которым вы недавно встречались.
До Макса дошло, кто это, и он пожалел, что не записал при встрече имя таиландца.
– Слушаю вас, господин… менеджер, – только и смог он ответить, так как не осилил с первого раза имя, произнесенное таиландцем.
– Я хочу вам сказать, что бомж Гюнтер снова здесь…
– И он на месте в данный момент?
– Думаю, что да, господин сыщик… Только поторопитесь, а то он скоро напьется… Насобирает денег и напьется.
– Большое спасибо, господин Сомчай… – дальше у него не получилось, а таиландец, не дожидаясь конца фразы, отключился.
Макс быстро сбежал вниз и, бросив на ходу ошеломленной фрау Гертнер, что вернется вечером, побежал к своему «Рено».
Бомжа он увидел издалека. Слегка пошатываясь, тот грузил свои нехитрые пожитки в тележку. Тележка была прицеплена к велосипеду. Вокруг, дожидаясь, пока хозяин закончит сборы, бродила старая дворняга (что за бомж без собаки!).
– Привет, Гюнтер! – крикнул Макс.
Бомж обернулся и внимательно на него посмотрел. Долговязый, рыжие волосы, выбивающиеся из-под бейсболки, опухшее в крапинах лицо, бесцветные глаза под такими же бесцветными бровями.
– Откуда вы меня знаете, господин? – слегка икая, спросил он.
Макс подошел поближе и вынужден был сморщить нос, ибо в ноздри кроме перегара шибануло запахом давно не мытого тела. Он не выдержал и сказал:
– Послушай, приятель… По-моему, в ночлежках имеется душ и все необходимое, чтобы помыться.
Продолжая икать, бомж сказал:
– Я уже давно не был в ночлежке, не всегда получается туда добраться… Я люблю свободу… Так откуда вы меня знаете, господин?
Макс рассказал ему, что имя он узнал от хозяина азиатского ресторанчика, расположенного поблизости. И уточнил, что это тот таиландец, который иногда его кормит.
– А, Сом-ч-ай… – проикал Гюнтер.
– Точно.
– А зачем это он вам обо мне рассказывал?
– Примерно неделю назад здесь застрелили мужчину, а ты, Гюнтер, мог что-то видеть…
Он моментально протрезвел и спросил:
– А вы что… из полиции?
– Как раз нет. И считай, что тебе повезло. Полиция тебя сейчас бы отвезла куда-нибудь мыться. Я частный детектив Макс Вундерлих.
– Ну и что?
– Хочу задать тебе пару вопросов.
– Ничего я не видел, господин частный детектив. А если даже и видел, то зачем мне лишние проблемы, – осмелел вдруг Гюнтер.
– Никаких проблем у тебя не будет, приятель, зато ты сможешь, возможно, мне помочь, – сказал Макс и достал двадцать марок.
Увидев купюру, Гюнтер изменил тон, на лице его обозначился интерес.
– Ну, если без проблем, тогда можно… – сказал он и протянул руку за купюрой, которая сразу исчезла в кармане его замусоленного пиджака, – спрашивайте, господин сыщик.
– Расскажи-ка, Гюнтер, как было дело.
– Сначала я ничего не видел. Я уже прилично выпил и дремал, положив голову на Джека…
– Кто такой Джек?
– Как кто… Мой пес… Вот он крутится возле меня, никак не дождется, когда же мы тронемся в путь.
– Понятно. Дальше.
– Значит, я дремал, и вдруг меня разбудил громкий звук… Я поднял голову и увидел мужчину, который, согнувшись, держался за плечо…
– За левое или правое? – из чистого любопытства спросил Макс.
– Не могу сказать, господин сыщик…
– Хорошо. Дальше.
– Симпатичный такой мужчина, высокий, а вокруг него прыгал парень с пушкой…
– Как он выглядел?
– По сравнению с этим мужчиной никак…
– Что это значит?
– Ну, небольшого роста, худощавый… А этот, который держался за плечо, был видным парнем…
– Я не об этом. Во что он был одет? Другие приметы…
– Пиджак на нем был и джинсы… Да, черные очки… Волосы светлые…
– Что было под пиджаком?
– Как что… тело…
– Я имею в виду, что было надето под пиджаком?
