видел это существо). Другие утверждали, что олененок умер, и что Серторий похоронил его и только делал вид, что тот исчез. Некоторые заявили, что олененка украли, но о смерти девственницы никто ничего не сообщал. Возможно, самый дикий или самый зловещий слух утверждал, что олененок появился в лагере Помпея и теперь стал его доверенным лицом.
Ничего из этого не помогло. После того, как местная толпа ночью разошлась по домам, я спросил нашего хозяина, что он обо всем этом думает.
– Ни один из них не знает, куда исчез олененок! Это только куча болтунов, – сказал Лакро достаточно весело, а почему бы и нет? В тот день он, должно быть, получил неплохую прибыль от продажи вина, и многие завсегдатаи даже остались поужинать. – Единственная история, которая мне показалась более-менее правдоподобной, была история об олененке, которого видели на болотах.
– Что это за история? Я, видимо, пропустил ее.
– Это потому, что парень, который ее рассказал, не кричал, как дураки, которым нечего было сказать. Он стоял здесь, возле прилавка, и разговаривал со мной. Это мой старый друг; иногда мы вместе с ним ставим ловушки на болотах. Он был там сегодня рано утром. Говорит, что мельком увидел что-то белое вдали, в зарослях болотных деревьев.
– Возможно, он видел птицу.
– Слишком большое оно было для птицы, - сказал он, - и двигалось, как зверь, туда-сюда, по земле.
– Он подходил поближе?
– Он попытался. Но к тому времени, когда он добрался до деревьев, там уже никого не было – ничего, кроме свежих отпечатков копыт в грязи и чьих-то следов. Он уверен, что это были следы молодого оленя.
– А другие следы?
– Двоих мужчин, - сказал он. - По одному с каждой стороны олененка.
Экон схватил меня за руку и пожал ее. Я согласился; это было очень интересно.
– Твой друг пошел по этим следам?
– Нет, он повернулся и пошел по своим делам, проверять свои ловушки, – Лакро приподнял бровь. – Он о многом молчит, но, судя по выражению его лица, я думаю, он испугался, когда увидел эти следы. Этот парень изучил болота, как лицо своей собственной матери; он замечает все что там творится, и чувствует, если там что-то не так. Он увидел эти следы и ощутил легкий трепет, стоя там, где прошел дар Дианы. Запомните мои слова, этот белый олененок находится на болотах.
Эко подтолкнул меня и прижал руки к горлу, изображая удушение. Лакро выглядел озадаченным.
Я объяснил.
– Если твой приятель побоялся идти по этим следам, то, вероятно, у него хороший инстинкт. По крайней мере, один человек уже был убит похитителями олененка.
– Я не совсем понимаю вас.
Я пристально посмотрел на него.
– Вчера ты хорошо отзывался о Сертории…
– Да.
– И ты с благоговением говорил о белом олененке…
– Это же дар Дианы.
– Лакро, я хочу открыть тебе большой секрет. Кое-что очень важное.
– Так чего вы же ждете? Кто может хранить секреты лучше, чем трактирщик? – Он поднял большой палец и указал на спальные помещения наверху, как бы намекая на все свидания, которые происходили под его крышей, которые никогда и никому не будут им раскрыты.
– Как ты считаешь, этот твой друг тоже может хранить тайны? – спросил я. - И что более важно, как ты думаешь, он согласится провести незнакомцев на болота? Конечно, будет какая-то опасность, но за все это будут хорошо заплачено. Заплачено вам обоим…
Еще затемно, еред рассветом на следующее утро мы отправились на болота.
Лакро и его друг, которого звали Стиленсис, шли впереди. Экон и я следовали за ними.
Мы подошли к роще деревьев, где Стиленсис обнаружил следы. Они все еще были видны в грязи, резко различимые первыми косыми лучами солнца. Мы пошли по ним. В местах, где земля была слишком твердой или слишком мягкой, тропа, казалось, исчезала, по крайней мере, на мой взгляд, но наши опытные проводники смогли различить даже самые слабые, еле видимые, следы. Правда, иногда даже они теряли следы, а когда это случалось, то терпеливо кружили вокруг, пока не находили их снова. Иногда я видел, как они это делали, по сломанной ветке или смятому листику; в других случаях мне казалось, что ими руководил какой-то скрытый инстинкт или простая удача. Возможно, Лакро скажет потом, что это Диана указала им путь.
Кроме того, казалось, что они каким-то неизвестным чувством уловили момент, когда мы оказались в пределах слышимости нашей жертвы. В тот же момент Лакро и Стиленсис повернулись и жестом попросили нас замолчать.
Что касается врагов, то их было только двое, как и указывали следы; но следы также указывали, по их размеру и глубине, что люди, оставившие их, были крупными мужчинами, в больших сандалиях и довольно тяжелыми. К счастью для нас, когда мы наткнулись на них, они еще спали. У них не было палатки, и они не разводили костра. Они спали на ложе из листьев, накрывшись легкими одеялами.
Лакро и Стиленсис принесли свои охотничьи луки. Пока они доставали стрелы и прицеливались, мы с Эконом стащили с мужчин одеяла. Они сразу же проснулись, вскочили на ноги и замерли, увидев нацеленные на них стрелы. Они ругнулись на каком-то из местных языков.
Лакро спросил их, что они сделали с белым олененком. Мужчины заворчали и указали на густой кустарник.
На небольшой поляне мы с Эконом наткнулись на него. Он была привязан к небольшому деревцу и спал, скрестив ноги. При нашем приближении он пошевелился и поднял голову. Я ожидал, что он вскочит и попытается убежать. Вместо этого он сонно посмотрел на нас и несколько раз моргнул, затем запрокинул голову и, казалось, зевнул. Он медленно и методично выпрямил конечности и поднялся на ноги, затем подошел к нам и поднял мордочку, чтобы его погладили по носу. Экон вздыхая от восторга, погладив тыльной стороной ладони мерцающий белый мех под его глазами.
