Никогда не понимала, как телефон может быть дороже холодильника.
— Спасибо, но мне бы что-нибудь более… разумное. И бюджетное. В общем, мне нужен телефон, которым не жалко забивать гвозди.
Продавец разочарованно вздохнул и полез на верхнюю полку. Видимо, именно там у них стоят гаджеты, которые могут выполнять функцию молотков.
Минут через десять я, обзаведясь новым мобильником модели «неубивайка», потопала к дому. За одеждой не пошла — настроение пропало.
Пока добиралась до дома, гнев мой несколько поутих, но вспыхнул вновь, когда я увидела возле подъезда… ту самую герлу с обложки журнала.
Герла, поставив сумку на скамейку, нервно переминалась с одной изящной ножки на другую. Ножки эти, обутые в модные сапоги, торчали из-под шикарной светло-рыжей шубы — не знаю уж, чей это мех, не разбираюсь я в шубах, но выглядел он очень дорого, — и были они идеально стройными. А светлые волосы, лежавшие поверх меха — ухоженными и блестящими.
Нет, она точно супервумен. На улице минус двадцать, а она без шапки.
Я поплотнее надвинула на черепушку свою родимую шапочку, связанную бабушкой, и хотела проскользнуть мимо герлы в подъезд, но она вдруг заговорила. Я чуть не подпрыгнула от неожиданности, покосилась на неё — а-а-а, это она не мне, а по телефону…
— Привет. Не-а, не получилось. Да не переживай, не пропаду, решу я эту проблему с жильём. Деньги есть, сниму пока квартиру, а там посмотрим. Мужиков, знаешь ли, много на свете, — герла как-то похабно рассмеялась. — А на меня они всегда клевали…
Дальше слушать я не стала — почему-то было противно. Вошла в подъезд, посмотрела на лифт… Внимательно так посмотрела… И вроде бы нет рядом Дятла, а всё равно как-то боязно. Не хочется проверять эту конструкцию на прочность…
В результате я решила пойти пешком. И вот ведь! Ну почему так?! Почему если мне надо ехать в лифте — Дятел тут как тут, — и если надо идти по лестнице — тоже! Всё время он оказывается рядом!
В общем, как раз когда я была на девятом этаже, дверь квартиры Андрея открылась, и на лестничную площадку шагнул он сам. Удивлённо поднял брови, заметив меня, а затем улыбнулся. Улыбнулся так, как будто ничего не случилось!
— А где Афоня?
Я, подавив рассерженное пыхтение, честно ответила:
— Дома.
— Погуляли уже?
— Естественно, — пробурчала я, нахмурившись, — уж обед скоро, стала бы я его мучить так долго…
Дятел с любопытством рассматривал моё лицо. Что у меня там, прыщ на носу вскочил, что ли?
Я потёрла переносицу. Нет вроде, чисто…
— Ты чего такая злая?
Пыхтение всё-таки прорвалось наружу, почти превратившись в шипение.
— Нич-чего. Нормально всё.
Дятел усмехнулся. Он, в отличие от меня, выглядел крайне довольным жизнью. Ну, если не считать боевых ранений на физиономии.
— Приревновала?
Сначала я хотела возмутиться, мол, совсем сдурел уже, ревновать тебя. А потом подумала…
Лучшее отрицание — это подтверждение!
— Коне-е-ечно! Вот сейчас возьму — и второй глаз тебе подобью от ревности! — заявила я, мстительно морщась и сжимая кулаки. Может, и правда вмазать?..
Но вместо того, чтобы испугаться или впечатлиться, Дятел рассмеялся, а потом вдруг взял меня за руку — и повёл за собой. Внутрь его квартиры.
— Ей, ты что? — я попыталась выдернуть ладонь, но Андрей держал крепко.
— Ничего. Не на лестнице же?
— Что — не на лестнице? — перепугалась я. А меня между тем уже завели в прихожую, положили на скамейку пакет с купленным мобильником, развернули лицом к себе, обняли и поцеловали.
Нет… вот это нахальство!
42
Андрей
Кажется, его опять понесло, и Аня сейчас начнёт сопротивление. Но, может, всё-таки повезёт, и она его пожалеет? В конце концов, он же пострадавшая от её мужа сторона!