– Ах, это… Думаю, обычная майка с круглым вырезом…
– Какого цвета?
– Не скажу, господин сыщик… Я ведь прилично выпил…
– Хорошо. Что было дальше?
– Этот с пушкой пальнул еще раз… И видимо, на этот раз он его прикончил… Потому что тот упал на спину и, пожалуй, больше не шевелился…
– Что было потом?
– Как что? Этот дал деру…
– Вот так сразу?
– Пожалуй, не совсем сразу… Он подскочил к убитому, быстро наклонился и вытащил у него что-то из внутреннего кармана пиджака…
– Ты точно это видел?
– Да, точнее не бывает…
– Может быть, ты даже видел, что он у него вытащил?
Гюнтер замялся, видимо, решив, что уже много рассказал. Макс достал еще десять марок, которые моментально исчезли в другом кармане бомжа.
– Пожалуй, видел… Это было портмоне…
– Уверен?
– Что же я, портмоне никогда не видел?
– Цвет ты, конечно, не разглядел…
– Обижаете, господин сыщик… Коричневый, темно-коричневый…
– Что было дальше?
– Вот теперь-то он дал деру, а через некоторое время появился Сомчай и побежал за ним…
– У этого в черных очках, когда он убегал, пистолет был в руке?
– Да, пушка была еще при нем…
– Что было потом?
– Потом вернулся Сомчай и вызвал полицию. Тут я, господин сыщик, сами понимаете, собрался и вместе с Джеком скоренько смылся…
– Спасибо, Гюнтер, ты мне здорово помог. Желаю тебе сегодня добраться до ночлежки и вымыться.
Бомж, довольный, что допрос закончился, подал команду своему четвероногому приятелю, сел на велосипед и покатил.
Макс некоторое время размышлял, как далеко сегодня доберется Гюнтер, хотя был почти уверен, что тридцать марок, полученные бомжом, вряд ли позволят ему сегодня добраться до ночлежки.
Затем мысли его переключились вновь на расследование. Он пошел к автомобилю, сел в него и, закурив, стал размышлять над информацией, вытянутой из бомжа. Ему нужно было осознать, что полезного он узнал и насколько это продвинет или, наоборот, замедлит ход дела.
Он вспомнил, что так и не спросил про портмоне у Кристины Маттерн.
Она сразу же взяла трубку.
– Слушаю вас, господин Вундерлих.
– Фрау Маттерн, совсем маленький вопросик… просто забыл спросить вчера…
– Да, пожалуйста.
– Я думаю, что, бывая с Рольфом Гаммерсбахом в ресторанах или иных местах, где нужно было рассчитываться наличными, вы заметили, откуда он доставал деньги?
– Да, конечно. Это было портмоне темно-коричневого цвета.
– Какой формы?
– Как сказать… Обычное мужское портмоне прямоугольной формы… А что?
– Пока ничего, фрау Маттерн. Просто мне необходимо это знать. Пока ничего… Извините, что оторвал вас.
– Нет проблем, господин Вундерлих, – закончила она и отключилась.
«Если, – думал он, – в портмоне были расписки и напавший на банкира знал об этом, то отыскать расписки можно, только разыскав убийцу. А если убийца действовал по заданию того, у кого бриллиант? Тогда плакал наш бриллиантик… А если убийца действовал в собственных интересах или по поручению другого лица, не владеющего бриллиантом, то и тот, и другой очевидным образом столкнутся с проблемами, если пожелают предъявить расписки держателю бриллианта… А если?..»
Часть вторая
10
Пятидесятилетняя Магда Пфеффер, тяжело дыша, неторопливо поднялась по лестнице многоквартирного дома, расположенного в восточном Берлине на Карл-Либкнехт-штрассе. Отперев дверь и протиснувшись в небольшую кухоньку, она начала выкладывать на стол принесенные из магазина покупки. Рассматривая этикетки на упаковках и сверяя указанные там цифры с напечатанными на чеке из магазина, Магда Пфеффер не переставала вздыхать, что само по себе не было чем-то необычным. Даже если Магда обнаруживала, что цены остались теми же, какими они были месяц или даже год назад, она не могла сдержать возглас: «Боже! Как же все
