Обычная девчачья комната. Чудесное весеннее субботнее утро. Атмосфера юности, легкости, предвкушения и юношеских дерзких фантазий.
Фортепиано, стоявшее в углу, тоже стало другим — новеньким, блестящим на солнце. Мои пальцы лежали на его клавишах — так же, как и в комнате дома Юлианы. И я знала, что нужно играть дальше.
Сев на стул перед фортепиано, я вновь принялась играть — сначала осторожно, зажато, сбиваясь и начиная сначала, но затем кисти обеих рук стали легкими, почти невесомыми, движения — более плавными, а звуки — более уверенными и насыщенными, и в комнате раздалась легкая солнечная музыка — импровизация мелодии, принадлежавшей балерине и ее шкатулке. От удовольствия, получаемого от игры, я сомкнула ресницы и полностью отдалась столь нежданно настигшему меня вдохновению. Пальцы летали над клавишами, затылок ласково грело солнце, по телу струилось умиротворение.
Однако вскоре мне пришлось открыть глаза — я стала частью дуэта. Кто-то подошел ко мне мне, и теперь мы играли в четыре руки. С интересом распахнув глаза, я увидела, как к моим пальцам на фортепиано присоединились тонкие длинные пальцы зеленоглазой девчонки лет пятнадцати с узким веселым лицом, обрамленным темными, до подбородка, волосами. Она подмигнула мне, и я улыбнулась ей в ответ. Этой девушки не должно было тут быть, однако волшебство этой реальности сделало свое дело — я даже не удивилась. Более того, была даже рада такой внезапной встречи.
Мы играли вдвоем, понимая друг друга без слов, разговаривая звуками, и мелодия все менялась и менялась, дразнясь и выходя сказочно-завораживающей. Изредка я и зеленоглазая девчонка смотрели друг на друга, как старые друзья, и улыбались.
Прошлое опустило на мое лицо тонкий полупрозрачный платок, сотканный судьбой ему в подарок.
Мелодия все звучала, и я растворялась в ней без остатка, и вдохновение, как волшебство, было везде, искрилось в лучах и приятно покалывало кожу.
Запахло луговыми травами и солнцем.
В светлой квадратной комнате — судя по предметам интерьера, чьей-то женской спальне, находились две молодые девушки примерно одного возраста: высокая, с собранными в высокий хвост темно-пшеничными волосами, и достаточно женственной оформившейся фигурой, в белой блузке и темно-синей прямой юбке до колена, и чуть пониже, хрупкая, с темным каре и заколотой назад челкой, одетая в домашний топик и шорты.
Лицо первой юной особы было серьезным, губы — слегка поджаты, а в серых глазах застыл лед. Она сидела на стуле так прямо, что, казалось, проглотила палку. Вторая девочка, судя по всему, хозяйка комнаты, расположилась на диване, скрестив под собой ноги в полосатых носках. Нос у нее был красный, она то и дело чихала и сморкалась в большой платок в синий горошек. Девочка простудилась и не ходила в школу. Именно по этой причине староста класса, а заодно и подружка, пришла навестить ее и, конечно же, принести домашнее задание. Настя была очень обязательной, исполнительной и внешне строгой. А Даша, напротив, была разгильдяйкой, дерзкой и смешливой и больше всего на свете любила веселиться. Однако, несмотря на разницу в характерах, девочки подружились. Не так давно Даша перешла в новую школу, попала в класс, в котором училась Настя, и так вышло, что их посадили за одну парту. Сначала они не обращали друг на друга внимания, а затем как-то разговорились после уроков, оставшись убираться в классе, выяснив, что у них много общего и одинаковые вкусы в музыке и в кинематографии. И с этого началось их общение. Настя помогала Даше с уроками, объясняла точные предметы и покрывала прогулы, а Даша таскала Настю с собой в клубы и вечеринки и знакомила со своими многочисленными друзьями, потому как оказалось, что у Насти их совсем и не было. Не сказать, что они стали лучшими подругами, но довольно близкими — это точно!
— Что в школе еще веселого? — спросила чуть гнусавым голосом хозяйка комнаты.
— Все тихо, — отозвалась Настя. — Смирнов по тебе скучает, все косится на твое пустующее место. А сегодня после биологии спрашивал у меня, когда ты придешь. Я сказала, что понятия не имею. Он расстрился.
— Да нужен мне этот Смирнов, у меня Артемка есть, — фыркнула Даша, но по лицу ее можно было сказать, что она довольна тем, что поклонника беспокоит ее отсутствие. — Меня тут Артем на концерт одной группы классной приглашает, кстати. Быстрее бы выздороветь! Достало уже сморкаться каждые пять минут. И угораздило же меня в такую теплынь заболеть! — Даша машинально вытащила из кармана мобильный телефон — серебряную раскладушку с кучей брелков, чтобы убедиться, что она не пропустила ни одного сообщения от своего парня.
— Тебя больше его бывшая не достает? — полюбопытствовала Настя. Смазливый самовлюбленный Артем ей не очень-то и нравился, хотя видела она его всего лишь дважды, да и то мельком.
— Неа, угомонилась. Но ему тут какая-то Алёна написывает, я случайно прочитала сообщения у него в мобилке, — пожаловалась Даша.
— И кто это такая?
— Я тоже у него спросила, кто это такая? А он мне — знакомая и все. Но ничего, я ее номер удалила. Блин, иметь популярного парня — такая морока!
— А ты его любишь? — спросила Настя и сама же смутилась своего вопроса.
— Ну-у-у, — задумалась Даша. — Вроде люблю. Он классный. Романтичный. Веселый. Милый. С Артемом здорово. Слушай, а ты влюблялась? — спросила она с интересом у Насти.
— Нет, кажется, — ответила та с запинкой. Девочкой она была скрытной и молчаливой, и делиться такими вещами ей было не то, что бы неохота, как-то неловко.
— Слу-у-ушай, — протянула ее подружка, в амурных делах куда более искушенная, — а ты с кем-нибудь вообще целовалась? Наська, ну расскажи!
— В лагере с одним парнем, — смущенно призналась та. — В этом году. Мы вроде как почти парой были.
— Ого! И ты мне не говорила! — всплеснула руками эмоциональная Даша. — Так ты еще не совсем потерянная для общества! Что за тип?
— Могу фотографию показать, — сказала Настя.
— Покажи!
Девушка достала мобильник и, поискав в нем что-то, протянула подруге.
— Ого! Красавчик! Какой классный! Только не говори, что вы сейчас не общаетесь! — поразилась Даша, глядя в экран.
— Нет, не общаемся, — покачала головой Настя.
— И почему?! Он тебе надоел? Или это он ступил и тебя бросил? У него что, глаза на затылке, что ли?! — Даша даже возмутилась.
— Нет, — Настя улыбнулась. — Просто он… слишком лидер.
— Это как?
— Слишком много любил приказывать, и вообще хотел, чтобы я все делала, как он хочет, — как-то жестко отозвалась Настя, и Даша не решилась выспрашивать подробности. — Терпеть не могу таких. Я лучше сама приказывать стану, чем подчиняться.
