служанки. Хорошо хоть абсолютно неприметной, и никто на меня внимания не обращал.
— Хм, может действительно богом стать? — хмыкнул Риз, оглядывая меня. Ну не успела я ещё одеться и предстала в нем в одних…. Ну, в общем, почти нагишом.
— Зачем? — спросила я, натягивая опостылевшую одежду горничной.
Он уставился в потолок:
— А что, стану богом, ну допустим любви.
Я даже замерла от услышанного. Он перекатился на живот и положил голову на руки.
— Заколдую тебя, и по моей божественной воле ты мне перестанешь отказывать, — продолжил он фантазировать.
— Ты бы трусы одел, а то как-то богу неприлично так выглядеть, — наконец-то ответила я.
Он вскочил с кровати и встал передо мной:
— А что мне так плохо?
Я сглотнула застрявший комок в горле, все-таки он на меня действует как огонь для мотылька. Кровь прилила к щекам, и я отвернулась, чтобы он не заметил:
— Знаешь, если ты согласишься на это, то не прощу и сама стану богиней, целомудрия например.
Он подошел и обнял меня:
— Вот давай без таких страшных угроз.
Я повернулась к нему и чмокнула в губы:
— Хорошо, но ты бы все-таки оделся.
— Во-о, смотри, как я умею, тут недавно высмотрел, — он сосредоточился и щелкнул пальцами. В мгновение ока на нем очутился его повседневный наряд, — Знаешь, удобно, и в инвентарь не нужно лазать, — сказал он.
Все-таки я ему иногда завидую. Магия это нечто. Вроде и у меня есть магически ориентированные умения, но это все не то. Чистым магом мне никогда не стать. Все-таки мой лучник чистый физик по игре, а Риз, а с ним всё вообще непонятно, вроде бы тоже вполне себе обычный дд, но может магичить. Причем любой маг бы от зависти удавился, видя, как он это делает. Похоже, он настолько сроднился с этим миром, что делал это одним усилием воли.
— Я готов, — он надел на себя свой балахон и нацепил маску.
Мы открыли шкаф с отключенным временно доппелем и достали его оттуда. Теперь мне казалось странным, что я тогда его перепутала. При общем сходстве они были как небо и земля. Как восковая кукла и реальный человек. Риз активировал какое-то заклинание, и кукла открыла глаза.
— Халтура все-таки, — раздался изменённый маской хриплый голос Риза.
— А как по мне, вроде похож.
— Да похож, — согласился Риз, — только приглядись, он же не дышит.
И действительно, кукла стояла практически неподвижно. Только изредка моргая.
— Знаешь Ру, хватит, он свою роль сыграл, а меня эта маска с балахоном уже выводит из себя, — Риз скинул с себя надоевшие вещи.
— А если спросят, куда он девался? — все еще сомневалась я в его решении.
— Тогда что-нибудь и придумаем, — пожал Риз плечами.
— Да ты прямо стратег от бога, — улыбнулась я.
— А то, пришел, увидел, победил, — вздернул он наставительно указательный палец в потолок.
Я похлопала в ладоши:
— Браво. Теперь только всем остальным это расскажи, а то мало ли ещё надумают сражаться против нас.
— Ру, скажи мне, когда ты успела стать такой ехидной? — спросил Риз.
— А за те полгода, что тебя рядом не было, — ответила я.
— Так ты же тут месяц всего, — удивился Риз.
— Поверь мне, родной, у меня каждый день за неделю был, — вздохнула я, непроизвольно вспоминая преодолённые мной испытания.
— Идем что ли? — Риз шагнул из спальни. На полу гостиной валялось тощее угловатое тело. Седьмой, как называл его Риз, опять не добрался до диванчика. Осмотрев бардак царивший вокруг, я спросила:
— А мы можем куда-нибудь его переселить?
— Некуда, — скривил губы Риз, — я уже пытался. Даже в камеру его запирал, а на утро он все равно тут оказывался.
— Ученик, ик, — раздался пьяный голос от лежащего тела, — обязательно зайди в десятую секцию.
— В десятую? — удивился мой парень, — она же только для богов, да и закрыта она.
С пола поднялась рука с ключом:
— Обаятельно загляни.
Риз осторожно взял ключ и ответил:
— Хорошо, учитель, непременно зайду.
Но, похоже, его наставник его уже не слышал, похрапывая во все горло.
— Ты чего-нибудь поняла? — спросил меня Риз.
— Да, — кивнула я ему в ответ, — похоже, мы сдвинулись с мертвой точки.
— Думаешь? — скептически заметил Риз.
— Уверена, — твердо заявила я, — если мы были бы в реале, то да, такому пьянчуге смысла особого верить нет. Но здесь это вполне может быть подсказкой.
— Хорошо, — задумался Риз, — хотя я хоть убей, не знаю, как туда попасть. Столько раз пытался, но ничего не вышло. Может быть, теперь повезет.
— Идем, — подхватила я его за руку и потянула по знакомому маршруту.
С нашего воссоединения, мы уже не первый раз шли этой дорогой. Ибо где еще было искать ответ как не в хранилище знаний.
— Знаешь, — вспомнила я его финальный бой, — тяжело признаваться, но я тогда жутко напугалась.
— Когда это? — спросил Риз.
— Ну, тогда, когда тебе меч воткнули в грудь, — призналась я.
— Ру, нашла что вспоминать, — отмахнулся Риз. Но я заметила, как его лицо потемнело, — Было и прошло, хотя с этим мажором я ещё поквитаюсь, — зло бросил он, — надо же «армагеддон» использовать умудрился. Совсем с катушек съехал.
— Не только он похоже, — заметила я, — скажи мне, на кой черт, ты принял их условия?!
— А какие варианты-то, Ру? Отказаться после того, как тот клоун принял силы — это значит проиграть.
— За то выжил бы, и нам не пришлось бы здесь болтаться.
— А я что мертвый что ли? На, пощупай. Я живее всех живых, — он вытянул в мою сторону свою руку. И я его несильно ущипнула.
Ну как несильно? Достаточно, что бы его лицо сморщилось от неприятных ощущений, а сам он отдернул руку. Все-таки теперешние мои параметры были очень высоки. Я даже соврала ему, преуменьшив свой уровень примерно на сотню, чтобы не смущать его. Все-таки мужчине сложно воспринимать, что он слабее своей женщины.
— О, какие люди, — неожиданно раздался веселый голос.
— Ален, глянь, наша личинка бога себе служанку завела.
— И как она? — заговорщики подмигнул Ризу второй брат
— Она-то отлично, но тебе этого никогда не узнать, — ответил на подначку Риз.
Ален моментально вскипел:
— Да что ты о себе возомнил, смертный?! Тысячи женщин готовы по первому моему зову быть со мной.
— И мужчин, — во время этого горделивого спитча вставил Риз.
— И мужчин, — брякнул Ален, попавшись.
— Прикинь, десятки тыщ мужиков его…, - повернулся ко мне Риз.
Я сделала просто неимоверное усилие, чтобы не расхохотаться. А попавшийся на слове божок, так ничего и не понял, закипая еще большим гневом.
— Остановись, брат, — попытался урезонить его
