Хорошо знакомая сводчатая зала. Черная как сама Бездна арка. Старик-смотритель.
Прошла уже целая эпоха.
Их встретили десятки мерцающих волшебством лезвий двузубых копий, стоящие на балконах арбалетчики целились им прямо в лицо, воздух буквально звенел от натиска магии - несколько волшебников Ордена дотошно изучали пришельцев.
Две скелетообразные фигуры. Всколоченные волосы. Немытые тела. Расползающиеся на глазах обноски. Слезящимися глазами оборванцы шарили вокруг, разглядывая каменные стены.
Старый смотритель что-то сделал со своим укрепленным на конце посоха угловатым кристаллом и повелительно махнул рукой.
Слегка вздрогнуло и сжалось облачко тумана - переход закрылся. Медленно и будто бы неохотно стрелки опустили свои тяжелые арбалеты, угасло ощущение грозно вибрирующей в воздухе магии, с шипением исчезли смертоносные лезвия шрокенов.
Смотритель портала медленно выступил вперед, скривив губы в том, что, очевидно, было улыбкой.
- С возвращением. Приятные были каникулы?
Проигнорировав слова старика, неразлучная парочка медленно поковыляла к небольшой скамейке, сиротливо притулившейся в углу. Причем тот из оборванцев, который своими длинными космами и более мягкими чертами лица походил на женщину, придерживал другого, припадающего на обе ноги. Добравшись до скамейки, они буквально рухнули на нее и всем своим видом выразили нежелание покидать это место.
Смотритель недовольно скривился, глядя на комья грязи, оставленные пришельцами на недавно вымытом полу. Но его обязывал долг. Тем более что теперь эта парочка была выше его по положению в Ордене, и следовало проявить хоть немного уважения перед новоявленными Очистителями.
- Лекаря сюда!
Часть третья
Пламя Очищения
...ибо кто может сказать, что есть добро и что есть зло? Даже Творцы в свое время не смогли решить эту извечную проблему. Добро. Зло. Грань между ними тоньше человеческого волоса. И то, что для одного из нас добро, кому-то иному неизбежно покажется злом. И это верно.
Но в то же время есть силы, сосредоточившие в себе истинную тьму, истинную смерть, истинную злобу. Эти силы с легкостью могли превратить миры в горнило пылающего хаоса. И эти силы были вложены в человеческие тела. Двое их было. Двое, навек обреченные считаться проклятьем Мироздания. Несущие смерть и разрушение. Рвущиеся править и властвовать, убивать и ставить на колени. Величайшее могущество Империи было подобно былинке под натиском урагана перед их несокрушимой волей. И эта воля медленно пробуждалась.
Сотни людей, занимающих самые важнейшие посты Империи, добровольно преклонились перед ними в ожидании грядущих наград за верную службу. Глупцы... Эти силы могли награждать только смертью. Смертью и страданиями.
Тысячи величайших героев рассеялись по всему Мирозданию, даже не подозревая, что совершают свои подвиги во славу грядущей тьмы. Воля ночи руководила ими подобно кукловоду, дергающему за ниточки своих марионеток.
Времена Хаоса подходили к концу, грозя обернуться эпохой вечного ужаса и кошмара.
Зло, воплощенное в двух хрупких человеческих телах. И бессмертие было их наградой за некогда бескорыстную службу мирам. Зло, некогда скрывавшееся под маской добра и процветания. Зло, принявшее силы света и обернувшее их для служения тьме.
Проявление темной силы, поразившее слабые человеческие души, смутившее их безграничной властью, искушающее вечностью...
Двое, ждущие своего часа в Бездне. Двое, чье прозвище известно всему Мирозданию. И матери пугали детей их именами.
Мужчина и женщина.
Падшие...
Книга Времени. Том 9, страница 526.
Издание 1823 года, предназначенное для студентов Высшей Академии Магии на Роднессе.
