знаете, как это бывает и накроет волной всех, кто стоял рядом. Но мне нравится ваш настрой и нравится уверенность. Я крепко подумаю.
Глава 4
История с фильмом неожиданно обрушилась на нас как торнадо: вроде и предсказывали, что ждать ничего хорошего не придется, но все равно события завертелись с бешеной скоростью, сминая на своем пути все наши начинания, страхи и возмущения.
На роль главной героини меня забраковали, как и Соню. Герои требовались опытные, так как в фильме, хоть он и планировался короткометражным, пестрели события и внимание зрителя удерживалось игрой чувств и эмоций.
Сколько же отнимало сил и времени создание сценария, его согласование с оператором-постановщиком, планирование бюджета, костюмов, массовки… Кто бы мне сказал, что это такая головная боль, я бы десять раз подумала, прежде чем браться за такое неблагодарное дело.
Не могла нарадоваться на то, что Александр всерьез проникся и загорелся моей идеей. Он тащил на себе львиную долю всех дел. Находя людей среди своих знакомых и окружения. Я лишь с восхищением и замиранием любовалась, как текущие вопросы решались в течение получаса благодаря паре-тройке звонков его «друзьям». Правда, мы так и не обсудили стоимость его услуг… Неисключено, что мне еще аукнется моя наивность и доверчивость.
— Александр, даже не представляю, что бы я без вас делала. Нам вас само провидение послало.
— Ань, ну, хватит уже выкать. Иначе я себя чувствую дедулей. А я еще о-го-го! Смотри сюда, что утром накидал.
Мы сидели за столом в гостиной нашего нового загородного дома, попивая чай со свежей выпечкой, которой не переставал нас баловать повар Руслан.
— А не старовата эта актриса? Она вроде достаточно популярна. Неужели согласилась сниматься в сомнительной постанове?
— Да мы с Анастасией Заворотнюк дружим не один год. Что-то разговорились на днях, я ей про тебя рассказал, про проект. А она увлекается подобными потусторонними делами, — мужчина показал пальцами в воздухе кавычки и рассмеялся. — Ты не обижайся, но твоя биография и популярность бегут впереди тебя. В высшей тусовке так уж точно. Там каждый второй не от мира сего и верит в подобное. Да и ты особенная. Вроде выглядишь как девочка, но твой взгляд настораживает, я бы даже сказал, примораживает, — мужчина нервно хохотнул, — А твой рассказ про грядущее будущее… мне кажется, это знание… словно что-то сжало до боли и вырвало навсегда из моей души. Ты это так рассказывала, будто сама пережила все эти смерти, взрывы… Кто ты, Анна?
— Вы… ты знаешь, Алекс, я сама себе не могу до конца ответить на этот вопрос. Определенно мне дано видеть чуть больше, чем окружающим людям. Но благо ли эта сила, ответа, увы, у меня нет. В любом случае, моя цель нести людям свет. Я за мир… и за жизнь.
Посидели какое-то время молча, думая каждый о своем.
— Так вот, про актрису. Типаж мы, конечно, другой оговаривали, да и на молодую девочку она мало похожа, но Настя харизматичная и артистичная. Да и популярность у нее зашкаливает.
— Прости, я против. У меня ее образ, кроме как с деревенщиной не ассоциируется. Еще говор этот: окание, хэкание, да и роли у нее все сплошь комедийные. Давай, пожалуйста, еще варианты посмотрим. Вообще ее не вижу героиней своего фильма.
— В чем-то ты права, конечно. Зато она бы согласилась за идею отсняться. Ладно… Ань, а что, если мы тебя перекрасим в нормальный цвет, а не этот седой пергидроль? Ведь ты как раз очень даже молодая девочка. И эмоции у тебя живые.
Я аж опешила.
— Эй! Полегче! У меня красивый цвет волос.
— Да… я же не о том. Неестественный он. Выкрасим в твой натуральный русый. Личико у тебя миловидное. Я сперва твою кандидатуру резко отсек. Слишком ты пафосная, холеная такая. Макияж у тебя вечно этот… Хотя вы же с девчонками одногодки? Выглядишь лет на пять их старше, хоть и ростом маленькая. Ты сама себя специально старишь, выходит?
— Саш, так я специально так одеваюсь. Если я буду выглядеть на четырнадцать, со мной вовсе никто дел иметь не будет. Сам понимаешь, у меня нет защитника, за чью спину я могу спрятаться и оттуда исподтишка руководить. Верчусь как могу.
— Ну-ка, иди умойся и хвостик сделай. Я хочу посмотреть.
— Не буду я. Да что это такое?
— Иди, иди давай, я посмотрю. Ну сама посуди. Канал твой? Твой. Кого там хотят видеть? Тебя. Надо, Ань. Давай, я жду. Времени не так много, — мужчина многозначительно посмотрел на наручные часы.
Я рвано выдохнув свое недовольство резко встала из-за стола. Я была крайне взвинчена и растеряна. Решение не сниматься ни в каком фильме, а пригласить для этого профессиональных актеров настолько мне пришлось по нраву, что я уже практически свыклась с ним и сроднилась.
На эмоциях дошла до санузла на первом этаже. Посмотрела в зеркало на идеальную внешность, укладку, и решительно собрала волосы в пучок.
«Надо, Аня, надо».
Нервными движениями намылила руки, вполголоса костеря интернет, кино, посланницу-волчицу и весь этот мир в целом, начала остервенело смывать макияж, который так тщательно и долго наносила этим утром.
В заднем кармане, как это водится, в самый неподходящий момент раздался рингтон телефона.
Разве что не завопив в голос от досады, наспех умылась, больше размазывая мыло, чем его смывая. Дотерла остатки полотенцем и ответила на разрывающийся сигналами входящий звонок.
— Рита? Ты чего? У вас же пары!
— Аня, беда! — подруга крикнула в трубку таким голосом, что у меня внутри что-то оборвалось.
Я лишь крепче вцепилась рукой в край раковины, готовясь слушать.
— Сенсей пропал!
Слова сбили с мысли.
— Что за бред? Куда он мог пропасть? Уж кто-кто, а он за себя может постоять.
— Ничего не знаю. Позвонила наша соседка, эта милфа его. Рыдает, я ничего понять не смогла. Мы на парах были. Сейчас сорвались, бежим к метро. Ты тоже подъезжай.
И она бросила трубку. Я растерянно посмотрела на телефон, на себя в зеркало. Матюгнулась и побежала в гостиную к Александру.
Мужчина поднялся мне навстречу.
— Какая ты смешная. Может, ты и права была. В фильме нужна постельная сцена, а нас за тебя забанят, как за пропаганду секса с малолетними.