Губы были сладкими, мягкими и такими нежными, что Андрей почти сразу понял — вряд ли он сможет остановиться только на поцелуе. Если только мармышка действительно будет сильно сопротивляться. Но пока она отвечала на поцелуй, и отвечала со всей страстью… только руками пыталась оттолкнуть Андрея, но не слишком активно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Отстань! — пробурчала, отворачивая голову, а он уже пытался расстегнуть её куртку и стаскивал с себя свою. Но делать это одновременно получалось плоховато. — Я не хочу!
— Не обманывай, — смеялся он, целуя Аню в щёку. Ну, раз голову отвернула… — Хочешь. И в конце концов, должен же я исправить прошлый раз?
— Это как ты его исправлять собираешься?!
— Увидишь.
Куртка всё-таки была снята, и Андрей начал задирать Ане свитер, но она не далась. Перехватила его руки и спросила:
— Что это за герла к тебе приходила?
— Герла? — он поднял брови.
— Угу. Блондинка эта, девочка с обложки.
— А-а-а! — Андрей уже умудрился забыть о существовании Кати. Впрочем, неудивительно — рядом же была Аня. — Жена бывшая.
Мармышка застыла, будто громом поражённая, и он всё-таки смог задрать свитер. Спустил вниз тонкую ткань бюстгальтера и, секунду полюбовавшись на открывшийся вид, наклонился и начал целовать маленькие, как вишенки, соски.
— С ума сошёл! — возмутилась Аня, но секундой спустя, когда Андрей прикусил один сосок, застонала. — Ненормальный… Да погоди ты! Чего бывшая-то хотела?
А всё-таки мармышка ревнует. Хорошо как!
— Глупости всякие предлагала, — фыркнул Андрей, отрываясь на секунду от своего увлекательного занятия. — Думаю, что в стиле этого твоего… которому я наподдал.
— Он тебе тоже наподдал.
— Это издержки.
Андрей вновь наклонился и провёл языком по нежной плоти, одновременно с этим запуская обе ладони Ане в джинсы.
— Да что ты привязался! — возмутилась она, но получилось это у неё как-то не совсем искренне. — Пусти!
Андрей побаивался предлагать Ане переместиться в комнату, поэтому попросту, подсадив её на высокий столик, стоявший у него в прихожей, принялся стягивать джинсы.
— Ну почему ты всё время!.. — буркнула она, ударяя его ладонью по плечу. — Ну почему нельзя нормально, по-человечески…
— По-человечески скучно.
Он всё-таки снял с неё джинсы, колготки и трусики, отбросил их в сторону и, сев на корточки, поцеловал. Аня всхлипнула… и раздвинула ноги шире.
Отличное приглашение…
***
Анна
Я сошла с ума. Точно, я свихнулась. И вот вроде бы надо сказать себе, что действия Андрея сейчас не слишком-то отличаются от вчерашних действий Олега… Но на самом деле — отличаются, и ещё как. В первую очередь отличие — в моей реакции. Олега я не хотела. Андрея — хочу, но… Да пошло оно к чёрту, это «но»! В конце концов, я свободная женщина, он тоже в разводе! Хотя мне совершенно не понятно, как он может заниматься сексом со мной после своей герлы. Это как после куклы Барби переходить на игры с матрёшками.
Конечно, спрашивать Андрея об этом я не стала. Да он и не смог бы мне ответить — его рот был занят. Очень занят…
Я только стонала, прижимая к себе его голову и ощущая, как горячий и влажный язык ласкает меня, проникает внутрь и двигается, двигается, двигается…
— Блин, ты просто бог секса…
— Это ещё не секс, — прошептал Андрей. — Это так, разминка. Нравится?
Язык сменил палец.
— Издеваешься…
— Разве это похоже на издевательство?
К первому пальцу присоединился второй, и ощущения стали ещё наполненнее, ещё острее. А движения Андрея — резче, непримиримее.
— Очень похоже…
— Да-а-а? А так?
Андрей встал с корточек и, кажется, начал стягивать с себя джинсы. Я услышала звон расстёгиваемой пряжки ремня, тихий шорох упавшей ткани, а затем на смену языку пришло кое-что другое…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Сам он при этом смотрел мне в глаза, и взгляд его был полон глубокой страсти.
— И так тоже… Настоящее издевательство… — Я придвинулась ближе. — М-м-м…
Андрей усмехнулся и вошёл в меня полностью. И не успела я охнуть от острого и яркого ощущения наполненности, как он вновь вышел.
