которая всё равно ничего не наследует.
— Тогда будем исходить из того, что способности Клио превосходят способности обычных псиоников?
— Ты сама видела — нуль-волновые ограничители едва сдерживали её силу. Я не уверена, что всё обстоит именно так, но точно знаю одно — японцы считают Хикари одним из лучших воинов современности. А если её потенциал был дополнительно усилен…
— Видимо, на это и рассчитывают криптархи. Но она не верит им. И никогда не поверит. Неужели Голоса этого не понимают?
— Понимают, само собой. Как понимают и то, что Хикари знает о тифонах намного больше, чем говорит. Она служила в десанте, который уничтожал лагеря, базы, мегаструктуры и биолаборатории, и видела, чем они там занимались. Они добивали обезглавленное войско и видели достаточно.
— А если она и правда считает, что тифоны уничтожены?
— Тогда доминионцы слишком горды, чтобы признать тот факт, что нет больше никакой войны. Есть только уничтожение отродий, оставшихся после тифонов. Разве это занятие, достойное гордого воина? Спираль времени совершила очередной виток и теперь люди снова начнут воевать с людьми. Как встарь.
* * *
Цитадель была оборудована общими душевыми и купальнями. О причинах такого архитектурного подхода Минерва так ничего и не выяснила.
Судя по шуму воды, в душевой кто-то был. С трудом стянув непослушными пальцами одежду, она прихватила одноразовое полотенце и заглянула туда.
У стены спиной к ней стояла Клио, которая сначала выгнулась под горячими струями, потом упёрлась широко расставленными руками в стену и опустила голову. Её наготу ненадёжно прикрывали лишь облачка пара, позволяя рассмотреть каждую мышцу тела. Светлую кожу покрывали роскошные цветные татуировки с традиционными азиатскими мотивами.
Аканэ сказала, что эти татуировки делают с помощью тэбори — специальной бамбуковой палочки. Удивительно, но доминионские тату-мастера всё ещё продолжали использовать этот примитивный инструмент, создавая шедевры. Это был долгий болезненный процесс, сопровождающийся большой кровопотерей. Так хитокири демонстрировали свою стойкость, выносливость, умение выносить боль и доводить начатое до конца. Оставить свою татуировку незаконченной означало стать изгоем.
И шрамы, разумеется. Шрамы, скрытые татуировками. Шрамы, полученные уже после нанесения татуировок. Множество шрамов на спине — в жизни Клио хватало предательств. Левая рука была изуродована ожогами, на ней места живого не осталось — всё пространство от плеча до запястья было сожжено.
— Выстрел из плазмера, — сказала Клио, предугадав невысказанный вопрос. — Местами сожгло до костей. Да, боль была адская.
— Ты весьма… прямолинейна.
— Брат говорит, что это позволяет мне завоёвывать сердца. Так и будешь стоять там?
Клио повернулась. На её плечах выделялись чёрные драконы — знак неограниченной власти и одновременно принадлежности к Обществу чёрного дракона, знаменитой националистической организации.
— Не бойся, я не собираюсь покушаться на твоё достоинство.
Дредлоки она расплела, и мокрые волосы облепили полукружья идеальной груди. Но платье с декольте принцессе уже никогда не надеть. Хотя едва ли она любила подобные наряды.
— Что-то не так, Минерва? Не узнаёшь меня без слоя грязи? Даже если и так, то возвращать его я не собираюсь. Может, это из-за шрамов? Или из-за хоримоно? Ну, татуировок?
— Непривычно видеть хитокири без причёски и облачения, — ответила Минерва.
— Всё бывает в первый раз. И всё повторяется. Хотя меня даже мать видела без дредлоков лет двадцать назад, когда я была ещё ребёнком.
В глазах потемнело. Минерва качнулась вперёд и вынужденно упёрлась рукой в грудь Клио, чтобы не упасть.
— Ты решила соблазнить меня, что ли? — спросила Клио, саркастично приподняв бровь. — Если так, то ничего не выйдет — у меня иные предпочтения.
— Я не пытаюсь соблазнить тебя, Клио.
Принцесса довольно заулыбалась.
— С тобой даже пошутить нельзя, ты всё воспринимаешь слишком серьёзно. Идём.
Клио потащила её за собой. Голова кружилась, Минерва двигалась неуклюже.
— Подожди…
— Заткнись.
Клио запела. Слов Минерва не понимала, принцесса пела на японском. Но тьма отступила, сознание прояснялось, она снова обрела контроль над своим телом.
— Полегчало? — спросила принцесса.
Минерва вздохнула с облегчением.
— Да. Как ты это сделала?
— Это киайдзюцу — та часть искусства, которая ориентирована на владение голосом. Мастера умеют облекать свои чувства в слова и воздействовать ими на материю. Но я не владею им в должной мере. Меня учили убивать, а не исцелять. Эффект во многом зависит от того, как ты относишься к человеку, которого исцеляешь.
Дальнейшее Минерва запомнила лишь фрагментами.
Позже она пришла в себя, лёжа на широкой скамье в раздевалке. Клио принесла её сюда и завернула в напечатанную фабрикатором простыню. Принцесса сидела рядом и поправляла волосы.
Клио изящно выгнула спину и посмотрела Минерве в глаза.
— Пришлось остаться и присмотреть за тобой.
Принцесса принялась одеваться. Подъёмы ступней у неё низкие, как у ребёнка. Наверное, Клио сложно подобрать себе подходящую обувь.
— Ты принадлежишь к знатному роду, — сказала принцесса. — А это значит, что я могу кое-что предложить тебе.
— Что именно?
— У меня есть далеко идущие планы, для реализации которых понадобятся достойные люди.
— Едва ли это возможно.
— Почему нет?
— Я неизлечимо больна. Моя жизнь скоро оборвётся.
— А что касается оптикомиелита, то это не проблема. На моей родине биотехнологии неплохо развиты и могут если не полностью исцелить тебя, то сделать жизнь более сносной. Нашим врачам нет равных во всём мире. Как и нашим мистикам-оммёдзи, практикующим лечение с помощью Искусства.
По коже побежали мурашки. Обрывочные сведения о группе Чёрное солнце, в которой собрали лучших врачей и учёных со всего Доминиона, будоражили воображение. Они достигли небывалых высот, проводя незаконные эксперименты и изобретая новейшие виды оружия. Побочным эффектом стало развитие медицины.
Минерва снова приподняла голову.
— А как к этому отнесётся твоя семья?
— Мне это безразлично. — Клио пожала плечами. — Время от времени у Дома Серас появлялись советники-иностранцы, так что это не станет прецедентом.
Принцесса натянула кожаную куртку и встала.
— Подумайте над моим предложением, советница Дюпре. — Тон Клио снова стал официальным. — Можете приходить ко мне в любое время. Я предупрежу охрану, вас пропустят. Не буду скрывать — я рассчитываю на положительный ответ.
Минерва откинулась на скамью и уставилась в потолок. Клио вышла. Она что-то сказала стоящей за дверью Аканэ, и та тут же ворвалась в раздевалку.
— Минерва! — Аканэ помогла ей сесть. — Что с тобой произошло?
Минерва поморщилась.
— Всё то же, ничего нового. Не будем заострять на этом внимание. Лучше скажи — о чём ты говорила с ней?
— Ни о чём. Клио сказала, что ты умерла.
Что ж, это было не так уж далеко от истины.
— Это в таких случаях американцы говорят FUBAR? — спросила Аканэ.
— В таких случаях они
