о чем он размышлял. Она не только вела себя хорошо во время их маленькой экскурсии, но и думала, что флешка, которая в настоящее время прожигает дыру в ее кармане, может, по крайней мере, указать им правильное направление.
Как только они вернутся домой, смогут взглянуть на нее и двигаться дальше. Ей просто хотелось бы сказать ему что-то более вразумительное, чем «у меня есть предчувствие». Пока что эти слова не казались ему убедительными.
Может быть, если бы она спела ему песню из мюзикла «Баффи»… Но нет, Кайли не была настолько жестокой, иначе он поймет, что ей медведь наступил на ухо.
В конце концов, она решила, что единственный способ справиться с мистером Ворчливые Штаны — это просто забыть о нем. Не думать ни о нем, ни о его настроении и просто продолжать жить, как в любой другой день. Или, знаете, в любой другой день, когда она охотилась за лидером злого культа, стремящегося устроить конец света. А с кем такого не случалось, верно?
Поскольку Кайли была щедрой душой, она не игнорировала Дага полностью. На самом деле, когда она забегала в свой любимый гастроном за обедом, даже купила кое-что и для него. Пастрами[5], представьте. Если это не поступок бескорыстной женщины, то она не знала, что это такое.
Она также избегала разговоров с ним, поскольку он, казалось, не обладал искусством общения. Похоже, его интересовали мускулы. Честно говоря, иногда Кайли задумывалась о токсическом воздействии тестостерона в крови.
Когда они вернулись домой, она сразу направилась в кабинет, где устроилась за своим столом со свежей бутылкой газировки, маринованным огурцом и куском ржаного хлеба. Даг замер в дверном проеме, нахмурившись. Ее сердце пропустило удар.
— Ты никогда не употребляешь нормальную пищу?
Кайли замерла, не донеся половину сэндвича до рта.
— Ты никогда не вынимаешь палку из своей задницы?
Он отпрянул назад, выражение его лица изменилось с пасмурного на предупреждающее торнадо.
— На что ты намекаешь, человек?
— Это означает «расслабься», и я настоятельно рекомендую тебе прислушаться к этому совету. Ты выглядишь так, словно как линия разлома вот-вот треснет. — Она откусила огромный кусок сэндвича и уставилась на него, прожевывая.
— А ты, похоже, не воспринимаешь нашу миссию всерьез, — обвинил он, положив свой обед рядом с ее. Предположительно для того, чтобы еще больше подчеркнуть свое нахмуренное лицо. — Ты не понимаешь, что поставлено на карту? Мне нужно объяснять, что случится с тобой, твоей семьей, твоими друзьями, твоим миром, если ночным удастся освободить Семерых из тюрем, в которые они были заключены?
Кайли запила сэндвич колой, выражение ее лица стало сердитым. Мало того, что Страж оказывал на нее дурное влияние, так теперь он еще и разговаривал с ней свысока. Она ненавидела, когда с ней разговаривали свысока. Это было в списке рядом с игнорированием и проигрышем.
Ладно, хорошо, у нее был довольно обширный список. С большой буквы С.
— Послушай, крепкий мальчик, я все прекрасно понимаю, — прорычала она, откинувшись на спину стула, покачав ногой в знак раздражения. — Но я также понимаю, что вышагивать каждую секунду дня, ворча о том, что может случиться, — не очень эффективная стратегия для предотвращения этих событий. У нас есть план, у нас есть первая подсказка, которую мы искали, и мы знаем, какова наша конечная цель. На мой взгляд, это означает, что лучшая стратегия — не злиться друг на друга, а сосредоточиться на текущей задаче, пока мы не решим, какой будет следующая задача. У тебя есть идея получше?
— Да. Я оторву головы ночным и брошу их тела в адское пламя.
— Ладно, во-первых, фу. А во-вторых, дерзай жеребец. — Она широко открыла глаза и прикоснулась пальцами к открытому рту. — О, подожди, точно. Ты не можешь. Потому что ты даже не знаешь, где они. Это возвращает нас к моей мысли, что лучшее, что мы можем сделать, это следовать подсказкам, которые ведут нас в их направлении. Как только мы найдем ночных, ты сможешь их растерзать. А я отвернусь.
Кайли наблюдала, как гаргулья боролся со своим гневом, его кулаки сжались, а мышцы челюсти подергивались, как мексиканский прыгающий боб. Она продолжала есть свой сэндвич, покачивая ногой. Что она могла сказать? У нее слабость к хорошей пастрами.
Внезапно Даг сдавлено зарычал, сверкнул клыками, а затем расслабился.
— Я не люблю ждать, — признался он, схватил белый пакет с едой и опустился в кресло царя Давида, как капризный карапуз. — А бездействие меня раздражает. То, что вчера напавшие на тебя мерзавцы-ночные не оказали достаточного сопротивления, а сегодня я не нашел цель, которую можно было бы преследовать, вывело меня из равновесия. Без битв, я чувствую себя бесполезным.
Ладно, это она могла понять. Кайли ненавидела чувствовать, что у нее связаны руки.
Как она сказала, это был большой список.
— Я понимаю, но вряд ли можно назвать тебя бесполезным, — сказала она, с хрустом вгрызаясь в маринованный огурец. Кайли пожевала минуту, а затем продолжила. — Из нас двоих ты единственный, кто действительно понимает, с чем мы столкнулись. Я бы не смогла войти в квартиру Отта, не узнав, что ночных там уже нет и что он не очень высоко в командной цепочке. Это все сделал ты.
Кайли сделала паузу и нахмурилась.
— Но помимо этого, у меня возникает вопрос. Он не дает мне покоя с тех пор, как мы впервые поговорили с Уинн и Ноксом. Я понимаю, что в случае с остальными ночные знали о них заранее… где находятся другие Стражи, и что другие девушки обладают магическими способностями. Но я не могу понять, зачем кому-то из Общества преследовать меня. То есть я не знала о вас, ребята, раньше; даже не думала о своих способностях как о чем-то ином, кроме как немагических; и они, возможно, знали, что ты Страж, но не напали на тебя. Они напали на меня. Что делать с этим?
Даг развернул свой сэндвич, выражение его лица стало задумчивым.
— Я не думал об этом, но, возможно, ответ кроется в подсказке, которую, по твоему мнению, мы нашли. — Он указал на флешку, которую она бросила на стол, торопясь приступить к обеду. — Если мертвец действительно был членом Общества, возможно, именно он привлек к тебе их внимание. Если ты проявила любопытство к их делам, возможно, ты вызвала их интерес.
— Наверное, ты прав. — Она завернула вторую половину своего сэндвича и отложила в сторону. Ни у кого не было достаточно большого желудка, чтобы съесть одно из лучших блюд Сола за один
