Принцесса села на кровати, подтянула ноги к груди и начала качаться из стороны в сторону.
— Они остались там, во тьме, — едва слышно бормотала она, уставившись в стену. — Я всё ещё слышу их голоса. Они живы, мне нужно вернуться и спасти их. На этот раз я останусь и всё исправлю. Никто не умрёт в…
Клио замерла. Минерва проводила ладонью у неё перед глазами, пощёлкала пальцами. Никакой реакции.
— Клио? Ты меня слышишь?
— Тебя нет, — внезапно заявила принцесса, насупившись. — Это всего лишь сон. Ложное пробуждение, мать его…
— Очнись, Клио! Это не сон. Что с тобой творится?
— Мои товарищи по оружию умирают. — Принцесса встала и расправила плечи. — Ты понимаешь? Мы давали клятву… Они умирают, пока я разговариваю с галлюцинацией!
— Я не галлюцинация.
— Враньё!
Минерва отвесила Клио такую пощечину, что едва не сбила её с ног.
— Теперь убедилась?
Принцесса тряхнула головой.
— Знаешь, не на такое я рассчитывала. Или ты решила, что мне нравится грубые ласки?
К ней вернулся обычный самоуверенный вид, как будто ничего не произошло.
— И что это было? — спросила Минерва.
— Ничего. Всего лишь дурной сон.
— Не вешай мне дерьмо на уши.
— Лучше не лезь не в своё дело, Минерва.
— Ты бываешь просто невыносимой сукой. Из тебя слова лишнего не вытянешь, Клио.
— Я не готова об этом говорить.
Клио помолчала, думая о чём-то.
— Я была там, — наконец решилась она.
— Где? В Бездне?
— Да.
— Никогда не понимала, что Доминион ищет там. Даже найденные артефакты не стоят жизней сотен солдат, которых вы теряете.
— Приказы императора не обсуждаются.
Принцесса потёрла виски.
— Мне нужно отдохнуть. Покажешь мне Майринген?
— Ты уходишь от ответа.
— Даже если и так, то что дальше?
— Я лишь хочу помочь тебе, Клио.
— Мне не нужна помощь.
— Но…
— Я справлюсь. Сама, без твоего участия.
Минерва сочувствовала ей, но никак не показала этого. Сочувствие вызывало у Клио ярость.
— Ты прошла через ад.
— Я до сих пор в нём.
Воспоминание седьмое
Минерва не придумала ничего лучше кроме как пригласить Клио в кино. Принцесса была в восторге.
— Я никогда не была в кино, — призналась она.
Минерва случайно взяла билеты на последний ряд. Вместо кресел там стояли небольшие диванчики, на которых можно было сидеть только тесно прижавшись друг к другу.
Принцесса с интересом следила за происходящим на экране и задавала много вопросов. Некоторые моменты вызывали у неё недоумевание или искренний смех. Европейская культура казалась ей сложной и непонятной.
— У вас странное понимание героизма, — сказала Клио, когда они вышли из кинотеатра. — Вы превозносите человека, который ставит свои интересы выше интересов общества. В Японии всё наоборот.
Принцесса сжала кулак.
— Только вместе люди становятся сильнее. Одиночки не выживают.
Воспоминание восьмое
Иногда Клио своим поведением походила на ребёнка. О возрасте принцессы Минерва ничего не знала, но на вид ей было лет семнадцать-восемнадцать.
В сущности, она и была ребёнком, ребёнком войны. Судьба Клио была предрешена ещё до рождения — она должна была стать оружием. У доминионских псиоников никогда не было выбора.
Минерва огляделась. За ними должны были следить, она чувствовала это. Японцы не оставили бы принцессу без надзора. Но хвост умело скрывался в толпе, не выдавая себя.
За это время Клио успела поругаться с индусом, продающим мороженое — все франки она оставила в баре, а принимать доминионские квантовые деньги торговец отказался.
— Где тут терминал-декодер? — спросила принцесса.
— Это ещё что такое?
— Я заплачу, — сказала Минерва.
Получив желаемое, Клио тут же забыла о конфликте и залезла на гранитный монумент, стоящий на краю площади. Она села, скрестив ноги, и принялась есть мороженое, глядя на голубей.
— Ваша сестра невыносима, — заявил индус.
— Она мне не сестра.
— А кто? Какая-нибудь американская туристка?
— Это принцесса Японии, — честно ответила Минерва.
— Ну да.
Похоже, индус ей не поверил.
— И причёска у неё дурацкая. Так и скажите.
К счастью, Клио этого уже не слышала. Её интересовало только мороженое и голуби. Минерва влезла на колонну и встала у неё за спиной.
— За нами следят.
— Я знаю, — равнодушно ответила Клио. — Они шли за нами всё это время.
— Могла бы предупредить.
— Зачем? Ты всё равно ничего не можешь с этим сделать.
— О чём ты думаешь, Клио? — спросила Минерва, устраиваясь рядом.
Гранит постепенно остывал, но был ещё достаточно тёплым.
— Когда-нибудь я возглавлю войска Доминиона и сделаю свою страну великой, — ответила Клио. — Я уничтожу ёкаев и верну все земли, по праву принадлежащие человечеству.
Минерва отвернулась, пряча улыбку. Грандиозные планы принцессы забавляли её. Множество людей десятилетиями мечтали об этом, но ещё никто не смог осуществить задуманное.
— Я докажу отцу, что достойна этой чести, — продолжала Клио.
— Тебе придётся постараться.
— Ты не веришь в меня, Минерва?
Она подсела поближе и обняла Клио за плечи.
— Верю. Ты молода, у тебя достаточно времени в запасе.
Принцесса приманила нескольких голубей лёгким псионическим воздействием и попробовала соорудить из них пирамиду, заставляя стоять друг на друге. Птицы отчаянно били крыльями, но равновесие держали плохо, и Клио отпустила их.
— У тебя есть мечта, Минерва? — спросила она. — О чём ты грезишь?
— О покое, — ответила она после долгой паузы.
Клио молчала. В словах не было нужды.
Воспоминание девятое
Минерве давно нужен был слушатель. Внимательная Клио идеально подходила на эту роль. Принцесса умела располагать к себе. С ней можно было говорить открыто.
— Тебя что-то гнетёт, — сказала Клио. — Можешь поделиться этим со мной. У тебя солнечная душа, Минерва, не стоит омрачать её молчанием.
Незаметно для себя Минерва рассказала малознакомой иностранке всё.
Идиллия закончилась через неделю, когда Клио убила Констанцию. Этому предшествовала ссора с Юкико.
Клио не скрывала своей ненависти к корпоратам. Во время очередного заседания она повернулась к Юкико и произнесла несколько фраз, поставивших всех присутствующих в тупик — принцесса говорила не на обычном японском языке.
— Я не понимаю диалект Цугару, — сказала Ямагути, обращаясь к Юкико. — О чём говорит ваша сестра, принцесса Серас?
— Вам лучше не знать, Ямагути-сан, — ответила Юкико.
Клио встала.
— Я сказала, что меня уже тошнит от вонючих корпоратов, которые лезут в государственные дела, — сказала она и добавила несколько фраз на русском, которые заставили Юкико поморщиться.
— Выбирай выражения, Клио.
— И не подумаю. Этот органоклон слишком высокого мнения о себе.
Лицо Ямагути Йоко оставалось непроницаемым.
— Вы забываете об одном важном моменте, Серас-доно, — медленно проговорила она — Я представляю дзайбацу, который является основным кредитором императорской семьи. Без нас император не смог бы вести свои исследования в Бездне.
