— Ого! Красавчик! Какой классный! Только не говори, что вы сейчас не общаетесь! — поразилась Даша, глядя в экран.
— Нет, не общаемся, — покачала головой Настя.
— И почему?! Он тебе надоел? Или это он ступил и тебя бросил? У него что, глаза на затылке, что ли?! — Даша даже возмутилась.
— Нет, — Настя улыбнулась. — Просто он… слишком лидер.
— Это как?
— Слишком много любил приказывать, и вообще хотел, чтобы я все делала, как он хочет, — как-то жестко отозвалась Настя, и Даша не решилась выспрашивать подробности. — Терпеть не могу таких. Я лучше сама приказывать стану, чем подчиняться.
— Ну и ладно, другого такого найдешь, — заявила хозяйка комнаты.
— Можно? — спросила внезапно Настя, в который раз глянув на синтезатор. Дашка играла не особо хорошо — бросила музыкалку еще пару лет назад, но синтезатор у родителей затребовала, потому что вдруг захотела играть на нем в какой-то группе, которую собирал лучший друг ее парня.
— Умеешь? — оживилась Даша.
— Музыкальную школу закончила, по классу фортепиано, — отозвалась Настя. — В прошлом году выпускной был.
— Вери найс! — воскликнула хозяйка комнаты. — Какой предмет любимый был?
— Сольфеджио.
— Какой ужас! Ты ненормальная! — на живом личике Даше перемешались ужас и восхищение. Когда узнала, что любимые предметы подруги — физика и геометрия, ее реакция была точно такой же. — Ну же, сыграй!
— Спасибо.
— Справишься с ним?
— Конечно.
Стоило девушке с высоким хвостом коснуться клавиш синтезатора, как вся ее напряженность и серьезность мигом испарились, а на лице появилась легкая улыбка. Музыка преображала строгую внешне девушку.
Лед в глазах треснул. А под ним плескалась живая вода
Настя без нот, по памяти, сыграла что-то из Бетховена, а затем — мелодию из популярного кинофильма, а потом исполнила популярную песенку. Играла она не совсем чисто, но с удовольствием, заставляя Дашку слушать мелодии почти с восторгом, и остановилась нехотя, внезапно. Одернула руки от синтезатора так, как будто он внезапно нагрелся.
— Наська, классно же! Ты вообще молодец! — искренне сказала Даша подруге. — Скрытый талант, блин.
— Ничего особенного, — знала свои способности девушка. — Но мне нравится…
— А ты дома часто играешь?
— Нет.
— Почему? Все у тебя надо клещами вытягивать! — возмутилась Даша
— Не на чем, — ответила Настя.
— А как же ты в музыкалке училась? — округлились светло-зеленые любопытные глаза у Даши.
— Рита убрала мое фортепиано, оставило только фортепиано Яны. Оно у нее в комнате, я не могу заходить к ней.
— Почему убрала? — не поняла Даша и высморкалась.
— Чтобы я не играла.
— Смысл?
— Потому что мне нравилось играть на нем, — едва заметно улыбнулась Настя.
— Вот сука! — все поняв, вскочила эмоциональная Даша. Она часто употребляла бранные выражения. — Она у тебя совсем чокнутая, что ли?!
— Есть такое.
— Вот же, а! Бывают такие ненормальные!
Дашка подскочила и обняла Настю, правда быстро отстранилась — чтобы не заразить ее.
— Слушай, может тебе от них свалить? — спросила она жалобно.
Настя с какой-то взрослой печалью посмотрела на подругу.
— Не могу. Мне некуда.
— Совсем-совсем?
— Совсем.
— А давай я родителей попрошу, чтобы ты с нами жила? — вдруг предложила Даша.
— Ты что, — почти испугалась Настя. — Не надо! Но спасибо, что беспокоишься обо мне. Правда. Пока что я ничего не могу поделать, просто надо подождать, — туманно добавила она.
— Такое чувство, что тебе не пятнадцать, а все сорок пять, — вздохнула Дашка.
— Какая есть, — пожала плечами Настя. Она взглянула на настенные часы необычной стекающей формы, чем-то напоминающие по форме часы с известной картины Сальвадора Дали "Постоянство памяти".
— Мне пора, Даш, — сказала с сожалением девочка с высоким хвостом, поднялась и взяла со спинки стула аккуратно сложенный пиджак.
— Да ты же недавно только пришла! В первый раз в гости пришла и уже уходишь!
— Я отпросилась у классной с нескольких уроков, потому забежала. После занятий мне сразу надо идти домой.
— Зачем это?
— Я наказана. Могу ходить только в школу и на дополнительные занятия. Рита узнала, что в ту субботу мы с тобой ходили на дискотеку, — вдруг хмыкнула Настя. — Теперь играет в крокодила. Никуда ходить больше не разрешает.
— Жа-а-алко, — протянула Даша. — В смысле ее жалко, совсем у тетеньки с головой не ладушки. Слушай, а она заставляет тебя там убираться с утра до ночи или еще как-нибудь наказывает?
— Нет, что ты, — засмеялась Настя. — Она по части моральных страданий.
— А отец?
— Что отец?
— Он как относится к тому, как с тобой себя мачеха ведет? Он…
— Он все время работает, — оборвала подругу Настя.
— Понятно. Как сможешь, приходи ко мне еще, ладно? Я познакомлю тебя со своим братом, — она вдруг хихикнула. Настя удивленно посмотрела на Дашу. — Он на твоего красавчика с фотки похож — тоже брюнет высокий. Зовут Егором. Знаешь, какой добрый? Командовать ни за что не станет! Он, правда, тебя старше, ну да ладно.
Болтая, девочки пошли к холлу. Настя натянула ветровку, надела туфли на низком каблучке, взяла сумку, а Дашка стала открывать дверь и едва не попала по лбу высокого для своего возраста светловолосого мальчишки с совсем еще детским шкодливым лицом и с ранцем за спиной.
— Дура! — заорал он на Дашу. — Чуть по лбу не попала!
— Ты как со старшей сестрой разговариваешь, шпендик?! — возмутилась та.
— Кто шпендик? Кто шпендик, ты, великовозрастная балбесина?! — не полез за словом в карман мальчишка. Тут он заметил Настю, поздоровался и поутих, лишь злобно сверкал своими большими светло-зелеными — как у сестры глазами.
— Проходи и шуруй обедать, мелкотня, — объявила Дашка. — Мой младший брат, — пояснила она Насте. — Вреднючий, просто кошмар. Мама в этой четверти из-за него уже раза четыре в школу таскалась.
— Три, — поправил ее брат, стаскивая кроссовки и раскидывая их как попало.
— Значит, скоро будет четвертый, — ничуть не сомневалась Даша. — Ярочка в последний раз чего учудил, — смеясь, поведала она подружке. — С пацанами повадился бегать к женской раздевалке и вместо того, чтобы подглядывать, куковать стали в скважину и орать: "А я все вижу!". Их физрук поймал и за шкварники к классухе притащил. Малолетние дурики.
— Тупица обезъяноподобная, — наградил сестру нелестным эпитетом Ярочка и, счастливо избежав тумака, с хохотом унесся в ванную комнату.
